Загадки истории. Междуречье - Страница 19
Власть правителей ІІІ династии Ура передавалась по наследству от отца к сыну и была абсолютной и неограниченной. Самодержавие царя не сдерживал никакой другой властный орган, действующий параллельно царской власти и независимо от нее. Положение правителя было столь исключительным, что именно в это время появляется представление о извечной непреходящей божественной «царственности» (нам-лугала), которая возникла в самом начале времен и затем переходила от царя к царю и из одного города в другой непрерывно из столетия в столетие. Эти воззрения нашли выражение в знаменитом «Царском списке», первая редакция которого была составлена при создателе ІІІ династии Ура Ур-Намму.
Перемещение «царственности» было представлено в «Царском списке» следующим образом: «В городе (таком-то) (некто) стал царем. (Столько-то) лет он правил. (После этого приводится перечень царей, правивших в названном городе с указанием лет их правления, указание общего числа царей и общей суммы лет их царствования). Город (такой-то) был поражен оружием, „царственность” его перешла (была перенесена) в город (такой-то)». В другой версии Царского списка приводилась иная версия формулировки: «Черед правления (бала) города (такого-то) переменился (окончился); „царственность” его была перенесена в город (такой-то)». Как видим, задача «Царского списка» состояла в насаждении представления о божественном происхождении власти правителей III династии Ура, обусловленной переходом к ним «предвечной царственности», низошедшей с неба после великого потопа.
При сыне Ур-Намму Шульги возрождается также появившееся ранее при Нарам-Суэне обожествление правящего монарха. Царь шумеров одновременно должен был быть и шумерским божеством. В царских списках, составлявшихся писцами в конце истории ІІІ династии Ура Шульги и его сын по имени Арам-Зуэн (по-аккадски – Бур-Син І) (2045–2037 гг. до н. э.) прямо названы «богами». Бур-Син сам себя называл «богом, дарующим жизнь своей стране» и «богом – солнцем своей страны». В культовом гимне в честь Шульги говорится, что он, как и следует божеству, вознесся после земной смерти на небеса, тогда как его отец Ур-Намму, оставшийся простым смертным человеком, вынужден был сойти вниз в подземное царство мертвых. До наших дней сохранился крайне любопытный литературный памятник, условно называемый «Нисхождение Ур-Намму в Подземный мир», в котором описываются загробные деяния основателя ІІІ династии Ура. Прибыв в потустороннее царство, он первым делом приносит жертвы и дары семи подземным богам в их дворцах. Потгом он делает подарки жрецам и писцам, которые, видимо, должны определить его дальнейшую судьбу. Затем Ур-Намму достигает самого центра подземного мира, где встречается с Гильгамешем, который разъясняет ему правила пребывания в царстве мертвых. Однако вскоре умерший царь начинается томиться в потустороннем мире и хочет вернуться наверх, в мир живых, откуда до него доносятся стенания жителей Двуречья. Ур-Намму начинают терзать воспоминания – об оставленной жене и ребенке, которого не успел даже подержать на коленях, о недостроенных укрепления Ура и новом дворце, который даже не успели освятить, о маленьких сестрах, о которых некому будет позаботиться. Боги даровали покинутому им Двуречью процветание и изобилие, но умерший правитель уже никогда не сможет увидеть свет солнца, навсегда оставшись в подземном мире.
Хотя шумеры специальных царских святилищ не сооружали, но посвящали царям статуи, часовни, пристройки и притворы, отдельные обособленные помещения крупных городских храмов и дворцов. Упоминания о такого рода сооружениях, возведенных в честь царя Шу-Суэна, сохранились во многих городах Двуречья. На руинах одного из храмовых помещений Ура была обнаружена табличка с надписью: «Шу-Суэну, любимцу Энлиля, царю, коего Энлиль избрал в своем сердце, могущественному царю, царю Ура, чарю четырех стран света, своему богу, слуга его Лугаль-Магурре, начальник городской стражи наместника Ура, любимый дом построил». Такое помещение было обнаружено также в Тель-Амасре в развалинах дворца правителей Эшнунны. В таких местах царям приносились жертвы, к ним обращались с молитвами и увещеваниями, пели им обрядовые гимны. До наших дней сохранилось восемнадцать культовых песен в честь одного из правителей Ура Шу-Суэна (Шу-Сина). После смерти Шульги в его честь была названа звезда и один из месяцев (седьмой или десятый) календаря города Ура, а имя Шульги входило в состав имен подданных «Царства Шумера и Аккада» в формуле: «Шульги – мой бог».
К обожествленным царям обращались с молитвой о здоровье, о долголетии, о помощи в делах, о заступничестве перед верховными богами. Такие обращения могли быть не только устными, но и письменными, записанными на глиняных табличках, прилагавшихся к жертве. Со временем такого рода «письма к богам» стали одним из наиболее распространенных литературных жанров. Вот пример одной из таких просьб-молитв некоего горожанина Ура по имени Уршагга. Царь, к которому подданный обращается, в тексте не назван, но, скорее всего, это был один из последних правителей ІІІ династии Ура – Амар-Зуэн либо Шу-Суэн, возможно, уже ушедший в мир иной. Уршагга обращается к царю как богу, ставя его в один ряд с Инанной и Аном:
Наиболее ярко божественное заступничество царя за свою страну выражалось в ритуале так называемого «священного брака», проводившегося во время восхождения нового монарха на престол. «Брак» заключался между очередным правителем и богиней Урука Инанной, которую представляла жрица нин-дингир. Сам царь выступал во время обряда в образе бога Думузи (Таммузи), «Истинного сына водной бездны», божественного супруга Инанны, бывшего умирающим и воскресающим божеством плодородия. Обряд проводился каждый первый день очередного нового года и сопровождался специальными песнопениями, в которых рассказывалось о сватовстве Думузи и зарождении любви между богами. При этом поведение богов очень напоминает поведение людей. Так, жених уговаривает возлюбленную обмануть ее мать, сказав, что она пойдет «попеть и поплясать» с подругой, а самой провести с ним ночь любви. В другой песне описывается ссора влюбленных: