ЖУРНАЛ «ЕСЛИ» №9 2007 г. - Страница 43

– Так значит, шанс умереть у меня все же имеется?

– У нас у всех есть такой шанс.

Что ж, следует отдать Ахаву должное, ответ он дал неоднозначный, требующий глубокого философского осмысления. При этом уклончивым его не назовешь – Ахав был предельно честен.

Странная, вообще-то, получилась беседа. Минимум информации, парочка ценных указаний и вместо «будьте здоровы» в конце далеко не оптимистичный прогноз на будущее. На мое личное будущее. Которое, честно говоря, интересовало меня не меньше, чем будущее всего мира. Уже хотя бы потому, что я не мог представить грядущее без себя любимого. А ежели так, выходит, нет меня – нет и будущего.

Впрочем, все это глупый солипсизм, который Ахав и ему подобные энтузиасты-альтруисты, ощущающие будущее, как свой собственный геморрой, скорее всего, в расчет не принимали. И может, были правы.

В голове у меня все здорово перепуталось – настоящее и будущее, реальность и бред, правда и ложь.

– Мы постараемся вернуть вас в ту самую временную точку, откуда забрали. Проблема в том, что чем меньше временной отрезок, с которым приходится иметь дело, тем ниже точность попадания в нужную точку. Разброс может составлять от нескольких минут до двух часов.

– Ладно, – отчего-то мне вдруг сделалось невыносимо скучно, даже зевнуть захотелось. – Что я сейчас должен сделать?

– Сложите руки на коленях.

– Есть.

– И поплотнее закройте глаза.

– Зачем?

– Чтобы они не выпали из орбит.

– Такое случается?

– Никто не проверял, но лучше не рисковать.

– Хорошо.

Я закрыл глаза.

– Вас ждут облонские реликтовые болота.

– Что?

– Не открывайте глаза!…

Мы неспешно шли по набережной. Справа – кусты, а за ними – проезжая часть. Слева – невысокое ограждение, тянущееся вдоль реки.

– Делай свое дело и ни о чем не беспокойся, – твердил свое майор Ворный. – Главное, таблетки принимать не забывай. Если что не так – сразу таблетку под язык. В Облонск твоя группа завтра отправляется? Ну так и лети вместе со всеми! Не волнуйся, мы за тобой присмотрим.

Чуть обогнав Владимира Леонидовича, я встал так, что и ему пришлось остановиться.

– Я знаю, – сказал я.

– Что ты знаешь? – недоумевающе поднял бровь Владимир Леонидович.

– Знаю, почему там, где я побывал, начинают расти информационные башни.

– Ну-ну, любопытно.

– Я могу генерировать поле, необходимое для активации спор.

– На тебя снизошло озарение? – лицо у майора Ворного будто из камня, так что и не поймешь, всерьез он это или насмехается.

– Я знаю это, – ответил я.

– А ты не думал о том, что те, кто регулярно посылает тебя в Россию, знают об этой твоей особенности и вовсю ею пользуются?

В ответ я только улыбнулся. Если я расскажу Владимиру Леонидовичу про Ахава, он ведь все равно не поверит.

– Ты только особенно не зацикливайся на идее собственной исключительности.

– Что? – удивленно посмотрел я на Ворного.

– Ну, это я насчет твоей силы, которая якобы споры пробуждать может. Глупость все это, Петр Леонидович. Не знаю, кто вбил тебе в голову эту мысль, но поверь мне – глупость.

– Давай проверим?

– Давай, – безразлично пожал плечами Владимир Леонидович.

– Прямо здесь?

– Нет, лучше в гостиницу вернемся.

Майор Ворный подошел к краю тротуара и махнул рукой. Из переулка выехал черный «додж» – тот самый, который в иной реальности столкнул в реку «тойоту» гостей из будущего, – игнорируя правила уличного движения, пересек встречную полосу, развернулся и остановился возле нас.

Владимир Леонидович распахнул передо мной заднюю дверцу, а сам сел впереди.

Всю дорогу мы молчали. Да и о чем говорить? К тому же за время прогулки мы не успели далеко отойти от гостиницы.

Войдя в номер, я снял пиджак, подвернул рукава рубашки, как готовящийся к выступлению престидижитатор, сходил в ванную комнату и вымыл руки.

Владимир Леонидович ждал меня в гостиной, удобно устроившись в низком кресле с широкими подлокотниками.

– С чего начнем? – натянуто улыбнулся я.

Не то чтобы я начал сомневаться в своих возможностях, которые обрисовал мне Ахав, однако демонстрация их на людях начала казаться мне довольно глупым и никчемным делом. Кому и что я хотел доказать? Да и зачем? Завтра – Облонск. Через три дня я вернусь домой. И больше никогда и ни за что сюда не приеду. В конце концов, почему я один? Должны быть и другие герои, способные спасти мир.

– Для начала прими таблетку, – посоветовал Владимир Леонидович. – А то ведь потом сам не поверишь, что это было на самом деле. И будет тебе, дружище, мучительно больно.

Я молча налил в стакан минералки, выдавил на ладонь одну из таблеток и демонстративно проглотил ее.

Владимир Леонидович улыбнулся и приглашающим жестом указал на журнальный столик, который он уже предусмотрительно освободил от всего лишнего.

Я вдруг сообразил: у нас же нет самого главного, что требуется для проведения эксперимента!

– А где взять споры? – растерянно посмотрел я на Ворного.

– Да не проблема, – Владимир Леонидович достал из внутреннего кармана пиджака небольшой пластиковый флакон-дозатор. – Тебе сколько?

– Одной, я полагаю, хватит.

– Пусть будет пять, – Владимир Леонидович взял с обеденного стола блюдце и пять раз надавил над ним на поршень дозатора. – А то вдруг какие-то уже всхожесть потеряли, – и на журнальный столик поставил.

Я смотрел на кажущееся пустым блюдце и не знал, что делать. Ахав говорил, что все должно произойти само собой. Но сколько времени нужно ждать, чтобы споры начали прорастать? В ресторане «Острова Длинного Ганса» это, помнится, произошло очень быстро, у всех на глазах.

– Ну как? – очень серьезно поинтересовался Владимир Леонидович.

Я жестом попросил его проявить терпение.

– Может быть, тебе нужно произвести какие-то пассы? – предположил майор Ворный. – Люди, утверждающие, что обладают особой энергетикой, обычно именно так поступают.

Я вглядывался в белизну блюдца, и мне казалось, я различаю крошечные споры, внутри которых находятся сотни спящих уинов. Мысленно я умолял их проснуться. Мне почему-то вдруг пришло в голову… Нет, я почти поверил в то, что, если мне сейчас, на глазах у майора Ворного, удастся оживить споры, он непременно изменит свою точку зрения в отношении информационных нанотехнологий. В самом деле, если люди, пусть даже не все, а только некоторые, обладают способностью пробуждать к жизни споры информационных башен, значит, наша природа едина. Значит, глупо и дальше пугать себя угрозой вторжения некоего чуждого разума, решившего уничтожить жизнь на Земле. Значит, бороться с процессом распространения единого информационного пространства на территорию России бессмысленно. Рано или поздно это все равно произойдет. Потому что людей, наделенных моими способностями, будет становиться все больше…