Всё закончится свадьбой (СИ) - Страница 2

В течение следующей недели учёный доктор занимался расчетами, строил модели и готовился к сборке, а Мада изучал свадебный обряд. Пришлось снова отправиться к Пальцам Вартана. Погода испортилась: дул холодный ветер, летел мелкий и колючий снег, а небо словно обклеили скотчем - небрежно, второпях, и серые обрывки облаков свисали с него лоскутами. Ноги-курьеры одели зимние штаны мехом наружу, говорящие головы нахлобучили шапки, а пальцы-чесальцы натянули перчатки и варежки. От транспортных платформ наземки, включивших подогрев, поднимался пар, и отлетал в сторону, уносимый ветром. Сейчас хорошо было сидеть в помещении - в той же “Атакующей жабе” и греться горячим чайным напитком, но Пальцы Вартана принципиально не пересылали и не принимали информацию по сетям.

- Как ботинки? - услышал Мада дежурный вопрос.

- Прекрасно… Помните, вы о побочном эффекте души говорили? Я знаю, как от него избавиться!

Пальцы приняли вопросительную позу.

- Есть специальный обряд, который объединяет одну душу с другой. После чего обе перестают глючить.

- Так вот для чего ты хотел собрать Целого!

- Именно. Но есть загвоздка - я не нашёл, как правильно его провести. Везде пишут по-разному. Но проводил его раньше специальные люди - священники.

- Это те ребята, которые исправляли глюки души? Думаешь, они не развалились на части вместе с остальным человечеством?

- Да они же покрепче должны быть, - неуверенно заметил Мада.

- Так ведь и нагрузки больше: каждый день глюки человеческие править… Но заинтриговал ты нас, Целый, заинтриговал. Приходи-ка ты завтра - в это же время.

Вечер прошёл в спорах с Контрабасом.

- Прогресс перешагнул человека подобного! - доказывал он, бегая по потолку. - Мы стали как боги и можем творить человека нового - без образа и без подобия. Тело - это глина в руках творца. О, какие фантастические перспективы открываются перед человечеством! Какие необычайные возможности! Знаешь что, Целый? Я предлагаю тебе собрать женщину-конструктор.

- Это как? - с подозрением спрашивал Мада.

- Организм, в котором разные части могут меняться местами! В одном месте - безболезненно увядать, в другом - отрастать. Представь, что ты просыпаешься утром, открываешь глаза, оборачиваешься к жене, а у неё всё по-иному - всё расползлось, разбежалось, отросло в совершенно невероятных местах! С такой женщиной ты никогда не соскучишься.

- Нет!

- Две руки, две ноги, туловище - давно устаревший стандарт. Прошлый и позапрошлый век, позапрошлый и прошлый! Если бы человечество думало, как ты, у каждого до сих пор была бы голова на плечах.

- Мне нужна обычная женщина, о-быч-на-я.

- Значит, ты - ретроград!

- Значит, ретроград.

Они замолкали, отворачиваясь друг от друга, и в наступившей тишине скелет со смычком извлекал из струн звуки давно забытых мелодий. Доктор Контрабас колдовал над программой сборки, тыча лапками в многочисленные экраны, а Мада думал над словами, которые скажет будущей невесте при встрече. Проходил час или полтора и диалог повторялся снова.

- Хочешь женщину со встроенной внутрь кофеваркой? Кофе в постель - об этом человечество мечтало веками!

- Не желаю слушать! - затыкал Мада уши.

Голова на паучьих лапках обиженно замолкала, и в подвале с прозрачными саркофагами вновь печально звучал контрабас.

Метель на улице прекратилась, и на голых кронах редких деревьев покачивались большие снеговые шапки. Под резкими порывами ветра деревья оживали и отряхивались, словно собаки. Снег летел вниз, полностью скрывая под собой мелкие пронырливые существа - ступнепальцы, ногозмеи, рукогусеницы. Через мгновение они торопливо выкапывались и продолжали свой путь по улицам. Чем ближе Мада подходил к обиталищу Пальцев Вартана, тем тревожнее ему становилось. Увы, тревоги его оказались не напрасными: лучший сыщик терраполиса лишь смущенно развел толстыми ладонями:

- Опоздал ты, Целый, - сообщил он, - на пару лет опоздал.

- Ни одного не осталось? - выдохнул Мада.

- Борокский карьер знаешь? Там последний отшельник жил. Когда понял, что некому передать свои знания, то решил высечь в скале статую Бога. Мне принесли его дневник: каждый день старик начинал с молитвы, прося дать ему сил закончить работу. Но Бог не услышал: отшельник заболел и умер. Тело обглодали древожуи, и к тому времени как его нашли - в переработку оно уже не годилось. Так что останки закопали прямо там же.

- Не помогла молитва…

- Не помогла.

Налетевший ветер царапнул Маде лицо и принялся трепать ветки дерева, под которым он стоял. Пальцы Вартана зашевелились, стряхивая с себя снег. Всё окончилось как-то резко и неожиданно - вся затея с обрядом. Мада вдохнул в себя морозный воздух, резко выпустил его из легких, и уже начал поворачиваться, чтобы уйти, но тут его собеседник снова заговорил.

- Странные дела творятся с тех пор в Борокском карьере…

- Какие странные дела?

- Статуя постепенно обретает свои очертания: точь-в-точь по рисунку из дневника отшельника.

- Как это?

- Кто-то говорит: по ночам отшельник встает из могилы и работает… Другие рассказывают: остались священные книги, которые всякого, кто проходит мимо, заставляют продолжать работать над статуей…. Не хочешь проверить, Целый?

- А?

- Сходить в Борокские карьеры и посмотреть, что там на самом деле творится?

Мада помедлил лишь мгновение.

- Схожу! - решил он.

Снега в этом году выпало мало: даже после вчерашней метели белая крупа едва покрывала почву, и Мада без труда шагал по заросшей тополями окраине Борока. То тут, то там на деревьях висели присосавшиеся к стволам люди-паразиты: животы, почки, кишечники - все они засыпали вместе со своими кормильцами на зиму. Но в отличие от деревьев их можно было разбудить, что Мада вскоре и сделал: подобрал толстый короткий дрын и ткнул им толстую задницу одного из древожуев.

- Ахм..м…м… Чё? Кто?

- Просыпайся давай.

- Кто это?

- Лесоруб. Дерево лицензировано для проживания и питания?

Сон с древожуя как рукой сняло. Длинная рука его метнулась за паспортом в дупло, глаз на ложноножке открылся и уставился на Маду.

- Ты не лесоруб! - возмутилось существо. - Чё надо?

- Дорогу спросить. Где тут в скале статую высекают?

- Ты из-за этого меня разбудил?!

- За топором сходить?

- Чё сразу за топором? Чё за топором? Вышку ржавую знаешь, где березы вкусные растут? От берёз вниз иди, в карьер, там твоя статуя. Слышь, Целый, закурить не найдётся?

- А у тебя лёгкие есть? - удивился Мада.

- Есть, - признался древожуй. - Бродячие торгаши надули. Клялись, что чистые - я и позарился, а оказалось - курильщика. Как проснусь, так сразу тянет. Уж и кору жевал, и мох с сухими листьями, и чё тока не делал - всё без толку.

- Сочувствую, - ответил Мада. - Сам курил, знаю.

- Слышь… - замялся древожуй. - Ты зачем к статуе идёшь?

- Оно тебе надо знать?

- Разбудил же… Теперича не засну, маяться стану. Зимой к нам торговцы не ходют, видишь - сплошь сонное царство. Не с кем торговать. Я вот чё вспомнил: рукозмеи говорили, от статуи той всякие болячки проходят. Тута в сентябре целая процессия проползала тудысь и обратнось. У их за дорогой безмозглая кожа завелась - говорят, аж из Африки приползла. Оказалось, заразная. Кожу ту сожгли, а сыпь от неё вывести не могли. Пока до статуи не сползали…

- Хочешь от тяги к куреву избавиться? - сообразил Мада.

- Агась. Донеси, будь другом. Я тама и останусь, берёзы тама вкусные.

- Ну залазь на плечи, - вздохнул Мада и повернулся к дереву спиной.

Рука у древожуя была одна, но пользовался он ей виртуозно. Вот только лезть на плечи это существо не собиралось: рука стремительно выхватила из дупла стальную струну и стянула человеку горло.

- Чё, Лесоруб, дотыкался? Тута тебе не в полисе, тута Борок. Пароль от от кошелька - быстро!