За гранью мира. Купол (СИ) - Страница 13

— Сопротивление бесполезно, — низким рыком донеслось из темноты.

Козырек шлема поднялся, и в меня вперились два голубых глаза, отливающих почти льдом, узкие вертикальные зрачки следили за каждым движением, словно высчитывая потенциальную угрозу.

— Там мои люди… — прохрипела я на одном дыхании. — Прошу вас…

Некоторое время такар молчал, и я вспомнила, что они не понимают нас. Но потом он коротко кивнул одному из подчиненных, и двое направились к сбитым флайерам. За привратника я не волновалась, едва мои ноги коснулись земли, он был уже на пути к Ассуру, спасая передатчик и, возможно, всех нас. С колотящимся сердцем я ждала, когда такарский солдат проверит сбитые машины.

«Пожалуйста, Высшие!» — взмолилась, щурясь от яркого света и запаха оплавившегося металла.

— Один жив, — наконец кивнул мне командир, и мое сердце пропустило удар.

Это был Кариме. Солдат буквально притащил его на себе, сбросив, как щенка, возле меня. Я кинулась к парню, ощупывая его и проверяя на наличие повреждений и ран, но к счастью, Кихиро отделался только ушибами и легким шоком. У него оказалась рассечена правая бровь и из носа текла струйка крови, но он был цел. И жив.

— Как ты? — Я сжала плечо ассурийцу. Кихиро уже стоял на коленях рядом со мной и судя по глазам был немного дезориентирован. Он помотал головой, скривившись.

— Йода… — Парень хрипло закашлялся.

Я посмотрела на такарского командира, и прежде чем он ответил, у меня внутри все похолодело, словно заранее предчувствуя беду.

— Второй мертв.

Кариме дернулся так резко, что я только инстинктивно успела его удержать, не давая совершить глупость. Казалось, земля ушла из-под ног, все закружилось, сливаясь в один сплошной хоровод свистопляски, но мир перестал звучать. На меня обрушилась тишина, оглушив, придавив неподъемным осознанием потери. Наверное, я продолжала держать или хвататься за Кихиро, потому что меня грубо вздернули на ноги, толкая к такарским аппаратам. Парень рванул в мою сторону, но один из солдат что-то ему рявкнул, на что Кариме лишь неверяще на него воззрился и развернулся лицом к одному из кораблей.

Тело не слушалось, откуда-то издалека доносились голоса других такаров, и я заставила себя посмотреть на них. Мне указали на спину ассурийца и приказали следовать за ним. Но я не могла сделать ни шагу. Я должна была увидеть это — осуждение в его глазах, потому что он предупреждал, но я пошла на риск. А в итоге потеряла своего напарника, своего друга, практически своего старшего брата. Свою опору и поддержку.

Гибель Ворда была на моей совести, командир отвечает за своих людей, за то, чтобы все они вернулись домой живыми. Но теперь Йодера больше нет. Где-то на периферии сознания мой разум говорил мне, что сейчас не время убиваться и винить себя, если выживу — времени появится предостаточно. И все оно будет посвящено этому ужасному, разрушающему чувству — вине за чужую смерть. Только легкие никак не могли сделать вдох, будто все внутри замерло. Остановилось.

Ощутив сильный толчок в спину, я наконец отмерла и сделала первый шаг.

— Прости меня, прос… ти… — Я подняла взгляд на Кихиро. Мы сидели в такарских флайерах, закованные в наручники, друг напротив друга. Кариме был бледен как полотно, глаза приобрели сероватый оттенок, губы сжались в тонкую полоску. Он оторвал взгляд от солдат, устроившихся рядом в специальных креслах, и тяжело посмотрел на меня.

— Мы знали, на что идем, Тари…

— Молчать! — рык конвоира не дал ему договорить, и мы просто смотрели друг на друга, молча, без слов переживая общее горе.

Легкий толчок известил о посадке, трап плавно опустился и когтистые лапы сомкнулись на моем локте, поднимая и подталкивая к выходу. Я вздрогнула, ощутив, как свежий ветер мягко кинул мне в лицо мелкие капли дождя, вокруг пахло мокрой травой. Мы оказались перед главной Цитаделью, на широкой асфальтированной площади с огромным фонтаном посередине.

Я попробовала оглянуться, чтобы рассмотреть то, на что не обратила внимания в первый прилет, но дернулась, заметив краем глаза темную тень, нависнувшую надо мной. За секунду до того, как вскрикнула от острой боли, пронзившей голову, услышала такой же вскрик, принадлежавший Кихиро.

Когда я наконец распахнула глаза, то никак не могла понять, где нахожусь, и вспомнить, что произошло накануне. Во рту пересохло, все тело ломило, словно меня долго и упорно били. Застонала, стараясь перевернуться на бок и хотя бы на ощупь выяснить, где именно я оказалась.

Рядом раздался странный шорох, скрип, а затем стон и тихое:

— Низшие…

— Кихиро? — тихо, боясь ошибиться, прошептала я, приподнимаясь на одном локте и таращась в темноту. — Кихиро?..

— Сари… — новый стон и новый шорох. — Тари, где ты? Ничего не вижу, арх, как ты себя чувствуешь? Ты… ты в порядке?..

— Да, — выдохнула, осторожно проверяя руки и ноги.

Хотя слабость была ужасной, но в целом, чувствовала я себя неплохо, даже несмотря на странную тяжесть в мышцах. Удивительно, но это ощущение больше походило на результаты долгой тренировки, но никак не пыток или чего еще похуже.

Аккуратно вытянула вперед руку, стараясь вспомнить, откуда именно раздавался голос ассурийца, и наткнулась на гладкую, прохладную поверхность.

— Кихиро?.. — спросила в пустоту, а рука продолжала исследовать невидимую преграду. — Кихиро, ты меня слышишь?

— Да. — Он охнул, что-то скрипнуло, а затем раздался чуть приглушенный звук удара. — Драные древние!

Странное ругательство и голос, полный досады, вырвали у меня мимолетную улыбку, правда никем не замеченную, и потому я, на этот раз изменив направление движения ладони, осторожно коснулась стены слева. В том, что передо мной именно стена, судя по всему выполненная из того самого материала, что разделял помещения внутри цитадели, я уже не сомневалась.

— Где ты? — раздалось совсем рядом, причем настолько, что я просто обязана была почувствовать движение воздуха, но ничего не изменилось. — Ничего не вижу… Что это?.. камень?..

— Думаю, — ответила ему тихо, так как осознала, что мы разделены, — это преграда, тут такие используют… похожа на огромное стекло… Как в окнах нашей крепости, только очень большое и наверняка очень прочное…

Мою речь прервал глухой удар, за ним еще один. Ладони ощутили легкую вибрацию после очередного удара, и я отпрянула назад, потеряв опору и с грохотом рухнув на пол.

— Тари! — Удары прекратились, а взволнованный голос ассурийца прервался новой серией ударов.

Замерев в странной позе с задранными вверх ногами, не смогла сдержать истерический смешок.

— Ты не пострадала? — Новая серия ударов и новый обеспокоенный крик парня: — Тари!

— Нет, я нет… — хихикнула, спустив ноги на пол, и, смешно кряхтя, поднялась на колени. — Только моя гордость… Кихиро, прекрати стучать, это бесполезно…

— Что? — Он замер. — Я уверен, что…

— Хватит, я, кажется, видела уже такие стены, они… их не разрушить просто так… Кихиро… ты слышишь меня?..

Ассуриец молчал, а удары продолжали сыпаться, отдаваясь тихим гулом. Поняв, что сейчас что-то говорить ему бесполезно, и пока парень просто не выпустит пар, не успокоится, я осторожно поднялась на ноги и на ощупь начала исследовать пространство. Спустя почти десять минут, когда Кихиро то ли выдохся, то ли наконец осознал тщетность своих попыток, осмотр был завершен. Это оказалось небольшое, не более четырех квадратов, помещение с одним-единственным предметом, расположенным у стены, за которой находился ассуриец. Топчан или лавка, на которой я пришла в себя, была узкой и, похоже, выполнена из того же материала, что и стены с полом.

Устроившись на ней и прислонившись спиной к гладкой поверхности, я просидела так еще какое-то время.

— Кихиро… — наконец позвала притихшего парня. — Кихиро, кхм…

В горле сильно першило и, честно говоря, это была еще одна причина, по которой я не начала разговор ранее. Поняв, что с ним все относительно в порядке, просто не могла заговорить снова. Тоска, просто уничтожающее меня изнутри чувство вины, боль от потери близкого, давно уже ставшего мне кем-то большим, чем просто друг или подчиненный. Йодер Ворд… Каждую секунду в этой странной, непроглядной тишине мне казалось, что я слышу его голос. И с каждой секундой это давление на меня усиливалось, становилось невыносимым…