Живые и мертвые - Страница 280

с ножом и одной гранатой в кармане пополз вперед, волоча за собой немца.

Немец, как потом оказалось, был и не здоровый и не тяжелый, даже вовсе маленького роста, но попробуй-ка волочить такой мешок по снегу, не подымая головы!

Когда Синцов, самому себе не веря, что добрался, за пятьдесят метров до окопов встретил выползших ему навстречу и лежавших за бугром в снегу Караулова и командира занимавшей здесь оборону роты, он уже изнемогал и, хотя полз по снегу, был потный с головы до ног.

- А где Леонидов? - спросил Караулов.

- Там, раненый... Сейчас схожу за ним... - задыхаясь после каждого слова, сказал Синцов.

И Караулов не стал больше ничего спрашивать, пока они теперь уже все втроем не втащили немца в окоп.

- Ну чего там с Леонидовым? - уже в окопе снова спросил Караулов, накинув на Синцова свой полушубок.

- Сейчас... скажу... Немцу... кляп... выньте, а то как бы... - Синцов не договорил: не хватило дыхания.

У немца вытащили кляп изо рта, и он стал надрывно кашлять, как туберкулезный. Потом его стошнило: то ли от страха, то ли оттого, что у него был заткнут рот.

- Леонидову ступню оторвало, - сказал Синцов. - Сейчас пойду за ним.

- Куда ты такой пойдешь? - сказал Караулов. - Сейчас я сам пойду! Только объясни где.

- Нет, - сказал Синцов. - Я с тобой пойду, дай только передохну.

Обычно он разговаривал с Карауловым на "вы", но сейчас назвал на "ты".

Командир роты протянул ему фляжку.

- Не надо, - сказал Синцов. - Боюсь, ослабну. И так жарко. Воды вот...

Но воды поблизости не было, и он, взяв пригоршню, стал есть снег.

- Оставайся, - снова, на этот раз по-начальнически, сказал Караулов. Я найду. Вот Комарова с собой возьму.

Комаров тоже был здесь. Оказывается, его взял себе в напарники Караулов - "на случай, если бы не сладилось", - вспомнил Синцов слова Малинина.

Синцов выплюнул комок снега.

- Как вы - не знаю, а только я сам с вами пойду. Без меня все равно его не найдете... Там и ватник мой, и автомат...

Он вдруг вспомнил весь ужас, испытанный им самим тогда, в лесу, когда он очнулся, раненный, и пополз, а потом поднялся и увидел идущего на него немца с автоматом.

"Нет, с Леонидовым этого не будет!"

- Пойдемте, - повторил он и, не дожидаясь окончательного решения Караулова, стал первым вылезать из окопа.

17

Серпилин получил назначение на фронт только после второй врачебной комиссии, да и то не сразу. Комиссия была 25 ноября, а назначение он получил через неделю. Утром его вызвали в Генштаб, а вечером уже предстояло принимать дивизию, дравшуюся с немцами под Москвой.

- Мы тут докладывали о тебе товарищу Сталину, - сказал Иван Алексеевич. - И о твоем письме, чтоб непременно на фронт, и так далее... (Серпилин послал это письмо после второй комиссии.) Не скрою, мы были против, хотели оставить тебя здесь, у себя... но, - Иван Алексеевич пожал плечами, - он решил по-своему, и, стало быть, теперь прав ты, а не мы. Сказал: раз хочет на фронт, дать дивизию.Оригинальный текст книги читать онлайн бесплатно в онлайн-библиотеке Knigger.com