Звёздное скопление. Курс вторжения - Страница 38
Флот Этрурии был довольно… своеобразен – вот, пожалуй, самое подходящее слово. Консул убедил остальной сенат, что ввязываться в дредноутную гонку не следует, поскольку этот класс после появления «Дромона» устарел, что достаточно лишь несколько кораблей этого класса, и сконцентрироваться надо на флаероносцах – ударных и конвойных (средние он считал бесполезным эрзацем, и их на весь флот было лишь два, да и те – устаревшие), а также на строительстве множества средних кораблей эскадренного боя. Понятие о «средних кораблях» у него, однако, было весьма своеобразное, и результатом кораблестроительного плана «Цет» стало появление двух новых типов кораблей эскадренного боя: трирема, как об этом можно догадаться, с тремя гравитационными орудиями, представлявшего из себя изрядно подросший легкий крейсер, прекрасно (для своего класса) забронированный, но кроме орудий ГК и одной противокорабельной торпеды вооруженного одними лишь зенитками и противоракетами, и квадрирема. Последние, как догадаться также совсем нетрудно, несли четыре гравитационных орудия, дополненные парой орбитальных лазеров, несколько (нам точно не было известно – сколько, а уж кумаханцам-то и подавно) торпед и все те же зенитки. Размерами это был чуточку, процентов на пятнадцать, подросший тяжелый крейсер, не слишком резвый, но отлично защищенный. Выводить в отдельный тип этот тяжелый крейсер, возможно, и не стоило, но хозяин – барин… А так, по сути, это был лучший класс тяжелых крейсеров в Скоплении.
С флаероносцами сенаторы тоже мудрить не стали, ничего эдакого придумать не взялись (хотя, по докладам Деулина, совершенно не впечатлившись чертежами драккаров, доставшихся им из «приданого» Светы Луневой, что-то эдакое, сугубо флаероносное, строили на их основе), а вот с легкими крейсерами дали изрядного маху.
Основатель еще одного нового типа боевых кораблей – этрусская «Либурна» – формально принадлежала к легким крейсерам, однако для эскадренного боя не подходила совершенно. Это был идеальный пиратский корабль – небольшой, что-то посередке между фрегатом и легким крейсером, защищенный, быстрый, хорошо вооруженный для рейдерства, но, увы, задействовать его в бою как-то иначе, нежели тяжелый фрегат, было самоубийственно и бесполезно. Возможно, их потом собирались продавать и пиратам на Мидлсборо – как знать?
И именно недостаток, да что там – жуткий дефицит легких кораблей эскадренного боя – вынудил Пирского купить у меня корабли Спартриот-класса, обруганные консулом Шейко как «рухлядь» и «летающий металлолом». Зря он так: все корабли прошли действительно хороший капремонт, были почти как новенькие. И даже успели войти в состав флота аккурат к началу кампании – повезло.
В общем, в сражение при Мидлсборо должны были вступить две схожие, но при том различные концепции, я даже не побоюсь этого слова – парадигмы флота: «живучесть и экономичность» против «живучести и маневра».
И вот… Они сошлись. Волна и камень, стихи и проза, лед и пламень… Две армады бронированных, ощетинившихся орудиями туш сходились на битву, результат которой должен был предопределить направление кораблестроительных и адмиральских мыслей на долгое время вперед.
И все это мы, участники шоу и игроки в «Звездное скопление», могли наблюдать в прямом эфире, в репортажах с планет и спутников системы Мидлсборо – гравитационную связь азнакваны подавлять не умели.
– Анализ действий флотов Этрурии и Кумахи был поручен оперативной группе синклитика Киндяшкова, – устало произнес Скуриди. – Прошу вас, стратиг флота.
– Благодарю, эфор, – кивнул я, выходя к голоэкрану в центре зала заседаний синклита.
Первый раз с самого начала шоу мы всей командой на Бизантии собрались. Гадючник в полном составе, счастье-то какое! Очень это празднование двухсотлетия начала первой колонизации (я про Антиох, если что) удачно выпало, чтобы собрать всех синклитиков для торжественной церемонии, а равно в тиши кулуаров обсудить последние изменения на космополитической карте.
Или неудачно, как посмотреть. Лично у меня жим-жим был такой, знаете ли, не слабый. Мало ли что там Деулин говорит про уровень изучения пространственных перемещений в других державах? Говорить и я могу. А вот накрыть весь синклит медным тазом сейчас самый подходящий момент – рвануть какой-никакой ядрен-батон во время наших официальных поздравлений народу, и снесет нас вместе с балконом, который тут под это дело вместо Мавзолея Ленина. А уж захватывать, делить и угнетать обезглавленную державу – это то, что Тигра (в смысле наши соседи) любит больше всего на свете. Бедняга Данченко в преддверии торжественных мероприятий замотался вусмерть, ажно похудел килограмм на десять. Да и Деулин смотрится вблизи не лучшим образом: лицо осунувшееся, скулы кожей обтянулись – и не сказать, что сибирский здоровячок.
Ну и от лепшего кореша Скурвиди, который в последнее время что-то совсем скурвилсо, любой подлянки можно ожидать, не говоря уж про Леночку, чтоб ее разорвало да склеило сикось-накось. Путча там, или апоплексического удара табакеркой ей. Савватий заранее все возможные варианты бегства просчитал, меры к ретираде предпринял и мрачно мне доложил, что шансы унести ноги, случись какой казус, у нас фифти-фифти.
Но, однако, отпоздравлялись мы без эксцессов, речи потолкали перед пиплом, несколько награждений произвели, перед камерами попозировали, демонстрируя нерушимое единство и верность эллинским идеалам, а потом отправились…
А вот и не на банкет! Заседать мы отправились, тоже строго торжественно, под все те же камеры, при всех регалиях и орденах, зачитали бодрые отчеты о проделанной работе по покорению галактики, выгнали корреспондентов и стали…
А вот и нет, не пировать, как любые нормальные люди! Заседать дальше. Можно подумать, что если бы мы устроили небольшой праздничный банкет до того, как обсудить все вопросы, Вселенная бы погибла. Но тут с эфором не поспоришь, он в своем праве, сволочь такая. А мне уже жрать охота!
Но всем на это настолько сугубо фиолетово, что так и тянет изобразить у себя на мордахе грустный смайлик…
– Итак, господа, – говорил я, однако, ровно, без эмоций, ничем не выдавая своих желаний как в плане пожрать, так и в плане передушить часть здесь присутствующих. Отчего не пристрелить? Так к парадке стратига бластер не положен, только кортик. – Возглавляемая мной оперативно-тактическая группа флота при помощи Генштаба закончила разбор битвы при Мидлсборо и готова озвучить свои выводы. Но прежде всего предлагаю изложить наше видение картины состоявшегося боя. Никто не возражает?
Я огляделся, в надежде, что кто-то все же возражает и предложит-таки перед долгим докладом и последующим его обсуждением пожрать. Не, никто не возражал. Еще и лица все заинтересованные сделали, контры.
– Итак, флот спарапета Тонояна вторгся в систему Мидлсборо, имея в своем составе один устаревший дредноут, одиннадцать эскадренных броненосцев, четыре тяжелых крейсера, двадцать два эскадренных монитора, шесть мониторов-броненосцев, тридцать легких крейсеров, двенадцать тяжелых, двадцать средних и сорок девять эскортных флаероносцев, а также многочисленные корабли ПКО и эскорта. Противостоящий им флот рекса Игонина из двух дредноутов, одного ударного и трех средних флаероносцев, пяти тяжелых и семи легких крейсеров, не имея возможности к прямому противостоянию, избрал маневренную тактику боя, практически от самых границ системы угрожая армейскому конвою спарапета Мамиконяна. – Все описываемые события и движения флотов я указывал на трехмерной голокарте посредством электронной указки. – В то время, когда основные силы Кумахи старались держаться между силами Игонина и своими транспортными кораблями, предупреждая прорыв, Тоноян решительно атаковал противника дредноутом и всеми крейсерами. Изобразив отступление, защитники системы выманили атакующую группировку из-под прикрытия кумаханской флаерации и приняли встречный бой на контркурсах. Применив по авангарду противника флаеры в количестве около двухсот единиц, Игонин уничтожил два и серьезно повредил еще два легких крейсера Кумахи. В связи с недостаточностью зенитной защиты на этих кораблях и полным отсутствием в атакующем ордере кораблей ПКО потери в боевых машинах у него вышли довольно небольшие – не более, а скорее даже менее пятидесяти единиц. Опасаясь повторной атаки, спарапет Тоноян отозвал силы преследования под истребительный зонтик, выделив на это направление пять средних и девять эскортных флаероносцев, а также часть кораблей ПКО, что, однако, Игонина не остановило. Перевооружив флаеры и выловив в пространстве своих сбитых пилотов, рекс еще до подхода к кумаханцам подкреплений вновь атаковал вражеский дредноут и крейсера всеми силами в непосредственной близости от скопления астероидов, именуемых Большая Куча.