Паладин душ - Страница 185

ила «не знаю». Но уход от ответа отдает трусостью. Ни один целитель Матери не сможет сказать ему больше, чем она. Откуда я знаю? Она изучила его обычным и внутренним зрением:

– Я видела достаточно много призраков, но больше старых, чем недавно ушедших из жизни. Их становится все больше, как видите. Через два месяца после смерти большинство из них сохраняют очертания тела, в котором они были при жизни, но становятся более тусклыми, теряют цвет. Они медленно тают. Спустя год второе зрение уже не способно различить человеческие черты, хотя они все еще напоминают по форме тело. Через несколько лет они становятся белой дымкой, потом и дымка бледнеет, пока окончательно не исчезает. Но, как мне кажется, время может быть разным в зависимости от силы характера человека, с которого все началось. – И от потрясений во время призрачного состояния? Эрис – уникальный случай в ее опыте. Требования к его призрачной душе сразили бы любого живого. Как его измученный, унылый дух выдерживает их?

Великодушные, владея многим, много и отдают. Но даже они когда-то иссякнут без поддержки… Ее разум не посмел закончить мысль. Но она заставила себя. – …их бога.

– И как я выгляжу сейчас?

– Цвета практически нет. – И против воли добавила: – Вы начинаете расплываться по краям.

Он осторожно пощупал лицо и пробормотал:

– Вот как. Тогда многое проясняется.

Некоторое время он сидел молча, а потом хлопнул себя по колену:

– Однажды вы сказали мне, что обещали Иасу, что не расскажете о настоящей судьбе моего отца ни одной живой душе. Хм. Что ж. Вот я перед вами. Рейна, я должен знать.

Иста удивленно фыркнула:

– Для мертвого, вы замечательный правовед. Хороший бы был выпад, точный, острый, если бы я не лгала вам с самого начала. Иас никогда не просил меня о таком обещании. Тогда он вообще едва ли разговаривал со мной. Та история, которую я вам поведала, была лишь щитом, чтобы скрыть малодушие.

– Малодушной я бы вас не назвал, миледи.

– Человек учится большему, чем приписывать свои решения страху. С возрастом, с каждой раной, с каждым шрамом учится.

– Тогда я прошу у вас правду как погребальный дар. Она нужна мне больше, чем цветы.

– А. – Она выдохнула. – Да. – Ее пальцы пробежали по гладкому, прохладному аметисту и серебряной филиграни броши, приколотой к платью. Ди Лъютес носил ее на шляпе. В тот последний день она тоже была на нем, я это отчетливо помню. – Я рассказываю это только в третий раз.

– Говорят, третий раз стоит всех остальных.

– Что те, кто говорит, могут знать? – Она снова фыркнула, но на этот раз не так резко. – Думаю, что ничего. Все же моими слушателями оказались лучшие люди, как раз сообразно моему рангу и преступлению. Святой, честный служитель, мертвый сын мертвого… что ж. – В уме она рассказывала это достаточное количество раз; репетировать не придется. Она выпрямила спину и начала:

– Всем известно, что отец Иаса, рей Фонса, отчаявшись от того, что потерял сыновей и власть под натиском альянса Золотого Генерала, убилОригинальный текст книги читать онлайн бесплатно в онлайн-библиотеке Knigger.com