За право летать - Страница 176

автобусике уже сидели Макарушкин и Бабакин. Юлька забилась в угол поближе к кабине, а Антон пристроился напротив — стоя, держась за какую-то петлю в потолке.

— Санька, — позвал Адам. Тот молча забрался в салон.

Почему-то в сознании Саньки отпечатывалось только самое незначительное. Тряска. Потеки воды на стекле. Промозглая тяжесть на плечах. Драная кожа сиденья. Гусиная кожа на руках. Когда автобус круто поворачивает направо, с воротника течет за шиворот. А когда налево — надо держаться крепче. Налево не надо смотреть.

Дядя Адам заставил глотнуть коньяка. Теперь в горле жгло, голова кружилась, слегка поташнивало. Но стало теплее.

Автобус остановился. Яркий свет понизу. Дверь. Голоса. Кто-то стягивает с плеч водяной панцирь, кто-то растирает полотенцем волосы и шею. Парни во флотской форме с автоматами в руках. Дядя Адам опять с телефонной трубкой у уха, он смешно прижимает её плечом, «Мы тоже не можем до своих дозвониться, — говорит старший спецназовец. Фамилия у него смешная, но никак не вспоминается. — Может, оно и к лучшему». Оба коротко всхохатывают.

Вообще все — очень яркое, громкое, колючее, громоздкое. Все мешает.

А ведь это родной медпункт. Вон в ту дверь проходил сотню тысяч раз, когда с шоколадками, а когда и так. Протоптал дорожку в линолеуме — вот. Санька встал на неё и пошел, и так было чуть легче.

Держись за мной, сказал дядя Адам. Он и держался.

За дверью был смотровой кабинет: ширма, диагност, вместо одной знакомой медсестры — три незнакомых и воендокторша, которая всегда носит неформенную шляпу с широкими полями. Прозвище её он знал, но забыл.

Ага, а вот ещё одна дверь, которая раньше всегда была заперта. А за ней палата, в палате кровать, на кровати марцал. В полосатой пижаме. Рука прикована к кровати черными браслетами. Морда опухшая, левый глаз заплыл.

Первым вошел старший спецназовец, такой широкий, что занял собой полпалаты. Дядя Адам, Санька и пристегнутый к нему на всякий случай Антон задержались в дверях. А ты, дочка, погоди, услышал Санька за спиной, но не обернулся. Спецназовец (полковник Макарушкин, вспомнил Санька) первым делом подошел к разложенным на кушетке вещам марцала и стал в них копаться. Антон шумно задышал сзади.

— Как вы смеете? — слабым, но очень уверенным голосом спросил марцал. — Это абсолютно беспрецедентно. И освободите же меня наконец.

— Немедленно? — уточнил Макарушкин.

— И немедленно, да! — прекратите это издевательство. Что, собственно говоря, происходит?

Марцал преображался на глазах. Он уже сидел, всем телом развернувшись к Макарушкину, и как-то умудрялся делать вид, что прикованная рука ему совсем не мешает. Голос звучал громче и бархатистей.

— Немедленно — никак не могу, — виновато сказал Макарушкин. — У меня приказ. Сначала проверим вещички. Потом — по обстоятельствам. До выяснения. Вот это что? — Он вытащил из груды вещей маленький матово-черный шарик.

— Для вас это не представляет никакой пользы. Можете считать, что это — как вы говорите? — сувенир.

СанькаОригинальный текст книги читать онлайн бесплатно в онлайн-библиотеке Knigger.com