Юмористические рассказы (СИ) - Страница 25

- Что ты имеешь в виду? - удивился кок. - Ты думаешь, я как-то могу повлиять на свои сны?

- Нет, нет, конечно, нет, - сказал Джозеф, похлопав его по плечу, - но разве ты не мог бы сделать это один-единственный раз? Пусть тебе приснится, что нас с Эмили убили через несколько дней после свадьбы. Не важно, как это произойдет, чтобы она не подумала, будто мы сговорились; просто убиты, как-нибудь. Билл всегда был суеверным человеком, а поскольку ты угадал с его ногой, он поверит чему угодно; он заботится об Эмили, а потому, по крайней мере, отложит свадьбу.

Ему потребовалось три дня уговоров и серебряная цепочка для часов, чтобы убедить кока, но он, наконец, сделал это; и вот однажды днем, когда старый Билл лежал на своей койке, кок улегся на свою и спокойно заснул.

В течение десяти минут он спал мирно, как ягненок, а старый Билл лежал на койке и глядел на него. Вдруг кок принялся бормотать, и, услышав первые слова, Билл сел, точно его кто-то укусил.

- Вот они, - бормотал кок, - Эмили Фостер и Джозеф Мик, - и старина Билл, добрый старина Билл, который собирается передать ему невесту. Как они счастливы, особенно Джозеф!

Старый Билл наклонился и приложил к уху ладонь.

- Вот они идут, - снова забормотал кок, - но что это за ужасная черная вещь с когтями, которую я вижу над Биллом?

Бедняга Билл едва не упал со своей койки, но в самый последний момент удержался и лежал, бледный как смерть, вслушиваясь в бормотание кока.

- Должно быть, это предназначено ему, - продолжал тот. - Бедняга Билл; он ничего не знает об этом, об этой вещи. Будем надеяться, все случится быстро.

Некоторое время он молчал, потом забормотал снова.

- Нет, - говорил он, - это не Билл; это Джозеф и Эмили, холодные и неподвижные, а ведь со дня женитьбы прошла всего неделя! Бедняги. Ох! Ох! Ох!

Он задрожал, застонал, проснулся, сел на койке и увидел, что старый Билл уставился на него.

- Ты спал, кок, - дрожащим голосом произнес Билл.

- Разве? - сказал кок. - С чего ты взял?

- Ты говорил во сне, - ответил Билл. - Обо мне и моей племяннице.

- Ты не должен был этого слышать, - сказал кок, выбираясь из койки и подходя к нему. - Надеюсь, ты не расслышал того, что я говорил. Что именно ты слышал?

Билл сказал ему, кок сел и стал покачивать головой.

- Слава Господу, ты не слышал худшего, - сказал он.

- Худшего! - воскликнул Билл. - Было что-то худшее?

- Было, - ответил кок. - Но пообещай мне, что ничего не скажешь Джозефу, Билл. Пусть он будет счастлив, пока может; если ты ему скажешь, это сделает его несчастным, и не принесет никакой пользы.

- Я и знаю-то совсем немного, - проговорил Билл, вспомнив аргументы, которые были приведены в случае Теда. - Это случится после того, как они поженятся, кок, именно тогда? Ты уверен?

- Абсолютно уверен. После того, как они поженятся, - подтвердил кок.

- В таком случае, - сказал Билл, хлопнув себя, по ошибке, по больной ноге. - Если они не поженятся, этого не случится. Так?

- Не говори ерунды, - сказал кок. - Они должны пожениться. Я видел это во сне.

- Хорошо, посмотрим, - пробормотал Билл. - Я собираюсь поговорить об этом с Джозефом и посмотреть, что скажет он. Я не собираюсь жертвовать своей дорогой племянницей только для того, чтобы твои дурацкие сны сбылись.

Он рассказал о случившемся Джозефу, но тот поначалу и слушать его не хотел. Он сказал, что все сны кока - чепуха, хотя и согласился с тем, что странно - откуда тому известно о свадьбе и о том, что невесту зовут Эмили; наконец, предложил все рассказать самой Эмили, и пусть решает она.

Это был последний сон-предсказание кока в этом плавании, хотя однажды он сказал старому Биллу, что сон повторился, и что он совершенно уверен - они поженятся и будут убиты. Он не сказал Биллу, каким способом их убьют, поскольку, по его словам, это состарит Билла до времени; но, конечно, был вынужден признать, что если брак не состоится, то и вторая часть предсказания также не исполнится. Еще он сказал, что, поскольку никогда не предавал огласке своих снов прежде, за исключением случая с Биллом, он не мог со всей уверенностью утверждать, что несчастье нельзя предотвратить; на что Билл заметил, что коку цены бы не было, если бы он видел сны и предупреждал людей заранее.

К тому времени, как мы вошли в Темзу, нога старого Билла поджила, он ловко управлялся с двумя костылями, сделанными для него плотником. У него, Джозефа и кока было много разговоров о сне, и старик пригласил кока отправиться с ними, чтобы на него можно было указать, как на предсказателя.

- Я постараюсь изложить ей все как можно мягче, - сказал он. - А ты будешь говорить, когда я закончу. Не раньше. Понял?

Мы направились к Ост-индским докам и добрались до них ранним летним вечером. Все просто сходили с ума от желания поскорее сойти на берег, и работали так быстро и весело, как только могли. Встречавшие стояли на причале, среди них было несколько красивых молодых женщин.

- На мой взгляд, - сказал кок, пристально смотревший на одну из них, - вон там стоит замечательная девушка. Посмотри!

Он поцеловал свою грязную лапу, - ни за что не стал бы это делать, будь такая у меня, - и помахал ею. Девушка отвернулась и покачала головой.

- Это она, - с раздражением произнес Джозеф. - Это моя девушка; это Эмили.

- Это она? - удивился кок. - Откуда мне было знать? К тому же, ты все равно расстаешься с нею.

Джозеф не ответил. Он смотрел на Эмили; и чем больше смотрел, тем красивее она ему казалось. Она стала необыкновенно красивой, и он был поражен даже больше, чем кок.

- А кто тот парень, который стоит с нею рядом? - спросил кок.

- Один из квартирантов сестры Билла, - ответил Джозеф, помрачнев. - Хотел бы я знать, почему именно он приехал сюда встретить меня. Я видеть его не хочу.

- Возможно, он ее любит, - сказал кок. - Вполне возможно.

- Он слетит с причала, если не будет осторожен, - сказал Джозеф, покраснев.

Он махнул рукой Эмили, которая, похоже, его не видела, зато ему неохотно ответил помахиванием руки квартирант; затем он что-то сказал Эмили, и они оба помахали старому Биллу, стоявшему на корме, опираясь на костыли.

К тому времени, как корабль пришвартовался, и все было готово к сходу на берег, наступила темнота, и старый Билл не знал, стоит ли идти домой и рассказывать новости в тот вечер, или немного подождать. Наконец, он решил, что дело не следует откладывать в долгий ящик, и, дождавшись, пока соберется кок, они взяли кэб и уехали.

Берту Симмонсу, жильцу, пришлось сесть на козлы, поскольку Билл занял очень много места со своей ногой, а Эмили устроилась на коленях Джозефа; к тому времени, как они добрались до дома, последний уже осознал, какую страшную ошибку совершил.

- Держи свой сон при себе, пока я не подам тебе знак, - сказал он коку, пока Билл переговаривался с кэбменом.

- Билл собирался сказать все первым, - прошептал кок.

Квартирант и Эмили вошли внутрь, а Джозеф задержался, пока кэбмен спрашивал Билла, почему тот не заплатил больше чем два пенса сверху, а Билл что-то отвечал ему, стараясь не обидеть. После чего, когда кэб уехал, взял Билла за руку и попросил ничего не говорить о предсказании, поскольку собирался рискнуть.

- Чепуха и вздор, - ответил на это Билл. - Я собираюсь все рассказать Эмили, потому что она моя любимая племянница. Какая польза от вступления в брак, если это тебя убьет?

Он задвигал своими костылями и, прежде чем Джозеф успел что-то сказать, вошел в переднюю комнату, позволил сестре поцеловать себя и сел. На столе стояли холодная говядина, соленые огурцы и два кувшина с пивом; после того как Билл коротко сообщил сестре, что упал и сломал ногу, все сели ужинать.

Берт Симмонс сел по одну сторону от Эмили, Джозеф - по другую, и кок не мог не пожалеть ее, видя, как ее руки пожимают под столом сразу две руки, отчего она не могла перекусить.

После ужина старый Билл закурил трубку, а затем, выпив еще одну кружку пива, рассказал о коке, который предсказал ему несчастье за три дня до того, как оно случилось. Никто не мог в это поверить; тогда он продолжил свой рассказ о других предсказаниях кока, которые тот видел во сне и которые сбылись, после чего все смотрели только на него, с открытыми ртами.