Ульфила - Страница 47

ился руки Атанариху целовать. Владыка!.. Милостивец!..

Атанарих руки отдернул. Нечего меня, военного вождя, слюнями мазать.
* * *

Жаль, не знал Атанарих многих подробностей этой истории, в которой поучаствовал двумястами дюжинами воинов; а то повеселился бы от всего своего широкого варварского сердца. Ибо война Прокопия с Валентом была войной двух откровенных трусов, каждый из которых лишь об одном мечтал: в живых после этой передряги остаться.

Как услышал Валент (он о ту пору в Сирии был), что Прокопий два легиона на свою сторону сманил и на него, Валента, войной идти хочет, так сразу за пурпурные сапоги императорские схватился — скорее снять, снять, снять и в провинцию, к морю, гусей разводить. Спасибо, приближенные не позволили, за руки удержали.

Прокопий на самом деле тоже не рвался к престолу, но выхода у него не было. Иовин Атанариху совершенно точно обрисовал положение дел: раз родственник Юлиана, значит, либо становись государем, либо помирай по подозрению, что хочешь стать государем.

А тут как раз подвернулся случай. Валент сидел в Сирии. Донесли до него, что готы собираются в очередной раз пройтись по Фракии, не раз уже ими ощипанной. Со стороны соплеменников Атанариха это было, конечно, гнусностью, но таковы уж они, готы: скучно им за Дунай не ходить.

Валент легионы послал усмирять задорных соседей; сам же занят был в Сирийских владениях своих. И вот по пути из Сирии во Фракию остановились в Константинополе без императорского пригляда два легиона.

Отчаянно труся, бледный, как выходец с того света, Прокопий натягивает на себя одежки понаряднее (за неимением пурпура, положенного порядочному владыке), вооружается палкой с красным стягом и в таком бутафорском блеске, с подгибающимися от ужаса коленями, предъявляет свои претензии на престол. Вокруг солдаты стоят, бдительно охраняя сию персону поднятыми щитами, ибо имелись серьезные опасения, что вздорный плебс константинопольский начнет швыряться кусками штукатурки и прочим дерьмом. Но все обошлось, и выступили в поход.

Однако ж для Атанариха дело обернулось куда как скверно.

Посылая с Прокопием готов, он рассчитывал пустить молодых своих волчат порезвиться на ромейской земле, попробовать зубки, поесть свежего мяса, с тем, чтобы потом назад их принять и произвести в матерые волки. А вышло по-другому.

Прокопий, разумеется, войну бездарно проиграл. Никто и не сомневался, что ничего путного из его авантюры не получится; Прокопий первый был в этом уверен. В решающий момент, когда чаши весов колебались, Прокопия предали. И хоть не ожидал он иного от своей армии предателей и дезертиров, а все же упало сердце, как увидел, что солдаты его оборачивают щиты внутренней стороной наружу и дружно топают на сторону Валента.

Поглядел, сжал в комок упавшее сердце, плечами криво передернул и как-то очень ловко скрылся с поля боя. За ним только двое пошли — ближайшие соратники. Готы еще задержались, бились с ромеями, но не потому, что Прокопия защищали, а просто ромеев не любили.Оригинальный текст книги читать онлайн бесплатно в онлайн-библиотеке Knigger.com