Сказки об Италии - Страница 44

яным штурманом американского грузовика; она тоже должна была ехать на эту прогулку, но у нее неожиданно заболели зубы.

Когда пришло известие о смерти отца и матери, она, забыв свою зубную боль, бегала по комнате и кричала, воздевая руки:

- Нет, нет, этого не может быть!

Горбун стоял у двери, кутаясь портьерой, внимательно смотрел на нее и говорил, встряхивая горб:

- Отец был такой круглый и пустой - я не понимаю, как он мог утонуть...

- Молчи, ты никого не любишь! - кричала сестра.

- Я просто не умею говорить ласковых слов, - ска- зал он.

Труп отца не нашли, а мать была убита раньше, чем упала в воду, - ее вытащили, и она лежала в гробу такая же сухая и ломкая, как мертвая ветвь старого дерева, какою была и при жизни.

- Вот мы остались с тобою одни, - строго и печально сказала сестра брату после похорон матери, отодвигая его от себя острым взглядом серых глаз. - Нам будет трудно, мы ничего не знаем и можем много потерять. Так жаль, что я не могу сейчас же выйти замуж!

- О! - воскликнул горбун.

- Что такое - о?

Он, подумав, сказал:

- Мы - одни.

- Ты так говоришь это, точно тебя что-то радует!

- Я ничему не радуюсь.

- Это тоже очень жаль! Ты ужасно мало похож на живого человека.

Вечерами приходил ее жених - маленький, бойкий человечек, белобрысый, с пушистыми усами на загорелом, круглом лице; он, не уставая, смеялся целый вечер и, вероятно, мог бы смеяться целый день. Они уже были обручены, и для них строился новый дом в одной из лучших улиц города - самой чистой и тихой. Горбун никогда не был на этой стройке и не любил слушать, когда говорили о ней. Жених хлопал его по плечам маленькой, пухлой рукой, с кольцами на ней, и говорил, оскаливая множество мелких зубов:

- Тебе надо пойти посмотреть это, а? Как ты думаешь?

Он долго отказывался под разными предлогами, наконец уступил и пошел с ним и сестрой, а когда они двое взошли на верхний ярус лесов, то упали оттуда - жених прямо на землю, в творило с известью, а брат зацепился платьем за леса, повис в воздухе и был снят каменщиками.

Он только вывихнул ногу и руку, разбил лицо, а жених переломил позвоночник и распорол бок.

Сестра билась в судорогах, руки ее царапали землю, поднимая белую пыль; она плакала долго, больше месяца, а потом стала похожа на мать похудела, вытянулась и начала говорить сырым, холодным голосом:

- Ты - мое несчастие!

Он отмалчивался, опуская свои большие глаза в землю. Сестра оделась в черное, свела брови в одну линию и, встречая брата, стискивала зубы так, что скулы ее выдвигались острыми углами, а он старался не попадаться на глаза ей и всe составлял какие-то чертежи, одинокий, молчаливый. Так он жил вплоть до совершеннолетия, а с этого дня между ними началась открытая борьба, которой они отдали всю жизнь, - борьба, связавшая их крепкими звеньями взаимных оскорблений и обид.

В день совершеннолетия он сказал ей тоном старшего:

- Нет ни мудрых волшебников, ни добрых фей, есть только люди,Оригинальный текст книги читать онлайн бесплатно в онлайн-библиотеке Knigger.com