Зона бессмертного режима - Страница 18

Вот так и никак иначе – в здоровом теле здоровый дух. Лозунг сей был всегда его основополагающим принципом, главным жизненным кредо. Недаром же в свое время он был не только Хранителем и Корректором, но и Шеф-инструктором Вседорбийской прессконтактной Кик-лиги. Обладателем почетного восьмого трана, супермастером хлипкидо, главзиганом супергильдии боевого буршу. Дьявол, поимей свою тещу, неужели это когда-то было?

– Хурр! Хурр! – Дети между тем встали в боевую позицию, сблизились, страшно закричали и принялись пинать друг друга в пах и атаковать в подбородок. Причем грамотно, по всей науке, как отец учил: с притопом, реверсом, финтами, волной, экспрессией и концентрацией. Еще слава богу, что и блоки у них были поставлены как надо…

– Ну все, ша, брейк, – скомандовал Ан, доброжелательно оскалился, погладил сыновей по головам, а в это время отворилась дверь и в лазарет пожаловал Хорек.

– Далан на тайман[59], лепила. Мудями шевели, утес[60] тебя хочет.

Он был блатным среднего звена – юркий, жилистый, с татуированными щеками – и состоял в кодле у Алалу, «вора от всевышнего», утеса зоны.

– Тайман на далан, – отозвался Ан, оценивающе прищурился и подтолкнул Энлиля с Энки к двери: – Идите, дети, идите. Делайте урок. – Он посмотрел им вслед, коротко вздохнул и с ледяной улыбкой повернулся к уркагану: – Что-то ты сегодня рано. Пойду посмотрю, остыло ли. Не скучай.

Слишком уж бодро подмигнул, слишком уж нарочито ухмыльнулся и, стараясь не выказывать и тени беспокойства, не спеша направился в лабораторию. М-да, что-то не ко времени сегодня пожаловал Хорек, видимо, нужно ждать каких-то неприятностей. И хрена ли бычачьего этому Алалу надо? А может, он узнал про Нанн? Про Нинти?

– Эх, жизнь, – выругался он, хрустнул кулачищами и достал из шкафчика окоренок с ядом – смертельным, неотвратимым, со знанием дела приготовленным из крысняка, белы и калистого циания. Затем он вытащил приблуду-кишкоправ, смочил густой коричневой отравой, недобро хмыкнул и сунул в ножны. Ну что, утес, теперь можно и поговорить. По душам.

Ан взял посудину с экстрактом ханамака, сделал резкий выдох, успокаивая дыхание, и неспешно, с видом добродетели возвратился к зыркающему по сторонам Хорьку.

– Уже остыло. Пошли.

По лабиринту галерей, по хаосу проходов, по неразберихе лестниц, в зыбкой полутьме. Наверх, наверх, на уровень «Альфа», где устроился в своем логове главный вор Алалу. Неплохо устроился, с комфортом – купол из прозрачного металла, сквозь который проглядывают звезды, гряды с ханумаком и триноплей, рядом верный, готовый на любое зверство подхват. Космические бродяги, пираты, мокрушники, похитители органов. Морально не обремененная сволочь, счастливо избежавшая распыла.

– А, изменник родины, – встретил Алалу Ана, с понтом развалившись в кресле. – Ну и как дела? Принес?

Он был по крови зурбиханским нигрянином, а происходил из касты рукогревов и уже одним только этим вызывал у понимающих презрение. Волосы его омерзительно курчавились, губы, вывороченные, розовые, напоминали о женской вульве, черная, лоснящаяся от жира рожа вся была покрыта кружевом татуировок. Дополняли антураж чудовищные мышцы, хитрый взгляд остекленевших глаз и фотонный бластер за широким поясом. Огромный, ископаемый, бидайского производства, но все же бластер. Таких дырок, если надо, понаделает… Тут же, неподалеку от Алалу, расположилась его кодла, тоже все татуированные, нелицеприятные, вооруженные ножами. В общем, компания была еще та, симпатий не вызывающая.

Конец ознакомительного фрагмента. Полный текст доступен на www.litres.ru