Записки социальной психопатки - Страница 8

Фильм «Ошибка инженера Кочина» снимал режиссер Александр Мачерет. Раневской сниматься там не нравилось, роль она не понимала, но режиссер не хотел объяснять, а просто требовал, чтобы она механически выполнила его указания. В результате получилось, что ее героиня идиотской радостной улыбкой встречает энкавэдэшников! Но еще больше Раневскую раздражало, что после этого фильма ее стали узнавать на улицах и кричать ей вслед ее фразу из фильма: «Абрам, ты забыл свои галоши!» Впрочем, продолжалось это недолго, ведь на следующий год уже вышел «Подкидыш».

В 1940 году на экраны вышел фильм «Подкидыш», и на Раневскую обрушилась настоящая слава.

Прочитав сценарий Агнии Барто и Рины Зеленой, Раневская спросила: «Скажите правду, сценаристы роль Ляли писали под меня?» И разумеется, на эту роль она согласилась сразу и с большой радостью.

Пожалуй, «Подкидыш» – это первый советский семейный фильм. В нем практически нет идеологии, а история, которая там рассказывается, могла произойти когда угодно и где угодно. Маленькая девочка потерялась, гуляет по городу и знакомится с разными людьми, которые то пытаются найти ее родителей, то хотят ее удочерить. Среди этих людей и героиня Раневской – властная, безумно любящая детей женщина с мужем-подкаблучником по имени Муля.

Как-то раз во время съемок Раневская заметила, что ее экранный «муж» как-то растерялся, и сказала ему: «Муля, не нервируй меня!» Эту фразу немедленно дописали в сценарий, а после выхода фильма она мгновенно стала крылатой. А Раневскую эта «Муля» с тех пор преследовала всю жизнь – стоило ей появиться на улице, как вокруг нее сразу собирались дети и кричали: «Муля, не нервируй меня!»

Раневская говорила, что профессия актера сродни профессии учителя. Эта мысль пришла ей в голову во время съемок «Подкидыша».

«В работе над этим фильмом, – писала она, – я убедилась, что актеру в какой-то степени всегда необходимо обладать даром педагога… С детьми работать всегда трудно. В кино, наверное, особенно. Там своя специфика, свои подчас изнурительные условия. Актер должен всегда чувствовать партнера независимо от того, ребенок это или нет. Должен понять мир ребенка. Потому и родственны наши профессии – актера и школьного учителя…»

Несмотря на то, что у самой Раневской не было детей, да и работала она с ними редко, вот этот подход к ребенку как к человеку, партнеру, а не как к несмышленому существу, позволял ей всегда находить с детьми общий язык. После «Подкидыша», «Золушки», «Слона и веревочки» она пользовалась огромной любовью у всех юных граждан Советского Союза, ее часто приглашали в пионерские лагеря, клубы, дома творчества. Ей писали сотни писем, часть из которых печатали в «Пионерской правде».

И те дети, которым удавалось познакомиться с Раневской лично, никогда не были разочарованы – она не сюсюкала с ними, не относилась пренебрежительно, а разговаривала серьезно и по делу – точно также, как разговаривала бы со взрослыми.

Свою самую любимую и возможно лучшую роль Фаина Раневская сыграла вновь у Михаила Ромма – в фильме «Мечта».

Эта картина снималась перед Великой Отечественной Войной, и посвящена была разделу Польши, в результате которого восточные польские земли отошли к Советскому Союзу. Главная героиня «Мечты», Ганка, устраивается работать служанкой в городе «чтобы заработать гроши, чтобы батька лошадь купил, чтобы замуж выйти». Но конечно в панской Польше счастья ей не видать, со временем Ганка это понимает и пытается добраться до советской страны, где ее ждет светлое будущее. Она добивается своего и в финале возвращается на родину вместе с освободительной Красной Армией, нести добро и справедливость угнетенному польскому народу.

Раневская же сыграла в этом фильме Розу Скороход – немолодую, потрепанную жизнью еврейку, хозяйку пансиона «Мечта», где работала Ганка.

И неожиданно для всех, в том числе и для режиссера, именно Роза Скороход стала главной героиней фильма. Именно она превратила идеологически выверенный и поэтому несколько надуманный сценарий в настоящую трагедию, живую и понятную каждому человеку.

На роль Розы Скороход Раневскую пригласил лично Михаил Ромм, несмотря на возражения автора сценария Евгения Габриловича.

Впрочем, спорил тот недолго – стоило ему немного пообщаться с Раневской, и он тоже был вынужден согласиться, что она и впрямь создана для этой роли. Сама же актриса буквально «влюбилась» в свою героиню. Она сумела сыграть ее так, что неприятная, жадная и жестокая мадам Скороход вызывает не злость и негодование, а жалость и сожаление.

«Объясни мне ты, инженер, зачем пропала моя жизнь?» – говорит Роза сыну, и именно об этом же думают и зрители, глядя на нее. В том мире, где живут герои «Мечты», несчастны не только бедные батрачки Ганки – Розе Скороход не приносят счастья ни деньги, ни место в приличном обществе, и она остается у «разбитого корыта», с горечью понимая, что растратила жизнь впустую.

Ростислав Плятт, сыгравший в «Мечте» эпизодическую роль, писал: «Эмоциональная возбудимость, взрывной темперамент, моментами поднимавший Розу до трагических высот, – все было при ней. «Мечта» вышла на экраны в 1941 году, и с тех пор – не долговато ли? – Раневская жила в поисках роли себе по плечу, роли, которая смогла бы до дна утолить ее неуемную творческую жажду…»

Роль Розы Скороход в «Мечте» принесла Раневской известность далеко за пределами Советского Союза.

В широкий прокат за рубежом он конечно не вышел – слишком советский, слишком чуждый идеологически, да еще и поднимающий столь болезненный «еврейский вопрос». Но на закрытых показах для избранных его смотрели политики, артисты, писатели. Президент США Франклин Рузвельт, посмотрев этот фильм, сказал: «На мой взгляд, это один из самых великих фильмов земного шара. Раневская – блестящая трагическая актриса».

Элен Драйзер, жена Теодора Драйзера, автора «Американской трагедии», вспоминала потом: «Теодор был очень болен. Ему не хотелось писать, не хотелось читать, не хотелось ни с кем разговаривать.

И однажды днем нам была прислана машина с приглашением приехать в Белый дом. Советский посол устроил специальный просмотр фильма „Мечта“.

В одном из рядов я увидела улыбающегося Чаплина, Мэри Пикфорд, Михаила Чехова, Рокуэлла Кента, Поля Робсона. Кончилась картина. Я не узнала своего мужа. Он снова стал жизнерадостным, разговорчивым, деятельным. Вечером дома он мне сказал: «„Мечта” и знакомство с Розой Скороход для меня – величайший праздник».

Михаил Ромм и Фаина Раневская дружили всю жизнь.

К сожалению, после «Мечты» их творческие пути разошлись, и больше они вместе не работали, но друзьями они оставались до самой смерти. В своих недописанных мемуарах Раневская вспоминала: «За всю долгую жизнь я не испытывала такой радости ни в театре, ни в кино, как в пору нашей второй встречи с Михаилом Ильичом. Такого отношения к актеру – не побоюсь слова, – нежного, такого доброжелательного режиссера-педагога я не знала, не встречала. Его советы-подсказки были точны и необходимы. Я навсегда сохранила благодарность Михаилу Ильичу за помощь, которую он оказал мне в работе над ролью пани Скороход в «Мечте», и за радость, когда я увидела этот прекрасный фильм на экране».

Дружила Раневская и с женой Ромма, актрисой Еленой Кузьминой, сыгравшей в фильме «Мечта» роль Ганки. Вскоре после восьмидесятилетия Раневской Кузьмина писала ей: «Дорогая Фаиночка, мы вас очень любим. А ведь так мало осталось к старости людей, о которых даже мысли доставляют удовольствие… О том, что вы упали в больнице, мы узнали от Нины Станиславовны Сухоцкой и ужасно огорчились. Ведь надо же иметь такое везение, чтоб в центре учреждения, где людей склеивают, разбиться на куски!.. Это только вы можете! От этого вашего „все не по-человечески“ мы вас любим еще больше…»