Зачем нужны пророчества? Свиток Второй (СИ) - Страница 122

Панический вопль проснувшегося дракончика застал на обратном пути. Элия как раз шла по противоположной стороне прудика, торопясь вернуться к малышу. Пришлось громко кричать. Прискакавший с шумом и треском ломавшихся под напором тушки тонких ветвей, в облаке поднявшихся вверх цветочных лепестков дракоша чуть не свалил, судорожно тыкаясь мордой, стараясь чуть ли не целиком залезть под мышку женщине. К счастью, на шум и гам из воды высунулась уже знакомая правительнице усатая морда, на которую и удалось переключить внимание испуганного малыша. Морда громко хлюпнула, шевельнула усищами, плеснула огромным хвостом и утекла на дно, презрительно обрызгав потянувшегося было к ней чешуйчатого. Вытерев откушенным еще в период вылазки за пределы ограждения куском рубашки капельки, Элия погладила ребенка и вздохнула: - Маленький, твои родители здесь? – внимательно посмотрела в печальные лиловые глазищи, из которых через пару секунд выкатились прозрачные слезки и упали на траву уже твердыми кристаллами. Владычица подняла камушек, повертела. По виду был настоящий бриллиант, а что это такое на самом деле? Она засунула очередную загадку в крошечный карман на груди, скорее декоративный, чем выполнявший свою прямую функцию, но для пары «слезинок» хватило. Обняла за шею замершее дитятко: - Все хорошо. Найдем твоих, только…, - императрица быстро проинспектировала собственные запасы магии, констатировав, что в браслете их уже не было вообще, да и радужная бабочка сильно потускнела, - Давай-ка отсюда выбираться. А там уже сообразим, что делать.

Словно на веревочке, драконыш потянулся следом за широко шагавшей вдоль берега женщиной, принявшей решение. За все время осмотра, она не заметила больше никаких следов, да и настроение мелкого говорило само за себя. Вот только как быть с водой? Владычица почесала макушку, наклонилась, потянула на себя крупный мясистый лист, в который при желании можно было замотать любопытную чешуйчатую мордаху, тут же вынырнувшую из-за спины. Пришлось хлопнуть по чуть золотившемуся любопытному носу, обиженно засопевшему: - Не лезь. Я из них нам посуду под питье сделаю. Если получится, - последнее Элия пробурчала уже себе под нос. Надрала лопухов и пробежала к выходу за ограждение. Обернулась к малому, - сиди здесь. Жди. Как только сделаю, тут же вернусь, - посмотрела на плескавшийся в лиловых глазищах страх и прикусила губу, - ладно. Сейчас что-нибудь придумаю. Размотала ленту с ноги, вторую. Связала их между собой, просунула ногу в петлю, затянула. Второй конец положила рядом с когтистой лапочкой, - Видишь, я от тебя никуда не денусь.

Дракошка тут же надавил на свой кончик ткани, лег сверху, сворачиваясь внушительной каралькой, всем видом показывая, что с места не сдвинется и никому свое сокровище не отдаст. Элия прошлась ладонью по макушке, почесала между крылышек: - Ты только не тяни, а то мне больно будет. В проем не суйся. Он маленький для тебя, оцарапаешься. Кожица-то еще тоненькая. Вдруг потом некрасивый шрам будет. Я постараюсь быстро, - вздохнув, молодая женщина скользнула между ветвями, надеясь только на то, что хоть на какое-то время уговоров хватит.

Составить листы вместе в круг, не получалось. Элия бурчала, фырчала, ловила лопухи и плевалась, а потом вдруг успокоилась, выдохнула, разложила свою добычу на земле и прикрыла глаза, обращаясь к своему перстню. Бабочка легко шевельнула крыльями и недовольно блеснула глазом: - Я знаю, малышка. Потерпи. Я скоро все здесь решу. А энергию восполним позже. Но без воды нам тут не выжить. Это точно. Кстати, - она засунула голову в проем и громко позвала, - мелкий! Свет с той стороны исчез, - малыш, пока я тут занята, набери нам кучку того, что ты тут ел, хорошо? А ленточку можешь на деревце намотать, - и тут же ткань поехала вперед. Элия уже приготовилась к тому, что ее потащит в проход, но нет, видимо, длины хватило. Владычица облегченно выдохнула и вернулась к своим лопухам, ставшим более жесткими и слившимся по трое в единый коврик.

Изготовление конусов оказалось быстрым и простым делом. Закрепив края и заделав дырки магией, девушка довольно потерла лапки, засунула кульки один в другой, подхватила их под мышку и поспешила к драконышу. Присвистнула, одобрительно оглядывая кучу мелких желтоватых, даже на вид мясистых и сочных корешков. Похлопала по чешуйчатой извазюканой в грязи спинке, аккуратно обошла глубокую ямку, выкопанную мощными лапками «малыша», набрала в первый конус воды, утащила за пределы контура, закрыла магией и уложила между угольно-черных корней. Повторила процедуру еще пять раз. За это время драконыш раздобыл еще несколько чуть пожеванных, но в целом нормальных лопухов. Из них кульки получились немногим меньше. Туда запихали добычу детеныша. Элия шустро сплела из травинок несколько веревочек, отправив их также наружу, выбралась сама и вцепилась пальцами в навязанный на ближайшей ветке узел силовой «пряжи». С силой потянула. Сначала нить поддаваться отказывалась, вытягивалась буквально по миллиметру, однако вскоре процесс ускорился. Проем пошел волной и начал расширяться.

Шоколадные глазищи с тревогой смотрели на таявший под руками узор. Непродолжительный опыт вязания под руководством бабушки однозначно говорил, что распустить все заклинание не получится. Прикусив губу, императрица разглядывала плетение, понимая, что еще немного и ее «спущенная петля» перестанет «течь». Вопрос был в том, хватит ли проема для драконыша. Руки дрожали, глаза щипало от пота, а пальцы все тянули и тянули, раздвигая стены тоннеля. Плюхнувшись на колени, взвывшие от жесткого соприкосновения с черной, присыпанной серебристым сухим цветом землей, Элия прошипела сквозь зубы, резко наматывая на руку внезапно дернувшуюся в обратном направлении нить. Та замерцала, загудела и начала толстеть. Взмахнув радужными крыльями, вспорхнула с пальца стайка мотыльков, назойливо закружила рядом, то приближаясь, то отлетая чуть дальше, и снова подлетая, едва не садясь на вибрировавшую магическую бечевку, дразня защиту.

И заклинание не выдержало, сработало на нарушение, отвлекаясь от более серьезной угрозы. Выстрелило сразу несколькими длинными протуберанцами, устремившимися за разлетевшимися в сторону насекомыми. Элия дернула, сразу сматывая четыре оборота, одновременно отползая подальше, наплевав на боль в ободранных конечностях, решив, что главное - вытянуть как можно больше, пока есть возможность. Будь ее воля, она бы и вокруг себя обмотала. Бросив быстрый взгляд на ближайший ствол, молодая женщина покачала головой и продолжила свое занятие, решив не рисковать. Побоялась, что заклинание могло получить подпитку от этих странных деревьев. С руки слетели еще три совсем уже маленьких мотылька. Кольцо едва светилось, бабочка уменьшилась в размерах настолько, что теперь ее крылышки не выходили за края неширокого ободка.

Владычица шмыгнула носом, фыркнула, безуспешно пытаясь сдуть мокрую, прилипшую ко лбу прядку, и крикнула в значительно расширившийся проем: - Солнышко, иголок и стенок не касаться. А теперь давай ко мне, - прикусила язык, удерживая себя от того, чтобы поторопить малыша, осознавая, что драконыш специально медлить не будет, а если начнет спешить, то запнется, запутается, мало ли что. Из кустарника вылезла чешуйчатая мордашка, затем последовала шея, упитанное тельце и, наконец, выскользнул хвост. Пот катился ручьями, разъедая солеными каплями глаза. Элия растянула губы в широкой улыбке, - Молодец, а теперь сядь рядом с водичкой и хвостик подбери. Умница….

Все это время успешно уворачивавшаяся от протуберанцев бабочка, размером с некрупного комара, вернулась к хозяйке, сливаясь с перстнем. Девушка тихо выдохнула и принялась отпускать нить. Спустя десяток оборотов выдохнула, почувствовав скольжение, и встряхнула кистью, сбрасывая сразу все петли, одновременно отскакивая назад, туда, где сидел драконыш. Чуть не наступила на «кулек» с водой, затанцевала, прогибаясь в пояснице так, что там что-то хрустнуло, но удержалась, шагнула в сторону, плюхнулась на попу, тихонечко морщась и наблюдая за тем, как стремительно зарастает с трудом проделанная дыра. Дойдя до первого узла, «бечевка» задрожала, пошла мохнатыми короткими протуберанцами, бешено заизвивалась, повисла бессильно, как и в начале, оставляя узкий ход внутрь ограды.