Ульфила - Страница 92

ая раскосая рожа, обезображенная шрамами.

Это уже в голове не укладывалось. Ведь готы бежали от этих самых гуннов, как от чумы. Сами рассказывали, будто гунны эти демоны или зверочеловеки, но отнюдь не люди. И вот — делят с ними еду и все опасности и радости грабительских набегов.

В Константинополе Валент остановился передохнуть. Дело предстояло ему нешуточное: над дикими полчищами блестящую победу одержать. Такую, чтоб другие владыки от зависти съежились и в росте умалились.

Собственно, Валент собирался спасти свой мир от Апокалипсиса, не больше не меньше, ибо варварское нашествие такой сокрушительной силы рассматривалось в Империи не иначе, как конец света.

Но передохнуть ему толком не дали. Едва только прибыл в Восточную столицу, как константинопольский плебс — на радостях, что ли? — бунт устроил.

Это отравило Валенту одно торжественное событие, а именно: приняв на себя роль избавителя Империи, государь решился окреститься в ту самую веру, которую провозглашал и насаждал повсеместно. Смешно сказать: грабитель Фритигерн христианин, а он, император, еще нет.

Был нанесен визит патриарху. Пока разговаривали епископ и император, за прочными стенами базилики бушевала толпа. Требовали, во-первых, хлеба, а, во-вторых, зрелищ. Предотвратить конец света никто не требовал, ибо не было в Константинополе пострадавших от нашествия.

Патриарх намерение Валента одобрил и императора окрестил. Впоследствии же хвалился, будто свет на лике Валента видел и багровый отблеск рока на челе его и что по вдохновению свыше окунул его императорское величество в купель, так что не почил тот без креста. А ведь запросто могло случиться и так, что ушел бы Валент из жизни некрещеным, как часто случается с теми, кто откладывает крещение до последнего.

На самом же деле — какие там роковые отблески на лице Валента, рубленом, солдатском? Видел епископ константинопольский перед собою насмерть перепуганного человека, который ужасался последствиям принятого некогда решения допустить везеготов в пределы Империи.

Валент честно старался быть государем; но выше головы, как известно, не прыгнешь. Что советников своих колесовал — то не помогло. Ну, самую малость, может быть. Одна надежда только и оставалась — в бою варваров разбить.

А поскольку трусил Валент, то в базилику побежал и на колени бухнулся: видишь, Господи, какой я хороший? Так помоги же мне.

— Поможет, поможет, — успокаивал Валента патриарх. — Теперь уж точно.

И поцеловал император патриарху руку, а тот благословил его и вдруг, расчувствовавшись, обнял — и заплакали оба.

После того император перебрался на свою загородную виллу и велел военачальникам своим, над которыми главным был поставлен комит Себастьян, устроить смотр войскам.

Вид легионов, сотрясающих мерной поступью окрестности государевой виллы, действовал успокаивающе. Ибо покуда вознесены в небо орлы легионов, стоит Империя.

Пыль клубилась столбом, точно Везувий под Константинополь перекочевал и извергаться вздумал. Горели наОригинальный текст книги читать онлайн бесплатно в онлайн-библиотеке Knigger.com