Сказки об Италии - Страница 36

Турин - вот превосходные мастерские, где формируются новые люди, растет новый мозг! Подожди немного - земля станет честной и умной!

- Да! - сказал маленький маляр, подняв стакан, и, ловя вином солнечный луч, напевает:

О, как тепла земля на утре наших дней!

Но - возмужали мы, - и холодно на ней!

- Чем дальше на север, говорю я, тем лучше работа.

Уже французы живут не так лениво, как мы, дальше - немцы и наконец русские - вот люди!

- Да!

- Бесправные, под страхом лишиться свободы и жизни, они сделали грандиозное дело - ведь это благодаря им вспыхнул к жизни весь восток!

- Страна героев! - склоняя голову, сказал маляр.

Я бы хотел жить с ними...

- Ты? - воскликнул слесарь, ударив по своему колену ребром ладони. Кусочком льда был бы ты там через неделю!

Оба добродушно засмеялись.

Синие и золотые цветы вокруг них, ленты солнечных лучей дрожат в воздухе, в прозрачном стекле графина и стаканов горит альмандиновое вино, издали доплывает шелковый шорох моря.

- Вот, добрый мой Винченцо, - говорит слесарь, широко улыбаясь, расскажи стихами, как я стал социалистом, - ты знаешь это?

- Нет, - сказал маляр, наливая в стаканы вино и улыбаясь красной струе, - ты никогда не говорил об этом. Эта кожа так хорошо сидит на твоих костях, что я думал - ты родился в ней!

- Я родился голым и глупым, как ты и все люди; в юности я мечтал о богатой жене, в солдатах - учился, чтобы сдать экзамен на офицерский чин, мне было двадцать три года, когда я почувствовал, что не всe на свете хорошо и жить дураком - стыдно!

Маляр облокотился на стол, а голову вскинул вверх и стал смотреть на гору, где на самом обрыве стоят, качая ветвями, огромные сосны.

- Нас - мою роту - послали в Болонью; там волновались крестьяне, одни - требуя понижения арендной платы, другие - кричали о необходимости повысить заработную плату, те и другие казались мне неправыми: понизить аренду за землю, поднять рабочую плату - что за глупости! - думал я, - ведь это разорит землевладельцев: Мне, жителю города, это казалось вздором и бессмыслицей. И я очень сердился, чему помогала жара, постоянные передвижения с места на место, караульная служба по ночам, - эти молодцы, видишь ли, ломали машины помещиков, а также им нравилось жечь хлеб и портить всe, принадлежавшее не им.

Он выпил вино маленькими глотками и, оживляясь всe более, продолжал:

- Они ходили по полям густыми толпами, точно овцы, но - молча, грозно, деловито, мы разгоняли их, показывая штыки, иногда - толкая прикладами, они, не пугаясь и не торопясь, разбегались, собирались снова. Это было скучно, как обедня, и тянулось изо дня в день, точно лихорадка. Луото, наш унтер, славный парень, абруцезец, тоже крестьянин, мучился: пожелтел, похудел и не однажды говорил нам:

- "Очень скверно, дети мои! Вероятно, придется стрелять, будь я проклят!"

- Его карканье еще больше расстраивало нас, а тут, знаешь, из-за каждого угла, холма и дерева торчат упрямые головы крестьян, щупают тебяОригинальный текст книги читать онлайн бесплатно в онлайн-библиотеке Knigger.com