Живые и мертвые - Страница 285

ло, что муж - полковник - был у него, Серпилина, простым бойцом?

Но, продолжая смотреть ей в глаза, он понял, что правдой было не то и не другое. Просто она знала или угадывала в своем муже что-то такое, что заставляло ее бояться за него. Как видно, она любила его, но при этом боялась: какой он будет там, на войне?

Она надеялась узнать о муже хорошее, для этого и пришла, и в то же время в глубине души боялась узнать плохое. А сейчас, когда Серпилин замолчал, заподозрила, что это плохое все же было и лишь осталось несказанным.

- Может быть, вы все-таки чего-то не договариваете мне? - повторила она.

"Может быть, может быть..." - мысленно сказал он. Но вслух ответил, что нет, он рассказал все, как было, и пусть она напишет об этом сыну.

"Главное все же не она, а сын!" - еще раз подумал он.

На этот раз, кажется, она поверила.

- Я буду писать сыну и сошлюсь на вас.

- Что ж, ссылайтесь, - сказал он.

А про себя подумал: черт его знает, наверное, в этом ненавистном ему Баранове было что-то такое, за что его и сейчас еще любит такая, как видно, хорошая женщина.

Он проводил ее в переднюю и подал шинель. Она поблагодарила и ушла. Когда он вернулся и посмотрел на часы, то увидел, что она не уложилась всего на четыре минуты. Для женщины, пришедшей с тем, с чем пришла она, это был подвиг.

"Да, с характером человек. Так за что же она все-таки любила Баранова? Или, как говорится, ни за что? За просто так?.. Тоже, кажется, бывает..." - подумал он, сам, однако, не представляя себе, как это может быть.

- Уже ушла? - входя, спросила Валентина Егоровна.

Даже то, что Баранова так быстро ушла, не смягчило ее. Она просто решила, что Серпилин сказал этой женщине все, как было, потому она и ушла так быстро.

- Ну как, все ей сказал? - не удержалась она.

- Ничего я ей не сказал! - недовольно ответил Серпилин. Он не хотел больше разговаривать на эту тему. - Сказал, что пал смертью храбрых.

- Не знала прежде за тобой привычки врать, - непримиримо сказала Валентина Егоровна.

- А ты полегче на поворотах! - рассердился Серпилин. - Сын пошел добровольцем на фронт, мстить за отца. Так за кого же прикажешь ему мстить? За труса?

- А разве, кроме как за его дорогого отца, мстить не за кого? Если бы его отец был жив, значит, сыну можно не на фронт, а за Урал ехать? Не согласна!

- Оказалась бы на моем месте, согласилась бы... - Серпилин имел в виду объяснить ей: одно дело - рассуждать, что правильно и что нет, а другое дело - глядеть в глаза вдове.

Но Валентина Егоровна перебила его:

- Мне незачем на твоем месте оказываться, я и на своем достаточно видела!

Продлись этот разговор еще немного, он бы кончился размолвкой, но оба вовремя почувствовали, что это может случиться, сдержались и заговорили о другом: Серпилин - о том, чтобы она сразу же шла снова работать в свой госпиталь, а она - о том, чтобы он после своего ранения пореже надевал сапоги.

- Сегодня в дорогу, например, вполне можно ехать в валенках...Оригинальный текст книги читать онлайн бесплатно в онлайн-библиотеке Knigger.com