Мать - Страница 153

лесневел на книжках и цифрах. Почти год такой жизни - это уродство. Я ведь привык быть среди рабочего народа, и, когда отрываюсь от него, мне делается неловко, - знаете, натягиваюсь я, напрягаюсь для этой жизни. А теперь снова могу жить свободно, буду с ними видеться, заниматься. Вы понимаете - буду у колыбели новорожденных мыслей, пред лицом юной, творческой энергии. Это удивительно просто, красиво и страшно возбуждает, - делаешься молодым и твердым, живешь богато!

Он засмеялся смущенно и весело, и его радость захватывала сердце матери, понятная ей.

- А потом - ужасно вы хороший человек! - воскликнул Николай. - Как вы ярко рисуете людей, как хорошо их видите!.. Николай сел рядом с ней, смущенно отвернув в сторону радостное лицо и приглаживая волосы, но скоро повернулся и, глядя на мать, жадно слушал ее плавный, простой и яркий рассказ.

- Удивительная удача! - воскликнул он. - У вас была полная возможность попасть в тюрьму, и - вдруг! Да, видимо, пошевеливается крестьянин, - это естественно, впрочем! Эта женщина - удивительно четко вижу я ее!.. Нам нужно пристроить к деревенским делам специальных людей. Людей! Их не хватает нам… Жизнь требует сотни рук…

- Вот бы Паше-то выйти на волю. И - Андрюше! - тихонько сказала она.

Он взглянул на нее и опустил голову.

- Видите ли, Ниловна, это вам тяжело будет слышать, но я все-таки скажу: я хорошо знаю Павла - из тюрьмы он не уйдет! Ему нужен суд, ему нужно встать во весь рост, - он от этого не откажется. И не надо! Он уйдет из Сибири.

Мать вздохнула и тихо ответила:

- Ну, что же? Он знает, как лучше…

- Гм! - говорил Николай в следующую минуту, глядя на нее через очки. - Кабы этот ваш мужичок поторопился прийти к нам! Видите ли, о Рыбине необходимо написать бумажку для деревни, ему это не повредит, раз он ведет себя так смело. Я сегодня же напишу, Людмила живо ее напечатает… А вот как бумажка попадет туда?

- Я свезу…

- Нет, благодарю! - быстро воскликнул Николай. - Я думаю - не годится ли Весовщиков для этого, а?

- Поговорить с ним?

- Вот попробуйте-ка! И поучите его.

- А что же я-то буду делать?

- Не беспокойтесь!

Он сел писать. Она прибирала на столе, поглядывая на него, видела, как дрожит перо в его руке, покрывая бумагу рядами черных слов. Иногда кожа на шее у него вздрагивала, он откидывал голову, закрыв глаза, у него дрожал подбородок. Это волновало ее.

- Вот и готово! - сказал он, вставая. - Вы спрячьте эту бумажку где-нибудь на себе. Но - знайте, если придут жандармы, вас тоже обыщут.

- Пес с ними! - спокойно ответила она.

Вечером приехал доктор Иван Данилович.

- Почему это начальство вдруг так обеспокоилось? - говорил он, бегая по комнате. - Семь обысков было ночью. Где же больной, а?

- Он ушел еще вчера! - ответил Николай. - Сегодня, видишь ли, суббота, у него чтение, так он не может пропустить…

- Ну, это глупо, с расколотой головой на чтениях сидеть…

- Доказывал я ему, но безуспешно…

- Похвастаться охота перед товарищами, - заметилаОригинальный текст книги читать онлайн бесплатно в онлайн-библиотеке Knigger.com