За что ты меня любишь? (Муки сердца) - Страница 7

Проводив Лиз, Макси провела целый час перед зеркалом, наряжаясь и накладывая на лицо макияж, словно боевую раскраску. Ангелоса Петронидеса следует проучить, и настрой у нее был весьма решительный.

Она сходила в ломбард и заложила свою единственную драгоценность. Ей было одиннадцать, когда она нашла старинный браслет в шкатулке с дешевым бисером, принадлежавшей ее матери. И Макси не смогла сдержать слезы, догадавшись, почему он так надежно запрятан. Видимо, за недолгие три года, проведенные в замужестве, матери пришлось хлебнуть горя: когда отцу нужны были деньги, он готов был продать что угодно. Поэтому Макси тоже прятала браслет.

Так больно было расставаться с ним сейчас! Словно предавала мать, которую едва помнила. Но Макси отчаянно нуждалась в деньгах, а ничего другого у нее не было. Она просто обязана доказать Ангелосу, что он вовсе не купил ее, выплатив долг Лиланду, и не имеет на нее абсолютно никаких прав. Необходимость пожертвовать браслетом, на время или навсегда, лишь еще больше ожесточила Макси, укрепив в ней горькую решимость.

Полчаса спустя она вышла из кабины лифта на верхнем этаже небоскреба, в котором разместился лондонский филиал огромной компании «Петронидес». Едва удостоив секретаршу мимолетным взглядом, она объявила, что хочет видеть Ангелоса. Макси знала, как привлечь к себе внимание.

– Мисс… мисс Кендалл? – Брюнетка вскочи ла на ноги и смотрела на нее во все лаза. Макси и вправду трудно было не узнать: открытое алое платье откровенно подчеркивало каждый изгиб стройного тела, роскошные волосы ниспадали до пояса золотым покрывалом, а каблуки заметно прибавляли роста.

– Я знаю, где его кабинет. – Макси направилась дальше по коридору, секретарша следовала за ней по пятам, разинув от удивления рот.

Достигнув дверей кабинета, Макси распахнула их настежь. Комната оказалась пустой, и она устремилась к залу для заседаний, не обращая ни малейшего внимания на причитания секретарши, чьи отчаянные протесты привлекли внимание еще двоих служащих. Наконец-то! Макси остановилась в дверях зала. Мужчины в деловых костюмах, сидевшие за столом, резко повернули головы при ее появлении и в изумлении замерли. Макси не взглянула на них. Все ее внимание было приковано к Ангелосу Петронидесу, уже поднимавшемуся ей навстречу со своего места во главе длинного лакированного стола. Ярость, промелькнувшая в его взгляде, в следующее мгновение сменилась холодной бесстрастностью. Однако Макси было довольно и того, что ей удалось прочитать в его глазах в этот миг.

– Мне необходимо немедленно переговорить с вами. – Ярко-голубые глаза сверкали вызовом.

– Вы можете подождать в кабинете мистера Петронидеса, мисс Кендалл, – проговорила элегантная женщина, услужливо распахивая дверь соседней комнаты.

– Мне очень жаль, но я не могу ждать, – отрезала Макси.

Глаза Ангелоса потемнели от кипевшей в них злобы. Ему, похоже, еще никогда не устраивали сцену на людях. Макси мило улыбнулась. Он не сможет причинить ей вред, потому что ей нечего терять: у нее нет ни денег, ни работы – ничего, кроме гордости и собственной находчивости. Ангелосу следовало бы это предусмотреть. И неважно, какой ценой, но она заставит его заплатить за испытанное накануне унижение.

И вот уже Ангелос рядом с ней, его пальцы сомкнулись вокруг ее запястья. Макси вскрикнула. Вздрогнув, Ангелос отпустил ее руку. Встретив насмешливый, спокойный взгляд, от которого другая женщина наверняка съежилась бы от страха, Макси нисколько не удивилась и отметила про себя, что у этого гиганта отличная реакция.

– Спасибо, – искренне поблагодарила она и без лишних слов отправилась в огромный роскошно обставленный кабинет. Она знала, что теперь он последует за ней. – От посетителей, которые приходят без предупреждения и так непредсказуемо себя ведут, одно беспокойство, не правда ли? – пропела Макси, останавливаясь около огромного стола.

Ангелос выругался по-гречески, угрожающе глядя на нее злыми темными глазами.

– Вы просто… – С видимым усилием он сдержал готовые сорваться оскорбления. Чего вы, черт возьми, добиваетесь?

– Ничего. Я пришла заплатить. – Макси демонстративно швырнула ему на стол помятые банкноты. – Это в счет погашения ссуды. Вам не купить меня, как банку консервированной фасоли в супермаркете!

– Как вы посмели прервать заседание? – набросился на нее Ангелос. – Что за сцены во время деловой встречи?

Макси сжалась. Никогда раньше она не видела, чтобы мужчина был так разъярен. Ни разу в жизни ей не приходилось видеть, чтобы такой смуглый человек так сильно бледнел. Его глаза метали молнии.

– Сами виноваты, – парировала она. – Вчера вечером вы поставили меня в неловкое положение. Вы меня унизили. Я чувствовала себя беспомощной, но теперь настал час расплаты. Не на ту напали!

– Неужели я и вправду разговариваю со Снежной Королевой? – Слова прозвучал необычайно сухо.

– Вы способны растопить лед и на Северном полюсе! – прошипела она в ответ, недоумевая, почему он вдруг сделался так спокоен, а его столь чувствительная кожа приобрела обычный оттенок. В самом деле, он уже как будто и не злился больше.

– Вы страдаете раздвоением личности?

– Неужели и вправду вообразили, будто хорошо меня знаете, только потому, что были со мной пару раз в одной комнате? – Макси откинула голову, была поражена его восхищенным взглядом, прикованным к каскаду ее волос. Ангелос Петронидес был явно убежден в своем врожденном превосходстве над всеми окружающими, а уж тем более над женщинами, с которыми просто не мог говорить серьезно и пяти минут.

Блестящие черные глаза снова смотрели ей в лицо.

– Вы никогда так не вели себя с Лиландом.

– Наши с ним отношения вас совершенно не касаются, – с чувством заверила его Макси. – Но, поверьте, никто еще не оскорблял меня так, как вы вчера.

– Верится с трудом.

Неожиданно для себя Макси вздрогнула. Высокий и властный в своем великолепно скроенном серебристо-сером костюме, Ангелос наблюдал за ней. Его лицо вновь приняло обычное бесстрастное выражение.

– С каких это пор влечение мужчины к женщине для нее оскорбление? – насмешливо осведомился он.

– Вы меня до смерти перепугали, когда сказали, что выплатили эту ссуду… Вы загнал меня в угол, а затем выдвинули свои требования, как холодный, расчетливый делец, каким и являетесь! – Развернувшись на каблуках, Макси направилась к дверям.

– Все замки заперты, сейчас вам не выйти отсюда, – негромко проговорил Ангелос. Макси тут же убедилась в этом, тщетно дернув за ручку двери.

– Откройте! – злобно прошипела она.

– С какой стати? – осведомился Ангелос, лениво облокотившись на край стола с таким невозмутимым спокойствием, что Макси захотелось разорвать его на части.

– Предположим, вы пришли сюда развлечь меня… и хотя я не терплю сцен, вы просто великолепны в этом платье. Естественно, мне хотелось бы знать, чем я заслужил столь мелодраматический ответ на свое предложение.

Макси вернулась к столу.

– Значит, вы признаете, что сделали мне предложение?

– Я хочу вас. И рано или поздно все равно своего добьюсь, – тихо проговорил он в наступившей мертвой тишине.

– Когда не помогают уговоры, вы прибегаете к угрозам…

– Это не угроза. Я не угрожаю женщинам, – прорычал Ангелос.

Макси с ненавистью взглянула на него.

– Считаете себя особенным, да? Думали, я буду польщена, с радостью ухвачусь за ваше предложение… Но вы ничем не отличаетесь от любого из тех мужчин, которые добивались меня, – отчетливо проговорила она. – А у меня огромный опыт общения с такого рода людьми. Я выгляжу так с четырнадцати лет.

– Рад, что вы успели повзрослеть, прежде чем наши пути пересеклись, – насмешливо проговорил Ангелос.

– Думаете, не понимаю, что для человека вроде вас я не более ем кукла? – нескрываемым презрением произнесла она. – Так вот мистер Петронидес, хочу вам кое-что сказать. Я не намерена становиться чьей-то игрушкой. Вам нужна игрушка ступайте в магазин и купите себе паровозик!