Живые и мертвые - Страница 224

о у меня уже из памяти вышло. Теперь у меня в памяти, как у Лермонтова: "Ребята, не Москва ль за нами? Умрем же под Москвой!.." Еще при царе Горохе, на заре века, в приходской школе учил, а вот ведь не забыл!

- Что же, - сказал Малинин, - если московскими новостями интересуетесь, могу рассказать самые свежие. От жены письмо получил...

Он рассказал и о своем сыне, удравшем на фронт, и о том, что жена вернулась на работу в райжилотдел, и о разбронированном и отправленном на войну Кукушкине.

Бойцы слушали сочувственно; что Кукушкина разбронировали, всем понравилось: так ему и надо, черту!

- Наводят, значит, в Москве порядок, - усмехнулся Трофимов. - Это хорошо. А что твой сын удрал, хочешь - сердись, хочешь - не сердись, Алексей Денисыч, а как он был хулиган, так, значит, и остался. Я за две улицы от тебя живу - и то его проделки знаю...

- Ничего, - сказал слегка задетый этим Малинин, - я и сам в его годы хулиганом был хорошим...

- А как, - вдруг спросил молчавший до этого молодой бледный боец, он сидел, подперев рукой щеку, - как все-таки вид Москвы после бомбежек? Я сам москвич, на Коровьем валу жил.

- Цел твой Коровий вал, - сказал Малинин. - Да Трофимов вам небось уже десять раз рассказывал. Вы ему верьте, он мужик серьезный, непьющий и неврущий, хотя и рыболов.

Все рассмеялись.

- А все-таки, - не унимался москвич с Коровьего вала, - неужели так мало в Москве разрушений, как в газетах пишут?.. Ведь каждую ночь идут над головами, и гудят, и гудят...

- Идут, да не доходят, - сказал Малинин. - Не всякая пуля до тебя долетает! Так и с Москвой. Тебе отсюда кажется, что там бомбежка страшное дело, а я сюда, на фронт, шел - поджилки дрожали. А пришел вроде ничего.

- Ну, уж вы скажете, товарищ политрук, - поджилки дрожали! - вежливо не поверил ему Сирота.

Малинин насмешливо покосился на него.

- А вот именно что так - дрожали! А ты что ж думал, я страха божьего не имею? Еще как имею! - Малинин пригнулся при свисте низко пролетевшего снаряда и нашел в себе силы пошутить: - Видишь, снарядам кланяюсь...

Двое или трое улыбнулись, лица остальных были серьезны: снаряд разорвался слишком близко, чтобы шутить. Второй, такой же пристрелочный, как этот, разорвался впереди. Все разбежались под прикрытие стен. А немецкая артиллерия начала, как бешеная, молотить - снаряд за снарядом по всему взгорку с кирпичным заводом. Запахло едким дымом.

- Это они вчера, сволочи, пристрелялись, когда мы атаку ихнюю отбивали! - кричал Сирота в ухо Малинину. - Вчера клал - спасу не было! А сегодня еще больше дает... Прямо с нас и начали.

То ли немцы действительно пристрелялись вчера, то ли им повезло сегодня - над этим некому и некогда было задумываться. Разбросав десяток снарядов вокруг, так близко, что их тяжелым дыханием несколько раз из стороны в сторону качнуло землю, немцы положили снаряд прямо внутрь недостроенного здания.

Малинин перед этим, как и все, лежавший под стенкой, прикрываясь ею от осколков разрывавшихсяОригинальный текст книги читать онлайн бесплатно в онлайн-библиотеке Knigger.com