Тевье-молочник - Страница 64

зумный человек, как же вы можете допустить, чтобы молочник Тевье, который доставляет нам сыр и масло, стал нашим родственником? А то, что они друг другу дали слово, - ну что ж, они его друг другу и вернут. Большой беды тут нет. Если нужно сколько-нибудь заплатить за то, что она его освободят от слова, - пожалуйста! Мы ничего против не имеем. Девица, - говорит он, - конечно, не парень, - дочь она вам или не дочь - в такие подробности а не вдаюсь...

"Господи боже ты мой! - думаю я. - Чего от меня хочет этот человек?"

А тот не перестает говорить, так и барабанит у меня над головой. Пусть я не думаю, говорит он, что мне удастся устроить скандал, растрезвонить повсюду, что его племянник сватался к дочери Тевье-молочника. Чтоб я себе выбил из головы, будто сестра его такой человек, из которого можно выкачивать деньги... Добром, говорит, получить у нее несколько рублей - это еще куда ни шло: вроде как пожертвование... Все мы, говорит, люди, надо иной раз оказать помощь человеку...

Вы хотите знать, что я ему ответил? Ничего я, - горе мне, - ему не ответил. Как это говорится: "Прильпе язык мой к гортани моей", - отнялась у меня речь. Поднялся я, повернулся к дверям и - нет меня! Как от пожара удрал, как из тюрьмы!

У меня гудело в голове, мелькало в глазах, в ушах звенели слова: "Откровенно говоря...", "Дочь она вам или не дочь...", "Вдова для выкачивания...", "Вроде как пожертвование..."

Подошел я к своей лошаденке, ткнулся лицом в тележку и - не будете смеяться надо мной? - расплакался. И плакал, и плакал... А когда вдоволь наплакался и, усевшись, выместил на своей несчастной кляче все, что накопилось на душе, - обратился я, как Иов*, к господу богу с вопросом: "Что ты такого увидел, господи, в старом Тевье? За что ты его ни на минуту не оставляешь в покое? На мне, что ли, свет клином сошелся?"

Приезжаю домой, застаю всю свою команду веселой - не сглазить бы! Ужинают. Шпринцы нет.

- Где Шпринца? - спрашиваю.

А они мне:

- Что слышно? Зачем тебя звали?

- Где Шпринца? - спрашиваю я снова.

А они опять:

- Что слышно?

- Ничего, - говорю, - особенного не слышно. Тихо, слава богу. О погромах не слыхать...

В эту минуту входит Шпринца. Заглянула мне в глаза и села за стол как ни в чем не бывало, будто не о ней речь. По лицу ее ничего не узнаешь, только притихла уж очень, сверх всякой меры. И не нравится мне ее задумчивость и какое-то слепое послушание. Скажешь ей: сиди - сидит; скажешь: ешь - ест; скажешь: пойди - пойдет. Окликнешь ее - бросается... Смотрю я на нее и щемит у меня сердце, и гнев внутри разгорается - на кого, сам не знаю... Ах ты господи боже ты наш! За что караешь меня, за чьи грехи?

Короче, вы хотите знать, чем это кончилось? Такого конца я и злейшему врагу не пожелаю, и нельзя этого никому пожелать, потому что горе детей родителям худшее проклятье и кара божья.

Кто знает, быть может, меня кто-нибудь и проклял? Вы не верите в такие вещи? Ну, а что же это, по-вашему? Скажите - послушаем...Оригинальный текст книги читать онлайн бесплатно в онлайн-библиотеке Knigger.com