А звезды падают вверх (СИ) - Страница 9

На самом деле я не хотела смотреть на Назара. А он уже подошел. И стоял у меня за спиной. И дышал чуть слышно, но слишком жарко. Я курила, делая быстрые затяжки и мысленно вздыхая, что четвертую сигарету мои легкие точно не примут, но… я не знала, что делать. У меня не было других методов притворяться. Не было других причин не смотреть на мужчину, который стоял рядом и ждал. И не уходил, хотя я мысленно молила его уйти, оставить меня в покое, и… не уходить, не оставлять меня здесь. Я разрывалась на части от желания и невозможности, от страха и отсутствия даже надежды. Разные города — это не мой вариант. Я не смогу без него, когда он будет моим. Лучше уж так…

— Вы тут поговорите, — чмокнув брата в щеку, сказала Ира, — а я в бар, гостей развлекать.

Поговорите? О чем? Какие у нас общие интересы с Назаром? Нет ни единого. И я уже думала бросить сигарету и мчаться следом за предательницей-подругой, когда Назар неожиданно меня попросил:

— Не уходи, ладно?

И мои ноги послушно приклеились к асфальту, а сигарета тлела сама по себе, как и я. Потому что он стал напротив меня и смотрел прямо в глаза. Не знаю, как у него получилось поймать мой взгляд, но он это сделал. И теперь не желал отпускать. Ни мой взгляд, ни меня. Если я не ошиблась…

— Не уходи, — повторил Назар.

— Не уходить… в бар?

Он улыбнулся. Качнул головой.

— Не уходи этим вечером.

Под его взглядом я покраснела. Я не знала, что ответить ему. И тогда опять заговорил он.

Сказал, что после бара вся родня поедет на дачу, что празднование продолжается, и он хотел бы, чтобы я поехала с ними. С ним. Он говорил, что там будет весело, а я смотрела на него, и с каждым сказанным словом мне становилось грустнее.

Я знала, что не поеду. И даже не потому, что дача принадлежит Иркиному отцу, а я не хотела с ним часто пересекаться. А потому, что там будет Назар, и между нами больше не будет десятка других гостей, не будет моего правдоподобного бегства на улицу. Мы сблизимся. Скорее всего, сблизимся, а потом…

Я устала собирать по кускам свое сердце, а сейчас оно кровоточило, чувствуя, что я сделаю, но было цело. Так лучше. Так можно жить.

Я всматривалась в мужчину, пытаясь запомнить его лицо. Колоритная внешность, с другим не спутаешь, но мне хотелось смотреть и смотреть на него. Да, неприлично и взгляд его напрягается, вбирая в себя темноту, но еще минуту… еще хотя бы минуту, чтобы запомнить надольше…

Я вслушивалась в его голос, впитывая в себя, зная, что от этого потом будет только больнее, но я очень хотела запомнить и голос. Глубокий, ровный, уверенный, как у того, кто не допускает и тени сомнений. В отличие от меня. Как у того, кто ничего не боится. В отличие от меня.

Так много различий, и только одно у нас общее.

Я чувствовала, я видела, я понимала, что Назар меня хочет.

Этот мужчина, от которого как от утренней сигареты, голова идет кругом, хочет меня, а я…

— Останусь, — сказала ему.

— Со мной? — странный вопрос, так некстати.

— Да, — не менее странный ответ невпопад.

Я не могла отказать себе в этой маленькой странности, чувствуя прогорклое сожаление, что он мог быть моим. Ненадолго. На вечер. Моим. Мог… Но не будет…

— Наташ… — он, видимо, почувствовал или что-то заметил.

Я видела мелькнувший вопрос в карих глазах, видела, как на его лбу появилась морщинка, но в этот момент из бара выбежали его племянники, и он не успел озвучить его.

— Назар, пойдем, там без тебя очень скучно! — Старший требовательно взял мужчину за руку, строго посмотрел на меня. — Маркова, а ты что?

— Я курю, — махнула рукой, спрятав за спину потухшую сигарету.

— Надо бросать, — насупился мальчик.

— Брошу, — пообещала ему, думая, что вот уйдут они все, и брошу.

— Назар, — присоединился к просьбам младшенький, — а ты пойдешь с нами? Пожалуйста? Пойдешь! Давай ты пойдешь?

Я встретилась с вопросительным взглядом Назара и улыбнулась.

— Иди, — отпустила его.

— Наташ?

Всего одно слово, но я поняла. Он напомнил о моем обещании. И я кивнула, мол, да, помню. Да, конечно, останусь. Да, да, да… все «да», лишь бы ушел.

Он ушел…

Оставшись одна, я бросила потухшую сигарету в урну и, ни разу не оглянувшись на бар, позорно сбежала.

Глава 7

Я неслась по улице на каблуках, думая и боясь, что он заметит и кинется следом. Что я буду делать, что скажу ему, когда он меня догонит, когда спросит? У меня не было слов, не было объяснений.

Но он не догнал. Не спросил. И вряд ли вообще заметил, что я ушла.

Или все-таки?..

Зайдя в квартиру, я долго стояла в коридоре, не включая свет и не раздеваясь. Мне казалось, что вот сейчас, сейчас он позвонит, я открою, и дальше не будет слов. Ира ведь знает, где я живу, и он спросит… Догнать не успел, но придет сейчас…

А когда поняла, что он не придет, выдохнула — не облегченно, устало, разделась и направилась в кухню. Отрыла окно, села на подоконник и посмотрела на звезды. Ничего не просила у них. Просто смотрела. И в тайне, боясь признаться самой себе, прислушивалась к малейшим звукам в подъезде.

А с рассветом я перестала ждать и смирилась.

Он не придет.

Но жалеть не о чем. Все, как я и хотела. У нас по-прежнему разные города, мое сердце цело, хоть и болит.

Но это пройдет. Это всегда проходит.

Переодевшись и приведя себя в порядок, я прилегла на часок, только вздремнуть, потому что скоро ведь на работу, понедельник никто пока не отменял, и с трудом открыла глаза, когда начал звонить мобильный. Мелькнула сумасшедшая мысль, что это Назар, но… с чего бы?

Уже нет. Наверняка, он обижен, что соврала ему. Это в том случае, если заметил, что я ушла и не нашел себе для продолжения вечера кого-то другого. А у него такая харизма, что он мог. Мог вскружить голову любой девушке, а не искать причину: почему сбежала одна из них.

Накрутив себя, на звонок я ответила почти со злостью.

— Да?

— Рада, что твое бегство прошло без приключений, и ты дома, — услышала Иркин голос.

— Ты это к чему? — слова подруги мне не понравились.

— К тому, что уже одиннадцать дня, — отчеканила она. — И я, как твой главный бухгалтер, жду тебя на работе.

— Ой!

Я быстро глянула на часы — да, одиннадцать. Вздохнула. Но все равно уже ничего не исправить. Совсем ничего.

— Прости, — повинилась, — или будильник на мобильном забыл позвонить, или я не Наташа, а Соня.

— Натали… — строгий голос Иры подсказал, что она не в духе.

— Ага, значит, я не Соня, значит, это мобильный виноват. Все, встаю и спешу на отработку! Пока!

Я нажала отбой и начала спешно собираться. Пока доехала на работу, и проснулась окончательно, и решила, как избежать возможной взбучки. Когда Ира строила из себя начальницу, это значило, что она очень зла, но лучший способ избежать нападения — показать, что и я не в духе. Поэтому на работу я пришла раскаявшаяся в том, что у меня крепкий сон и шальной мобильный, но всем своим видом намекающая, что из-за того, что некоторые родились в воскресенье и празднуют в воскресенье, у меня немилосердно болит голова.

Ира молча позволила мне разобрать документы на столе, молча подождала, когда пройдут полчаса после того, как я демонстративно выпила шипучую таблетку, и только потом сказала:

— Зря ты, Натали.

И я не стала притворяться, что не поняла, о чем она. Я и сама была с ней согласна, поэтому ответила немногословно, но честно:

— Да.

Я бежала, надеясь, что он догонит и остановит меня. Вернет. Я бежала, надеясь, что каким-то немыслимым образом мы все равно будем вместе, что это наш шанс, один на двоих. Но иногда мужчины просто уходят. Унося шанс на счастье с собой.

Целый день я крутилась как белка в колесе: документы, общение с должниками, чего в принципе не люблю, чтобы не думать о том мужчине, которого упустила. Хотела спросить у Иры, как отдохнули на даче, но не стала теребить себе душу. А если она ответит, что хорошо? Если скажет, что Назара кто-то утешил?