Кровавая шутка - Страница 28

т вмешиваться в разговор? Или, например, возьмите моего Сёмку! Почем я знаю, чем будет этот клоп? Может быть, профессором математики? Может быть, инспектором гимназии? А вдруг - министром финансов! Поди-ка сюда, скажи, что тебе больше всего нравится?

- Велосипед! - ответил Сёмка, продолжая зубрить и сильно картавя:

Как ныне сбихается вещий Олег

Отмстить нехазумным xозаxам...

***

В другой раз между хозяином и жильцом разгорелся спор по поводу пресловутых "тайных" еврейских учреждений, вроде "кагала". Рабинович предчувствовал, что ему от этой беседы не поздоровится, и не ошибся. Шапиро разгорячился, размахивал руками и доказывал, что слово "кагал" означает собственно "общество", "общину" и что все это, может быть, некогда и было, но сейчас никакого "кагала" у евреев нет. Рабинович слушал внимательно, а затем задал новый вопрос:

- Ну-с, а что вы скажете по поводу того, что мы ежедневно читаем о всемирном "кагале"?

- Какой там "кагал-шмагал"? Где вы это читали?

- Да везде, помилуйте! Вот, скажем, в "Новом времени"!

Шапиро схватился за голову и забегал по комнате:

- Ах, вот как! Вы приводите мне доказательства из "Нового времени"! Вот, действительно, убедили! Замечательно! Слушайте, вы! Я прошу вас раз навсегда об этой газете не упоминать! Даже не заикаться!

- Но почему?

Шапиро остановился.

- Он еще спрашивает: почему? Чудак! Кто же не знает, что "Новое время" это лавочка, торгующая евреями! Ныне мода на евреев, торгуют евреями. Завтра в моде будут поляки - в "лавочке" только и разговору будет что о поляках. Евреи, поляки, цыгане - все это только предметы торговли! Нынче вот мы - "сезонный товар".

- Но все-таки не станете же вы отрицать, что у вас, евреев, имеются, так сказать, внутренние... ну... интересы, что ли?

Шапиро рассердился не на шутку и налетел на жильца:

- Прежде всего, скажите, пожалуйста, милостивый государь, что это за "у вас"? А вы, собственно, кто такой будете? Не такой же еврей, как и все мы?

Рабинович почувствовал, что вляпался, и хотел выпутаться, но Шапиро в споре не дает противнику возражать:

- Еврей позволяет себе говорить: "внутренние интересы". Какие же это, позвольте спросить, "интересы", кроме хлеба насущного, правожительства и обучения детей? Вот новость: "интересы", да еще "внутренние"!

И долго еще жаловался хозяин и доказывал, что евреи - несчастный народ, состоящий из эгоистов, занятых только собой... говорил об отсутствии единения и братства...

- Будет ли когда-нибудь конец вашим спорам? - вставила Сарра Шапиро и пригласила обоих к столу.

***

Непонятно было квартирохозяевам Рабиновича еще и то, что жилец не любил расспросов о его родителях, доме, семье. Никогда он не говорил о своем детстве. Кроме того, никто не знает, куда он ежедневно ходит, с кем видается и, что важнее всего, откуда он черпает средства к существованию. В первое время предполагали, что он дает уроки. Но потом выяснилось, что, кроме занятий с хозяйскими детьми, у РабиновичаОригинальный текст книги читать онлайн бесплатно в онлайн-библиотеке Knigger.com