За право летать - Страница 182

ая телепатка по совместительству; два телохранителя на грани нервного срыва; Ким, давно перешагнувший эту грань; и — вот уж в буквальном смысле «на руках» — две новорожденные полумарцалочки, Барсовы детки, и их вымотанная трудными родами (остались одни глаза) маленькая мамаша-рыжуха. И все, кроме младенцев, были твердо уверены, что она, Вита, точно знает, что делать дальше.

А у Виты был жестокий затык.

Она уже со второй половины дня начала подозревать, что в городе происходит что-то серьезное и опасное. Это отсутствие Мартына во всех местах, где он мог находиться, а потом — просто отсутствие связи с Базой. Это взревывав-шие несколько раз сирены где-то вдали. Это бесконечные рассказы по репродуктору о выигранном космическом сражении, чьи-то истеричные, захлебывающиеся крики о победе, о не напрасно пролитой крови… Потом телефон снова заработал, но стало ещё хуже, потому что по обоим договоренным с Мартыном адресам, куда при первой же возможности ей следовало отвезти очнувшихся «нудистов», ответили чужие люди, не знавшие пароля.

Это был удар. И еще: ей, так привыкшей во всех сложностях жизни и службы полагаться на себя, и только на себя, вдруг остро потребовался кто-то, кто подскажет, поможет, кто знает, что правильно, а что нет… короче, этот черномордый с выгоревшим ежиком неторопливый болван, в которого она так постыдно втрескалась.

На базе «Пулково» ей не сразу, но сказали, что на территорию полковник Липовецкий из Коминваза вошел ещё днем, но территория эта огромна, на ней происходят не подлежащие разглашению события, и найти полковника сейчас, в темноте и тумане, просто-напросто невозможно.

(Адам в это время уже улетел на вертолете «Вымпела», но кап-три Полянский, так и не смененный сегодня, знать этого не мог.)

Ждать, что он вернется сюда, нельзя. Неровен час нагрянут кузены. Чудо, что они все ещё не нагрянули.

В подготовленных местах ждет кто-то чужой.

Нельзя домой, нельзя к родителям, нельзя вообще к сколько-нибудь хорошим знакомым — если будут искать, то в первую очередь там.

А главное — как сообщить Адаму, куда она подевалась вместе со всем этим балаганом?

…Бывает «Эврика», а бывает и «сатори». «Эврика» — это когда бегаешь голым и в восторге размахиваешь руками. «Сатори» — от изумления останавливаешься и смотришь вдаль. Потом идешь дальше, но уже преображенный: неизвестное или неразрешимое стало простым и обыденным.

Сейчас у Виты было именно сатори. Она только покачала головой: почему до такой самоочевидной идеи нужно было додумываться?..

«Там каждой твари по паре, а я — одна….» — написала она записку, поручила её на сохранение солдатику-санитару (дополнив новенькой хрустящей сотней), объяснила, кому передать, — после чего, к великому облегчению врачей, состоялся то ли исход из Египта, то ли свертывание передвижного цирка-шапито.

После дождя и ветра на город навалился туман, и самого интересного не видел никто: как на втором этаже госпитального корпуса открылось темное окно и к окну этому по очереди причалилиОригинальный текст книги читать онлайн бесплатно в онлайн-библиотеке Knigger.com