1984 - Страница 50

дто выцветшим голосом и не так коверкал слова, как большинство пролов.

– Я узнал вас еще на улице, – сразу сказал он. – Это вы покупали подарочный альбом для девушек. Превосходная бумага, превосходная. Ее называли «кремовая верже». Такой бумаги не делают, я думаю… уж лет пятьдесят. – Он посмотрел на Уинстона поверх очков. – Вам требуется что-то определенное? Или хотели просто посмотреть вещи?

– Шел мимо, – уклончиво ответил Уинстон. – Решил заглянуть. Ничего конкретного мне не надо.

– Тем лучше, едва ли бы я смог вас удовлетворить. – Как бы извиняясь, он повернул кверху мягкую ладонь. – Сами видите: можно сказать, пустая лавка. Между нами говоря, торговля антиквариатом почти иссякла. Спросу нет, да и предложить нечего. Мебель, фарфор, хрусталь – все это мало-помалу перебилось, переломалось. А металлическое по большей части ушло в переплавку. Сколько уже лет я не видел латунного подсвечника.

На самом деле тесная лавочка была забита вещами, но ни малейшей ценности они не представляли. Свободного места почти не осталось – возле всех стен штабелями лежали пыльные рамы для картин. В витрине – подносы с болтами и гайками, сточенные стамески, сломанные перочинные ножи, облупленные часы, даже не притворявшиеся исправными, и прочий разнообразный хлам. Какой-то интерес могла возбудить только мелочь, валявшаяся на столике в углу, лакированные табакерки, агатовые брошки и тому подобное. Уинстон подошел к столику, и взгляд его привлекла какая-то гладкая округлая вещь, тускло блестевшая при свете лампы; он взял ее.

Это была тяжелая стекляшка, плоская с одной стороны и выпуклая с другой – почти полушарие. И в цвете и в строении стекла была непонятная мягкость – оно напоминало дождевую воду. А в сердцевине, увеличенный выпуклостью, находился странный розовый предмет узорчатого строения, напоминавший розу или морской анемон.

– Что это? – спросил очарованный Уинстон.

– Это? Это коралл, – ответил старик. – Надо полагать, из Индийского океана. Прежде их иногда заливали в стекло. Сделано не меньше ста лет назад. По виду даже раньше.

– Красивая вещь, – сказал Уинстон. – Красивая вещь, – признательно подхватил старьевщик. – Но в наши дни мало кто ее оценит. – Он кашлянул. – Если вам вдруг захочется купить, она стоит четыре доллара. Было время, когда за такую вещь давали восемь фунтов, а восемь фунтов… ну, сейчас не сумею сказать точно – это были большие деньги. Но кому нынче нужны подлинные древности – хотя их так мало сохранилось

Уинстон немедленно заплатил четыре доллара и опустил вожделенную игрушку в карман. Соблазнила его не столько красота вещи, сколько аромат века, совсем не похожего на нынешний. Стекло такой дождевой мягкости ему никогда не встречалось. Самым симпатичным в этой штуке была ее бесполезность, хотя Уинстон догадался, что когда-то она служила пресс-папье. Стекло оттягивало карман, но, к счастью, не слишком выпирало. Это странный предмет, даже компрометирующий предмет для члена партии. Все старое и, если на то пошло, все красивоеОригинальный текст книги читать онлайн бесплатно в онлайн-библиотеке Knigger.com