Жена дитя - Страница 130

, который до тех пор не участвовал в разговоре. У Мейнарда похолодела кровь: он узнал в тени кедра высокую фигуру сэра Джорджа Вернона!
***

Еще не было двенадцати ночи. Капитан Мейнард успел сесть в ночной поезд и на нем вернулся в Лондон.

Глава LII

Знаменитый изгнанник

Время революции кончилось; восстановилось спокойствие; и в Европу вернулся мир.

Но это был мир, обеспеченный цепями и поддерживаемый штыками.

Манин был мертв, Хекер за Атлантикой, Блюм убит, как и еще два десятка известных предводителей революции.

Но остались в живых двое, чьи имена вызывали тревогу у деспотов от Балтийского до Срезиземного моря, от Черного моря до Атлантического океана.

Это были Кошут и Мадзини.

Несмотря на все влияние, которое использовалось, чтобы очернить их, несмотря на все усилия подкупленной прессы, эти имена сохраняли магическую власть: они оставались символами того, что народы еще могут подняться в борьбе за свободу. Особенно справедливо это относительно Кошута. Некоторая безрассудность, проявленная Мадзини, вера в то, что его доктрины слишком красные , привела к тому, что либералы в нем усомнились.

Иными были взгляды Кошута. Они соответствовали консервативным традициям и нацеливались только на достижение национальной независимости на республиканской основе. На красную демократическую республику, о которой говорили во Франции, он не соглашался: на красную совсем, на демократическую – частично.

Если историки будущего найдут недостатки в характере Кошута, то это будет излишний консерватизм. Кошут был скорее националистом и не уделял достаточного внимания универсальной пропаганде.

Как и большинство людей, он слишком верил в невмешательство, в ту международную терпимость, которая позволяет королю Дагомеи массами убивать своих подданных, а королю Вити-Вау – поедать их, чтобы удовлетворить потребности своего желудка.

Эта ограниченность принципов была единственной чертой характера венгра, известной автору, которая может исключить его из числа подлинно великих людей.

Возможно, это лишь кажущаяся ограниченность – автор на это надеется – и не мешает вкладу Кошута в достижение его благородных целей.

Она явно принесла помощь, привлекая к Кошуту более умеренных последователей революционного дела.

Но было и другое обстоятельство в его пользу и против торжествующих деспотов. Все знали, что поражение венгерской революции было связано с обстоятельствами, над которыми Кошут был не властен, – короче, подлейшему предательству. Что он всей силой своего ума и всей энергией протестовал против курса, который привел к поражению; что до последней минуты противостоял словам дрогнувших и предавших. И не по доброй воле, а силой заставили его уступить.

Именно знание этого придавало такую волшебную власть его имени, и эта власть с каждым днем становилась все сильней, так как все известней и понятней становилось предательство Гергея.

Изгнанный из своей страны, Кошут искал убежища в Англии.

Пережив шум национальной встречи в формеОригинальный текст книги читать онлайн бесплатно в онлайн-библиотеке Knigger.com