Вытхуянцы в Сочи - Страница 4

Дальше было так. На следующий день около одиннадцати утра в холле гостиницы «Золотая лагуна» перед аквариумом кривлялся Зебр, менторски втолковывая собравшимся у стекла рыбинам:

– Нет, детишечки, давайте уже мыслить по-взрослому! Народ Вытхуяндии доверил нам свои денежки только для того, чтобы мы их немедленно прокутили на всю катушку, а не преумножили, как это полагают всякие длинношеие дегенераты!..

Интонации и повадки, которыми он блистал, несомненно принадлежали харизматичному Бегемоту. Пучеглазые казались явно заинтригованными.

Появилась заспанная Белка. Её настроение настораживало.

– Берегись! Бегемоту вряд ли понравится, что ты над ним потешаешься! – сказала она.

– Да кто потешается-то? – Зебр в недоумении развёл руками. – Ты чего такая сердитая? С метлы упала?..

Далее нарисовался Жирафф. Поздоровавшись с Белкой неуклюже нахлобученной улыбкой, он после некоторых сомнений протянул Зебру руку.

– Первым здоровается тот, у кого слабее нервы! – изрек тот и выбросил вперед растопыренную пятерню. – Держи краба… сочинского!

Вскоре все были в сборе. Несмотря на продолжительный отдых, вытхуянское общество выглядело помято и раздосадованно. Сказывалось отсутствие багажа и пустые желудки. Впрочем, в надежде на плотный завтрак и последующее долгожданное знакомство с морем, в целом настроение было ничего себе…

– Боже, я такая разбитая! Мне всю ночь снились какие-то поезда! – призналась Белка. – Едут и едут! Бум-бум, бум-бум! До сих пор грохот в ушах стоит!

– Странно, я тоже сквозь сон слышал железную дорогу! – изумился Бегемот.

Жирафф почему-то испуганно закусил губу и поторопился в ресторан – распорядиться насчёт завтрака. Он быстро воротился, подозрительно пряча глаза.

– Ну-у-у… это… Завтрак до десяти, – виновато выдавил советник Бегемота. – К тому же его нужно заказывать с вечера…

– Так чё же ты вчера всё не выяснил, дурень? Мы из-за тебя уже второй день голодаем! – наскочил Зебр.

– Из-за меня? Почему-у-у? А сам ты чего не выяснил?

Бегемот прервал перепалку сограждан:

– Постойте! Если завтрак закончился, может быть, нам любезно предоставят возможность сразу пообедать?

Он с голодной жадностью пыхнул несколько раз сигарой. Гостиничный зальчик мгновенно затянулся забористой табачной пеленой.

– Увы, уважаемый Бегемот! – Жирафф так тяжко вздохнул, будто дышал через коктейльную трубочку. – Мне это тоже пришло на у-у-ум. Но обед в этой чёртовой гостинице начинается в час дня-я-я!

– У нас здесь не курят! – раздался требовательный голос вчерашней девушки с рецепции. – Табличку не видите? Идите на улицу курить!

– Малышка, я от твоего сексуального голоска прямо возбудился! – отреагировал улыбчивый Зебр. – Выходи за меня замуж! Уедем в Вытхуяндию, будешь там, как сыр в масле кататься!

– Нет уж, спасибо! – буркнула администраторша, всё же не сумев скрыть некоторого удовольствия. – Мне и здесь хорошо!

– Ну, как хочешь! – отвергнутый жених размашисто почесал за ухом. – Только имей в виду: мало знать себе цену, нужно ещё и пользоваться спросом. Привет муженьку!

Южное солнце уже крадучись подбиралось к вершине небосвода, когда голодные и нелепо одетые вытхуянцы вошли на территорию пляжного комплекса. Потелось.

Внезапно дорогу перегородили железнодорожные пути. Незадачливые туристы остолбенели.

– Вот это да! – изумилась Белка. – А я думала, мне приснилось!

– Стра-а-анно! – Жирафф превратился в какой-то изощрённый иероглиф и смущенно покосился на Бегемота. – В турагенстве про железную дорогу мне ничего не говорили!

– И про аэродром под самым носом ничего не говорили? И про завтраки с обедами? И про помойку за окном? – Зебр подкрепил претензию эмоциональной жестикуляцией.

Показался поезд. Земля под ногами задрожала, рельсы заходили ходуном. Вытхуянцы, толкаясь, отпрянули. Пассажирский состав опасливо притормозил, настойчиво погудел и проследовал мимо, окатив друзей напористой душной волной, густо ароматизированной техническими маслами.

Осёл – единственный, кто всё это время не терял прекрасного расположения духа – восторженно повел чутким носом:

– А меня заводит вид особой гильотины для жирафов! – рубанул сплеча Зебр…

На пляже вытхуянцы удручённо огляделись. Перед ними на узкой полоске каменисто-галечного пляжа, ограниченного бетонными волнорезами, разверзся гигантский зверинец из сотен оголенных тел. Отдыхающие, расположившись на полотенцах, подставляли жалящим лучам свои мясистые бока, листали книжонки, резались в карты и приобретали у старого абхаза кукурузу и воблу. Две незамысловатых красотки в одиночестве плескались в мутной воде у берега.

Картина показалась столь неожиданной, что вновь прибывшие не сразу заметили само море, которое пенистой громадой застилало глаз до самого горизонта.

– Море! – воскликнул Зебр, явив белозубую радость. – Да ещё и с русалочками! Девчонки, я иду к вам!

Он скинул свои ботинки на толстой подошве, побежал было босиком к воде, но тут же ойкнул, и, ступая, словно по раскалённым углям, вернулся.

– Море-то оно море, – Бегемот рассеяно вытер платком пот с лица, – но у меня к вам, мои дорогие, три ключевых вопроса. Где мы здесь будем загорать? В чём мы будем загорать? И главный… Неплохо было бы перекусить!

Жирафф поспешил оглядеться, но не нашёл ответа ни на один из вопросов предводителя.

– Ну-у-у, может кукурузы или воблы? – безнадёжно предложил он.

Бегемот скривился.

– Сегодняшний день ещё вчера не заладился! – горько сообщил Зебр, растирая повреждённую ногу.

– Зайки мои, не огорчайтесь! – успокоила Белка, сама едва не плача. – Всё будет хорошо!..

И она не ошиблась. Не прошло и минуты, как друзья наткнулись на пляжный магазинчик, где смогли приобрести одежду для курортного отдыха. Обрядившись в обновки и рассмотрев друг друга, они, конечно, не смогли скрыть некоторого разочарования. Впрочем, невыносимое желание избавиться от плотного дорожного платья оказалось сильнее.

Маленький мальчик с надувным матрацем под мышкой увидел Бегемота и засмеялся, показывая на него пальцем. И действительно, в своих грандиозных розовых шортах с лампасами тот смотрелся слишком, как бы это сказать… радикально, и совсем не походил на главу, пусть и крошечного, но всё же государства.

– Эй ты, жертва брачного афериста, закрой клапан! – рыкнул на него Зебр.

Мальчик выронил от удивления матрац, заревел и убежал.

– Где ты научился так ругаться? – не без благодарности в голосе поинтересовался Бегемот.

– Этому нельзя научиться, монсеньор, это божий дар! – не без бахвальства отвечал Зебр, поднимая брошенный матрац…

Затем вытхуянцы обнаружили небольшое пустующее кафе. Ещё не веря в такую удачу, они поспешили расположиться за столиком, откуда открывался шикарный вид на море. Жирафф недоверчиво уточнил у зелёноглазой официантки с проколотой губой:

– Вы ммм… открыты?

– А что, не заметно? – девушка в скуке почесала ногу.

– Тогда можно нам поза-а-автракать или пообедать?

– Да хоть ужинайте! Вот меню – заказывайте, что хотите!

И зелёноглазая положила на стол кожаную папку с перечнем блюд.

– Невероятно! Какое везение! – оживился Бегемот, листая страницы меню. – Пожалуй, я возьму это, и это, и это тоже возьму!

– Похоже, – сказал Зебр, ни на секунду не упуская из виду официантку, – фортуна повернулась к нам необычным местом – лицом!..

Все молча набивали животы, изредка поглядывая в сторону молочно-черничного моря, и пребывали наверху блаженства.

Зебр, несмотря на прорву съеденного, закончил первым и счел своим долгом прицепиться к зелёноглазой: