Мастер и Маргарита - Страница 55

се остались стоять.

-- Доктор Стравинский, -- представился усевшийся Ивану и поглядел на него дружелюбно.

-- Вот, Александр Николаевич, -- негромко сказал кто-то в опрятной бородке и подал главному кругом исписанный Иванов лист.

"Целое дело сшили!" -- подумал Иван. А главный привычными глазами пробежал лист, пробормотал: "Угу, угу..." И обменялся с окружающими несколькими фразами на малоизвестном языке.

"И по-латыни, как Пилат, говорит..." -- печально подумал Иван. Тут одно слово заставило его вздрогнуть, и это было слово "шизофрения" -- увы, уже вчера произнесенное проклятым иностранцем на Патриарших прудах, а сегодня повторенное здесь профессором Стравинским.

"И ведь это знал!" -- тревожно подумал Иван.

Главный, по-видимому, поставил себе за правило соглашаться со всем и радоваться всему, что бы ни говорили ему окружающие, и выражать это словами "Славно, славно...".

-- Славно! -- сказал Стравинский, возвращая кому-то лист, и обратился к Ивану: -- Вы -- поэт?

-- Поэт, -- мрачно ответил Иван и впервые вдруг почувствовал какое-то необъяснимое отвращение к поэзии, и вспомнившиеся ему тут же собственные его стихи показались почему-то неприятными.

Морща лицо, он, в свою очередь, спросил у Стравинского:

-- Вы -- профессор?

На это Стравинский предупредительно-вежливо наклонил голову.

-- И вы -- здесь главный? -- продолжал Иван.

Стравинский и на это поклонился.

-- Мне с вами нужно поговорить, -- многозначительно сказал Иван Николаевич.

-- Я для этого и пришел, -- отозвался Стравинский.

-- Дело вот в чем, -- начал Иван, чувствуя, что настал его час, -- меня в сумасшедшие вырядили, никто не желает меня слушать!..

-- О нет, мы выслушаем вас очень внимательно, -- серьезно и успокоительно сказал Стравинский, -- и в сумасшедшие вас рядить ни в коем случае не позволим.

-- Так слушайте же: вчера вечером я на Патриарших прудах встретился с таинственною личностью, иностранцем не иностранцем, который заранее знал о смерти Берлиоза и лично видел Понтия Пилата.

Свита безмолвно и не шевелясь слушала поэта.

-- Пилата? Пилат, это -- который жил при Иисусе Христе? -- щурясь на Ивана, спросил Стравинский.

-- Тот самый.

-- Ага, -- сказал Стравинский, -- а этот Берлиоз погиб под трамваем?

-- Вот же именно его вчера при мне и зарезало трамваем на Патриарших, причем этот самый загадочный гражданин...

-- Знакомый Понтия Пилата? -- спросил Стравинский, очевидно, отличавшийся большой понятливостью.

-- Именно он, -- подтвердил Иван, изучая Стравинского, -- так вот он сказал заранее, что Аннушка разлила подсолнечное масло... А он и поскользнулся как раз на этом месте! Как вам это понравится? -- многозначительно осведомился Иван, надеясь произвести большой эффект своими словами.

Но эффекта не последовало, и Стравинский очень просто задал следующий вопрос:

-- А кто же эта Аннушка?

Этот вопрос немного расстроил Ивана, лицо его передернуло.

-- Аннушка здесь совершенно неОригинальный текст книги читать онлайн бесплатно в онлайн-библиотеке Knigger.com