Жена дитя - Страница 177

информации.

– И каков этот источник?

– Его наниматель лорд…

Кошут вздрогнул. Его товарищи тоже: сведения, какими бы необычными они ни были, не показались им невероятными.

– Да! – продолжал Роузвельдт. – Не может быть никакого сомнения в том, что я вам рассказываю. Шпион называл факты и подробности, которые должен был получить из надежного источника; я и раньше подозревал что-то в этом роде. Я знаю силу этих богемских частей. К тому же там тирольские стрелки, подлинные телохранители тирана. Что бы ни думал Джузеппе Мадзини, у нас нет ни единого шанса. Это ловушка, и мы не должны в нее попасть. Вы ведь не поедете, губернатор?

Кошут осмотрел собравшихся, взгляд его остановился на Мейнарде.

– Со мной не советуйтесь, – сказал писатель-солдат. – Я по-прежнему готов ехать.

– А вы уверены, что все правильно расслышали? – спросил экс-губернатор, обращаясь к Роузвельдту.

– Уверен, ваше превосходительство. Слышал совершенно ясно. Эти слова все еще звучат у меня в ушах, жгут их.

– Что скажете, джентльмены? – спросил Кошут, всматриваясь в лица окружающих. – Поверим ли мы в такой подлый план?

Прежде чем ему ответили, раздался дверной звонок.

Открыли дверь, и впустили человека, который прошел в комнату, где собрались революционеры.

Все узнали полковника Ихаша, друга и адъютанта Кошута.

Ни слова не говоря, он передал экс-губернатору листок бумаги.

Это была зашифрованная записка; ключ к шифру знал только Кошут.

Печальным тоном дрожащим голосом перевел он текст таким же опечаленным, как он сам, слушателям.

«Восстание оказалось фальшивым.За ним стоит предательство. Сегодня утром венгерские части разоружены. Десятки бедняг расстреляны. Мадзини, я и остальные, вероятно, разделим их участь, если только не случится какое-нибудь чудо. Мы окружены со всех сторон и не можем спастись. Нам остается только надеяться на Бога Свободы.

Турр»

Кошут пошатнулся и сел. Казалось, он готов упасть на пол.

– Я тоже обращаюсь к Богу Свободы! – воскликнул он, немного придя в себя и снова вставая. – Неужели он допустит, чтобы такие люди были принесены в жертву на алтаре деспотизма? Мадзини! И благородный Турр, самый храбрый, лучший из моих офицеров!

Ни один человек, знавший генерала Турра, не усомнился бы в справедливости этой похвалы. И все его действия подкрепляли эту похвалу.

Сообщение Роузвельдта предваряло ужасную катастрофу. Шифрованная телеграмма ее подтверждала.

Граф явился вовремя. Если бы не задержка, вызванная его рассказом, Кошут и капитан Мейнард были бы уже на пути в Дувр; их уже поздно было бы предупреждать, никто не помешал бы им провести следующую ночь в гостях у Луи Наполеона – в одной из его тюрем!

Глава LXXV

Государственный деятель в частной жизни

Закутанный в роскошный халат, в шапочке с кистями на голове, в шелковых чулках и красных марокканских туфлях, благородный патрон Свинтона сидел в своей библиотеке.

Он был один – делил одиночество с сигарой лучшего сорта.

Тень на лице вельможи говорилаОригинальный текст книги читать онлайн бесплатно в онлайн-библиотеке Knigger.com