Защита гражданских прав: избранные аспекты - Страница 30

Исходя из закрепленного в п. 1 ст. 15 ГК РФ принципа полного возмещения причиненных убытков напрашивается вывод: подлежат возмещению любые убытки, в том числе и косвенные. Между тем в доктрине устоялось мнение, что косвенные убытки возмещению не подлежат[247].

Подобный подход последовательно проводится и в судебной практике. Так, Верховный суд Республики Северная Осетия – Алания указал, что подлежат возмещению лишь прямые убытки, которые несет сторона в гражданском обороте. Косвенные убытки, напрямую не связанные с последствиями нарушения данного гражданского обязательства, взысканию не подлежат.

Анализ названных правовых норм свидетельствует о том, что убытки по общему правилу возмещаются в полном размере, т. е. взыскивается как реальный ущерб потерпевшей стороны, так и упущенная выгода. Вместе с тем подлежат возмещению лишь прямые убытки, которые несет сторона в гражданском обороте. Косвенные убытки, напрямую не связанные с последствиями нарушения гражданского обязательства, взысканию не подлежат[248]. Почти тождественные формулировки можно встретить в текстах судебных актов и арбитражных судов[249].

Отработанная до автоматизма некритичность, с какой суды воспроизводят идею «невзыскабельности» косвенных убытков, в условиях отсутствия сколь либо ясного представления о содержании этого понятия не может не вызывать тревогу.

Наиболее глубоко и обстоятельно проработана данная классификация в Германии. Разграничение прямых или непосредственных (unmittelbare Schäden) и косвенных или опосредованных (mittelbare Schäden) убытков проводится в первую очередь по тому признаку, что прямые убытки возникают в самом благе, которое является объектом противоправного поведения, в то время как косвенные затрагивают прочую имущественную сферу потерпевшего. Названный критерий находит отражение в другом терминологическом обозначении прямых и косвенных убытков – Objekt-, Verletzung- или Substanzschaden (убытки в объекте) и Folgeschäden (последующие убытки). При этом к характеру связи с объектом добавляется временной критерий – прямые убытки наступают, как правило, немедленно, в то время как косвенные отделены от противоправного поведения временным интервалом (zeitlicher Abstand). Отмечается, что игнорирование временного интервала может сделать классификацию беспредметной в случае, если противоправное поведение направлено не на конкретный объект, а на имущество потерпевшего в целом[250].

Другим важным критерием разграничения выступает причинно-следственная связь. Так, при прямых убытках причинно-следственная связь устанавливается между противоправным поведением и этими убытками, в то время как при установлении косвенных убытков, исследуется каузальность между прямыми убытками и косвенными. Данная особенность обнаруживает два вида причинно-следственной связи и, соответственно два уровня доказывания.

Первый вид – так называемая обосновывающая ответственность причинность (haftungsbegründende Kausalität). Установив ее наличие между противоправным поведением и возникшим вредом (прямыми убытками), констатируют возникновение ответственности (Haftung). Второй вид носит название наполняющей ответственность причинности (haftungsausfüllende Kausalität), и ее исследование необходимо для установления связи косвенных (опосредованных) убытков с прямыми (первичным повреждением блага). Х. Ланге и Г. Шиманн обращают внимание, что при этом отношение между противоправным поведением и косвенными убытками не получило обозначения, в связи с чем является терминологической лакуной[251].

Для более ясного понимания изложенного подхода необходимо напомнить классическую германскую модель гражданско-правовой ответственности. Такая модель состоит из трех элементов:

1) объективное основание (состав) ответственности (objektiver Tatbestand), которое в свою очередь состоит из: а) причиняющего вред поведения (Verletzungshandlung), b) убытков (Schaden) и с) причинно-следственной связи между поведением и убытками (Kausalität)[252];

2) противоправности (Rechtswidrigkeit) и

3) субъективного основания (состава) ответственности (subjektiver Tatbestand) или обязанности отвечать (Vertretenmüssen), в частности вины (Verschulden)[253].

Введение в конструкцию убытков двух видов причинности имеет то практическое значение, что прямые убытки входят в объективное основание (состав) ответственности (objektiver Tatbestand), в то время как косвенные убытки определяют ее размер (объем). Отсюда причинно-следственная связь между первичным повреждением и косвенными убытками носит название наполняющей ответственность причинности.

Другое важное в практическом отношении следствие двойной причинности обнаруживает себя в процессуальной плоскости. Так, обосновывающая ответственность причинность, будучи элементом объективного состава ответственности, подлежит доказыванию истцом в рамках общих правил о распределении бремени доказывания. Между тем наполняющая ответственность причинность, равно как и вытекающие из нее дальнейшие (косвенные) убытки, оценивается судом по своему внутреннему убеждению (§ 287 ZPO[254]), что в литературе рассматривается как облегчение доказывания[255].

В условиях господствующего в Германии натуралистического подхода к понятию убытков наполняющая ответственность причинность (haftungsausfüllende Kausalität) наделяется еще одной важной функцией – регулирование размера убытков сообразно текущим политико-правовым целям. Если нормативная концепция убытков позволяет расширить или сузить само понятие убытков, то натуралистическая концепция, будучи привязанной к объективным критериям, такого удобства не дает. В этом случае включить или исключить те или иные невыгоды из подлежащих возмещению убытков удается путем констатации наличия или отсутствия наполняющей ответственность причинной связи. Критерием, который в одних случаях ограничивает действие причинности, а в других, наоборот, расширяет ее, является цель правовой нормы.

Строгое выделение видов причинности как следствие разграничения основания ответственности и ее объема существует не только в Германии. Во французской литературе, равно как и в некоторых судебных актах, можно встретить противопоставление связи между поступком ответчика и первичным вредом (lien entre le fait du defendeur et le dommage initial), с одной стороны, и связи между первичным вредом и его дальнейшими последствиями (lien entre le dommage initial et ses consequences ulterieures)[256] – с другой. Также комментаторы Модельных правил европейского частного права (DCFR) к ст. VI. – 4:101 приводят целый ряд правопорядков, воспринявших указанное деление (Португалия, Голландия, Италия и др.)[257].

В странах общего права можно также встретить идеи о разделении причинности[258], хотя в целом подходы к пониманию прямых и косвенных убытков построены на иных принципах.

Для прямых и косвенных убытков существуют различные обозначения. Так, можно встретить прямые (direct) и непрямые убытки (indirect damages)[259], общие (general) и особые (special) убытки[260], прямые (direct) и последующие (consequential) убытки[261].