Тевье-молочник - Страница 20

говорит жена.

- То есть как это, - говорю, - я не думаю?

У меня голова от дум раскалывается, а она спрашивает, почему я не думаю!..

- Не иначе, - говорит она, - стряслось с ним что-нибудь в дороге. Либо разбойники на него напали и обобрали до нитки, либо, упаси бог, заболел он, либо, не приведи господь, умер!..

- Еще чего придумаешь, душа моя? - отвечаю я. - Разбойники ни с того ни с сего!

А сам, между прочим, думаю: мало ли что с человеком в дороге случиться может!

- Уж ты, - говорю я, - жена моя, всегда не к добру истолкуешь...

- У него, - отвечает жена, - вся семья такая: мать его, - да будет она заступницей за нас перед богом! - недавно умерла совсем еще молодой; были у него три сестры - царство им небесное! - и вот одна из них умерла еще в девицах, вторая, наоборот, успела выйти замуж, да простудилась как-то в бане и тоже умерла, а третья сразу же после первых родов сошла с ума, помучилась, помучилась и тоже богу душу отдала.

- Ну и что же? - говорю я. - Все мы, Голда, помрем. Человек подобен столяру: столяр живет, живет и умирает, и человек - тоже...

Словом, порешили мы, что я съезжу в Егупец. Тем временем товару немного накопилось - сыр, масло, сметана. Товар - первый сорт! Запряг я лошадку и -"покинули Сукот", то есть - марш в Егупец! Еду я, а на душе у меня, можете себе представить, невесело, тоскливо: один в лесу, фантазия разыгралась и полезли в голову всякие мысли.

Вот интересно-то будет, думаю я: приезжаю, начинаю расспрашивать о своем молодчике, а мне и говорят: "Менахем-Мендл? Те-те-те! Здорово оперился! К нему теперь не подступись! Собственный дом! В каретах разъезжает! Не узнать его!" И вот, - представляю я себе, - набрался я духу и прямо к нему домой, "Тпрру! говорят мне и локтем в грудь. - Не суйтесь, дяденька, сюда соваться нечего!" "Да я, говорю, свой, родственник! Он - четвероюродный брат моей жены!" "Поздравляем вас! - отвечают мне. - Очень приятно! Однако, говорят, можете и здесь у дверей подождать, ничего вам не сделается..." Догадываюсь, что надо задобрить привратника: не подмажешь, не поедешь... И поднимаюсь к нему самому. "Здравствуйте, говорю, реб Менахем-Мендл!" Но - куда там! Ни ответа ни привета. Даже не узнает! "Вам чего?" - спрашивает. Я чуть в обморок не падаю. "То есть как же это? - говорю я. - Родственника не узнаете? Меня звать Тевье". - "Как? - отвечает он. - Тевье? Припоминаю такое имя..." - "Серьезно? - говорю я. - Припоминаете? А не припомните ли, говорю, блинчики моей жены, ее пироги, галушки? Постарайтесь-ка припомнить..." Однако тут же представляется мне совсем другая картина: прихожу к Менахем-Мендлу, а он радушно и приветливо поднимается мне навстречу: "Гость! Какой гость! Присядьте, реб Тевье! Как живете? Как жена? Заждался я вас: рассчитаться пора!" - и насыпает мне полную шапку полуимпериалов. "Это, - говорит он, - барыши, а основной капитал остается в деле. Сколько бы мы ни заработали, будем делить все поровну, доля в долю: мне сто - вам сто, мне двести - вамОригинальный текст книги читать онлайн бесплатно в онлайн-библиотеке Knigger.com