За право летать - Страница 71

н вздохнул и вытащил из стола чистый лист. — Фамилия-имя-отчество-год-и-место-рождения?..

Адам, не противясь, повторил все сначала. С бумажками он не спорил. Принципиальной разницы между бумажками и ветряными мельницами он никогда не замечал, разве что мельницы были красивее, а встречались реже.

В приоткрывшуюся дверь просунулся плечистый бритоголовый юноша в спортивном костюме.

— Вызывали, Сергей Филиппович?

— Вызывали. А кто стучать будет? Может, я тут женский пол допрашиваю? А ты без стука?

— Больше не повторится! — бодро отрапортовал юноша и вошел в кабинет целиком.

Вита смерила его взглядом снизу вверх и присвистнула. В дверном проеме свободного от юноши места просто не оставалось.

— Ты давай проходи и садись. Вон, на табуреточку, осторожненько. Мебель — дело тонкое, это тебе не на травке. Ты мне скажи, вы что себе позволяете?

Едва успевший присесть, юноша в недоумении вскочил.

— Не понял, Сергей Филиппыч. Мы же вчера отчитались по полной, дело с грибочками закрыть успеем, а покража — сами знаете, пока хоть что-нибудь не всплывет…

— Покража подождет, — веско уронил начальник. — А то вот ты тут дела закрываешь в свободное от безобразий время, а твои, понимаешь, иксанутые френды встали на путь порока. Вот так я тебе скажу. У господина полковника бумажнику исчезновение устроили. Среди бела дня и без всяких тарелок. Это как называется, я тебя спрашиваю?

Несколько секунд молодой человек пребывал в полном оцепенении. Потом страшным шепотом:

— Наши?!

Получилось: «нашшшшшш-бульк».

— А чьи же еще? Или думаешь, восточно-американские коллеги специально за нашими бумажниками теперь ездют? Ваши, ваши. Три сильно рыжих и один тормоз. Кафе «Ракушка».

Юноша попятился к двери.

— Так это… Я сейчас! Не может быть, чтобы наши. Я сейчас совещание соберу и все выясню.

— Вот-вот, выясни и разберись.

Глава шестая.

ДЛИНЫЙ-ДЛИННЫЙ ДЕНЬ
Все ещё 21 августа 2014 года

Это был длинный-длинный день — день в ожидании грозы, день добега, день перед неминуемой сдачей города… «Субарик» подпрыгивал на ухабах разбитой дороги, давно забывшей, что такое колеса. В трещинах местами росла трава.

— Еще двадцать лет, — ворчала Вита, — и здесь будет поле. А по полю будет ходить Лев Толстой. С во-от такой бородой. И в пенсне. Как Чехов.

— Почему Толстой? — рассеянно спросил Адам.

— А увидишь, — сказала Вита. — За пожаркой направо и сразу во двор.

Они миновали памятник пожарным, изнемогающим в борьбе со шлангом. «Субарик» в ужасе вильнул. Возможно, ему примерещились змеи. Или древние греки.

Из нужной подворотни медленно выпячивался толстой задницей вперед многоместный старый глайдер-автобус. Приходилось ждать…

Адам, отрешенно скрестив руки на руле, что-то немелодично насвистывал, вытянув губы трубочкой. Видно было, что он уже не здесь.

А где?

…Когда Мартын положил перед нею пси-грамму, она не обратила внимания на имя, скользнула взглядом по фотографии (лицо показалось незнакомым: низкие брови, глаз почти неОригинальный текст книги читать онлайн бесплатно в онлайн-библиотеке Knigger.com