Загляни в свое сердце - Страница 14

стремление видеть его, говорить с ним, обладать им физически – жадно, страстно, похотливо, изливая накопившуюся в себе за долгие недели нервного напряжения, неуверенность и страх перед, пришедшим к ней новым положением разведенной женщины.

Панин первым заметил в ней перемену.

–Катя, ты стала другой.

–В чём я изменилась? – Катя с тоской отодвинула скоросшиватель с материалами очередного уголовного дела, улыбнулась Панину усталой покорной улыбкой.

–Огонек в тебе погас, Катюша, – Панин нагло уселся на её стол и стал качать ногой.

Катя секунду следила за его ногой в итальянском лаковом ботинке, потом пожала плечами.

–Какой может быть огонек, Петя? У меня пауза в жизни.

–А раньше говорила – личная жизнь кончается у стен управления.

–Это было раньше.

–Тогда заканчивай грустить, – Панин взглянул на циферблат своих наручных часов. – Есть дело, заодно и пообедаем там. Помнишь, я тебе рассказывал о моем одном знакомом старике, у него ещё книга есть старинная о конце света?

–Что тебе от него нужно? Всё-таки собрался обмануть бедного старичка? – грустно произнесла Катя.

–Ну, тебя. Ты даже шутишь с кислой миной на лице. Поехали. Ничего не буду объяснять, сама увидишь.

Так как выезд был не на убийство, то дежурную машину получить не удалось (в управлении боролись с излишней расточительностью) и поехали на автобусе, заплатив свои кровные.

–Панин, я убью тебя. Какое у тебя дело? Нельзя было съездить без меня?

–Не жадничай. И, вообще, ты с начальством как разговариваешь? Таким тоном с начальством говорить не полагается.

Сделав выговор, всю дорогу Панин молчал.

Вышли они на конечной остановке. Катя была в этом тихом районе впервые. Вот тебе и коренная горожанка! От площади бетонная дорожка вела через парк к небольшому уютному микрорайону ещё хрущевской постройки из двух пятиэтажек и двух четырехэтажек.

– Хорошо здесь, – заметила Катя.

–Тут старикам жить хорошо.

–Почему?

–Слишком спокойно.

Они миновали спортивную площадку и оказались у четырехэтажного двухподъездного дома.

–Пришли.

–Бедный старик, – хмыкнула Катя. – Тебе обязательно, чтобы я присутствовала при грабеже?

–Молчи. Надеюсь, при старике хватит ума так не шутить?

Катя подняла руки.

–Молчу.

Её веселость не вызвала у Панина ответной улыбки. Успокаивая его, Катя убрала с него несколько пушинок, потом крепко хлопнула ладонью по груди.

–Действуй, бандит.

Они вошли в узкий подъезд, поднялись на третий этаж. Катя посмотрела на номер квартиры – двенадцать. Панин уверенно толкнул дверь. Она оказалась не запертой. Это Катю поразило. Неужели никого не боятся в наше непростое время?!

–Кто там? – хмуро спросили из тёмной прихожей.

–Это мы, дядя Ваня.

–А, Петька. Проходи. Жду. А это кто с тобой? – навстречу вышел бодрый старик с хитрым бандитским лицом, даже седая солидная борода лопатой не придавала ему благообразия. – Здравия желаем.

–Здравствуйте, – Катя даже растерялась.

–Свои люди. Знакомься, дядя Ваня, Катя Карышева, мой помощник. Тоже следователь.

–Милиционер. Э-э, полиция… Очень приятно. Ну, проходите, садитесь. Обедать будем.

Катя вошла в узкий зал, увидела сидящего на диване перед телевизором молодого парня и смутилась ещё больше. Парень тоже смутился, скупо поздоровавшись, замер.

–Мой внук Андрей, – пояснил старик.

Панин поздоровался с парнем за руку.

–Привет, Андрюха, – оглянувшись на деда, спросил. – Так что за дело, дядя Ваня?

–Сейчас.

Старик вытащил из шкафа большущий свёрток, положил его на кровать, развязал. Глазам предстала пухлая старинная книга в кожаном переплёте.

–«Судьба»? – глаза Панина вспыхнули алчным азартом, он оглянулся на Катю. – Смотри, Катюха, вот подлинная реликвия.

Старик самодовольно хмыкнул – реакция Панина пришлась ему по душе. Он бережно открыл книгу, стал медленно перелистывать – пергаментные листы были испещрены рукописной старославянской вязью. Катя подошла ближе. От книги шел волнующий аромат древней русскости. Кровь в венах побежала быстрей, сердце замерло в какой-то слабительной истоме. Катя впервые испытала нечто такое, что принято именовать коротким словом «трепет».

–А!? – Панин улыбался и весь светился самодовольством, словно книга уже принадлежала ему. – Дядя Ваня, как, читал уже о конце света? Когда помирать будем?

–Не читал.

–А что так? Это же самое важное.

–Не всё так просто.

–Ты же говорил, в ней прописано всё открытым текстом. Когда небеса на нас рухнут, где спастись можно будет.

–Так и написано, только каждый, кто читает её, сам находит в ней своё предсказание.

–Тебе одно предсказывается, а мне другое?

–Вроде того.

–Не понятно.

–Когда начинаешь читать, тогда становится всё ясным.

–А спасти всё человечество?

–Это книга – спасение для избранных.

–Кто определяет, кто избранный, а кто отверженный?

–Книга сама находит избранных. Кому удается её почитать, тот узнает, как спастись, а дальше…

Катя со скепсисом слушала разговор Панина с хитрым дедом. Что-то мудрено пояснял старик. Как она и предупреждала Панина – книга состоит из загадок. Вон, Нострадамус назагадывал столько, что веками бьются в его катренах…

–Дядя Ваня, тебе задание – срочно прочитать книгу и сказать, когда заказывать билеты. У меня загранпаспорт всегда при себе.

–Петя, дело не шуточное. Можешь верить, можешь не верить, а всё прописанное здесь несколько веков назад, сбылось и сбудется. Это предупреждение всем нам. Божественное откровение.

–Я верю, дядя Ваня. Так зачем позвал, если ещё ничего не вычитал из неё?

–Просьба у меня к тебе, Петюня, – серьёзным тоном произнёс старик. – Схоронить надо книгу. Боюсь, украдут. Охотятся за ней.

Катя поразилась просьбе деда, перевела взгляд на Панина. Тот был потрясен не меньше. Он даже побледнел, потом мотнул головой.

–Я понимаю этих охотников. «Судьба» – бесценная книга. Важней её нет во всем мире. Но, дядя Ваня, я скажу нет. Такой ответственности на себя я не возьму. Нет. Она наиглавнейшая реликвия.

–В том-то и дело. А ты в полиции следователь, сам мне говорил – квартира на сигнализации. К тебе мазурики не полезут.

–За книгой этой, дядя Ваня, не мазурики охотятся. Другие люди.

–Знаю. Потому боюсь – не уберегу.

–И я от них не защита, – вздохнул Панин. – Ты бы, раз так боишься её утратить, прочитал её скорее.

–Вот, пока хранил, сам бы прочитал.

–Я не силен в старорусском.

–Я бы к тебе приходил. Вместе бы разобрали предсказания.

–Нет. Не проси, – Панин даже отвернулся, чтобы не видеть глаз дяди Вани.

–Что ж, жаль. Ладно, придётся другое место поискать, – старик выглядел явно расстроенным, закрыл книгу, хотел вновь её завязать шерстяным платком, но Панин удержал:

–Дай ещё полюбоваться, дядя Ваня.

–Смотри.

–Как думаешь, неужели вправду придёт конец света?

–Придёт. Не первый раз мир людей погибает, погибнет и наш. А ты, дочка, пойдем на кухню. Поможешь на стол собрать, – старик взял Катю за локоть и повел в маленькую тесную кухоньку.

–Подожди, дед. Я сам, – вскочил с дивана Андрей.

Катя, непонятно почему, снова смутилась. Что-то часто она смущается при виде симпатичных мужчин. Хотя этот слишком молод для неё.

–Я вам помогу, – сказала она.