Мастер и Маргарита - Страница 43

с вами поеду... Говорит поэт Бездомный из сумасшедшего дома... Как ваш адрес? -- шепотом спросил Бездомный у доктора, прикрывая трубку ладонью, -- а потом опять закричал в трубку: -- Вы слушаете? Алло!.. Безобразие! -- вдруг завопил Иван и швырнул трубку в стену. Затем он повернулся к врачу, протянул ему руку, сухо сказал "до свидания" и собрался уходить.

-- Помилуйте, куда же вы хотите идти? -- заговорил врач, вглядываясь в глаза Ивана, -- глубокой ночью, в белье... Вы плохо чувствуете себя, останьтесь у нас!

-- Пропустите-ка, -- сказал Иван санитарам, сомкнувшимся у дверей. -- Пустите вы или нет? -- страшным голосом крикнул поэт.

Рюхин задрожал, а женщина нажала кнопку в столике, и на его стеклянную поверхность выскочила блестящая коробочка и запаянная ампула.

-- Ах так?! -- дико и затравленно озираясь, произнес Иван, -- ну ладно же! Прощайте... -- и головою вперед он бросился в штору окна. Раздался удар, но небьющиеся стекла за шторою выдержали его, и через мгновение Иван забился в руках у санитаров. Он хрипел, пытался кусаться, кричал:

-- Так вот вы какие стеклышки у себя завели!.. Пусти! Пусти, говорю!

Шприц блеснул в руках у врача, женщина одним взмахом распорола ветхий рукав толстовки и вцепилась в руку с неженской силой. Запахло эфиром. Иван ослабел в руках четырех человек, и ловкий врач воспользовался этим моментом и вколол иглу в руку Ивану. Ивана подержали еще несколько секунд, и потом опустили на диван.

-- Бандиты! -- прокричал Иван и вскочил с дивана, но был водворен на него опять. Лишь только его отпустили, он опять было вскочил, но обратно уже сел сам. Он помолчал, диковато озираясь, потом неожиданно зевнул, потом улыбнулся со злобой.

-- Заточили все-таки, -- сказал он, зевнул еще раз, неожиданно прилег, голову положил на подушку, кулак по-детски под щеку, забормотал уже сонным голосом, без злобы: -- Ну и очень хорошо... Сами же за все и поплатитесь. Я предупредил, а там как хотите! Меня же сейчас более всего интересует Понтий Пилат... Пилат... -- тут он закрыл глаза.

-- Ванна, сто семнадцатую отдельную и пост к нему, -- распорядился врач, надевая очки. Тут Рюхин опять вздрогнул: бесшумно открылись белые двери, за ними стал виден коридор, освещенный синими ночными лампами. Из коридора выехала на резиновых колесиках кушетка, на нее переложили затихшего Ивана, и он уехал в коридор, и двери за ним замкнулись.

-- Доктор, -- шепотом спросил потрясенный Рюхин, -- он, значит, действительно болен?

-- О да, -- ответил врач.

-- А что же это такое с ним? -- робко спросил Рюхин.

Усталый врач поглядел на Рюхина и вяло ответил:

-- Двигательное и речевое возбуждение... Бредовые интерпретации... Случай, по-видимому, сложный... Шизофрения, надо полагать. А тут еще алкоголизм...

Рюхин ничего не понял из слов доктора, кроме того, что дела Ивана Николаевича, видно, плоховаты, вздохнул и спросил:

-- А что это он все про какого-то консультанта говорит?

-- Видел, наверно, кого-то, кто поразилОригинальный текст книги читать онлайн бесплатно в онлайн-библиотеке Knigger.com