Хижина дяди Тома - Страница 18

– Заткни наконец глотку! – хмуро буркнул Том. – Все я способен снести, кроме такой благочестивой болтовни. Сдохнуть я от нее способен! В чем, собственно, разница между нами? Не в том, конечно, что в вас, Хеллей, есть крупинка жалости; это не жалость, а одна подлость, вы просто надеетесь обмануть черта и спасти вашу шкуру. Я вижу вас насквозь. А что касается вашего так называемого благочестия, так, по-моему, это просто обман: человек всю жизнь накапливает у черта счет, а когда наступит день расплаты, пытается сбежать.

– Спокойнее, джентльмены, так не делаются дела, – пропищал Мэркс. – Сами знаете: каждый по-своему смотрит на вещи. Хеллей, как всем известно, человек осторожный, у него особого сорта совесть, а у вас, Том, – у вас свой способ действия, прекраснейший способ. Но ссориться, право же, совсем бесполезно. Перейдем лучше к делу. Итак, мистер Хеллей, вы хотите поручить нам поимку этой женщины?

– Мне никакого дела нет до этой женщины, она принадлежит Шельби. Мне принадлежит только мальчишка. И глупцом я был, что купил эту обезьянку.

– Вы всегда глупец, – буркнул Том Локер.

– Тише, Локер! – елейным голосом заговорил Мэркс. – Сегодня эти грубости ни к чему. Вы ведь видите, что мистер Хеллей хочет дать нам заработать. Помолчите немного. Заключать условия – это уж дело мое. Как выглядит эта женщина, мистер Хеллей? Что она собой представляет?

– Кожа у нее белая, и она очень красива. Воспитание получила хорошее. Я готов был дать Шельби за нее восемьсот, даже тысячу долларов и еще здорово бы на ней заработал.

– Белая, красивая и хорошо воспитана! – воскликнул Мэркс, все лицо которого вспыхнуло в ожидании наживы. – Локер, тут есть ради чего поработать! Мы поймаем ее! Мальчишку, разумеется, отдадим мистеру Хеллею, а ее отвезем на продажу в Новый Орлеан. Что вы на это скажете?

Локер слушал, раскрыв рот. Дослушав до конца, он стиснул челюсти, как собака, ухватившая брошенный кусок говядины, и несколько минут, казалось, медленно переваривал поданную ему мысль.

– Видите ли, – сказал Мэркс, обращаясь к Хеллею. – Всюду на том берегу у нас есть судьи, которые за недорогую плату помогают нам во всех случаях, когда может понадобиться их помощь. Том берет на себя грубую часть работы, а я – тонкую. Я появляюсь, отлично одетый, в блестящих ботфортах – все самого лучшего качества, появляюсь именно тогда, когда дело доходит до присяги. Вы бы только поглядели, – продолжал Мэркс, гордый своими подвигами, – в каких разнообразных ролях я выступаю! Один раз я – мистер Твикен из Нового Орлеана, в другой раз я только что приехал со своей плантации на реке Жемчужной, где у меня работает семьсот негров. Иногда я выступаю в качестве дальнего родственника Генри Клея, а не то изображаю старого помещика из Кентукки. У каждого свои способности. Том – дьявольский парень, когда нужно драться, но врать он не умеет, у него получается как-то ненатурально. Зато, клянусь своей душой, нигде вы не найдете такого мастера, который готов присягнуть в чем только угодно, как ваш покорный слуга. Если такой найдется, хотел бы я на него поглядеть! Мне кажется, я мог бы довраться до успеха даже в том случае, если бы судьи по-настоящему искали правды! Сквозь любые трудности я проползу, как змея. Мне бы подчас даже приятнее было, если б судьи действительно старались повнимательнее разобраться в деле: было бы интереснее, знаете, их обмануть.

Но тут Том Локер, в голове которого мысли ворочались медленно, прервал красноречие Мэркса, с такой силой ударив кулаком по столу, что все стоящее на нем задребезжало.

– Дело подходящее! – рявкнул он.

– Что вы, что вы! Зачем же бить посуду, Том! – воскликнул Мэркс. – Берегите ваши кулаки для более подходящего случая.

– Но, джентльмены, – проговорил Хеллей, – разве я не буду участником прибыли?

– А разве не хватит с вас того, что мы изловим вам мальчишку? – сказал Том Локер. – Что вам еще надо?

– Но раз возможность заработать указал вам я, должен же и я за это получить, скажем… ну, хоть десять процентов вырученной суммы после вычета расходов?

– Как же, как же! – заорал Локер и со страшным проклятием снова ударил кулаком по столу. – На вас это похоже, Дэниель Хеллей! Не думайте только, что вам удастся окрутить меня вокруг пальца. Не воображаете ли вы, что мы с Мэрксом занялись охотой на беглых негров ради того, чтобы оказывать любезности таким джентльменам, как вы, а самим оставаться ни с чем? Нет, не рассчитывайте! Женщина принадлежит нам, а вы держите язык за зубами, не то мы захватим обоих, – кто нам может помешать? Вы навели нас на след. Теперь мы выследим дичь сами. Если же вы или Шельби вздумаете вмешиваться… Попробуйте, суньтесь!..

– Пусть будет так, – с беспокойством проговорил Хеллей. – Значит, решено. Вы поймаете мальчишку, это будет моя доля. Вы всегда поступали со мной честно и держали слово.

– Это вам хорошо известно, – сказал Том более миролюбиво. – Не терплю благочестивой болтовни, но не солгу даже самому черту. Уж если я обещаю, то обещание свое держу крепко.

– Конечно, конечно, Том. Я так и сказал, – робко пролепетал Хеллей. – И если только вы обещаете мне изловить мальчишку и через неделю доставить в такое место, которое вы сами назначите, то большего я и не требую.

– Но я требую большего, – сказал Том. – Не думайте, что я ничему не научился, работая с вами там, на Юге, в Нахчецце. Я научился способу удержать в руках угря, когда схватишь его. Если вы не выложите на стол пятьдесят долларов чистоганом, вы и мальчишки не увидите!

– Как? Я доставляю вам дело, на котором вы наживете от тысячи до тысячи шестисот долларов, и вы… У вас слишком большой аппетит, Том.

– У нас есть дела, которые могут занять все наше время на пять недель вперед… Мы откажемся от них, пустимся в погоню за вашим мальчишкой и в конце концов вдруг не поймаем эту девку – в женщинах ведь подчас кроется сатана… Что тогда? Заплатите вы нам тогда хоть цент? Хотел бы я видеть, как заплатите! Нет, выкладывайте пятьдесят долларов, и больше никаких! Если дело удастся и оно окажется сто́ящим, я вам ваши деньги верну, если нет – это будет плата за наши труды. Разве это не справедливо, Мэркс?

– Разумеется, разумеется, – примирительно произнес Мэркс, – это только аванс на необходимые расходы… Хи-хи-хи… Ведь мы, судейские, знаете, мы очень добры, очень покладисты, очень уступчивы. Знаете что? Том доставит вам ребенка, куда только вы пожелаете… Не правда ли, Том?

– Если я найду его, то отвезу к Грени Бельхер, у пристани, – буркнул Том.

Мэркс вытащил из бумажника какой-то длинный список. Он сел и, внимательно глядя на него своими острыми черными глазками, принялся читать вполголоса:

– «Бэрнс – графство Шельби… юноша Джим, триста долларов за него, живого или мертвого. Эдвардс, Дик и Люси – муж и жена, шестьсот долларов… Девка Полли и двое ее ребят, шестьсот долларов за нее или за ее голову». Я проверяю наши дела, чтобы убедиться, можем ли мы помочь мистеру Хеллею, Том. Мы вынуждены будем некоторые из тех дел передать Адамсу и Шпрингеру, ведь побеги зарегистрированы давно.

– Они слишком много сдерут, – сказал Том Локер.

– Это предоставьте уж мне, – пропищал Мэркс. – Они в этих делах – начинающие и должны работать дешево. С тремя из списка справиться несложно: с ними возиться не придется – пристрелить или присягнуть, что они пристрелены, это не так уж дорого стоит. Остальные дела, – продолжал он, складывая бумагу, – можно еще на некоторое время отложить. А теперь подробнее ознакомимся с обстоятельствами. Видели ли вы, мистер Хеллей, как женщина ступила на берег?

– Так же ясно, как я вижу вас.

– И видели, что какой-то человек помог ей взобраться наверх? – спросил Локер.

– Да, и это видел.

– Кто-нибудь, должно быть, дал ей пристанище, – задумчиво протянул Мэркс. – Но кто? Вот в чем вопрос. Какого вы мнения, Том?

– Нам необходимо сегодня же ночью перебраться через реку, – ответил Том.

– Но поблизости нет лодок. Лед несется со страшной силой. Разве это не опасно, Том?