Все стихи 2016 года по алфавиту (СИ) - Страница 38

Но до сих пор стоит Коринф, и мы

Уже забыли, кем построен он,

Где люди жизнью упоительны.

А бастионы пали Троями.

Домами славен ты - строителем.

Разное о слове "ключ"

1.

Ключом любому слову стать.

Не подбирай его, как вор

К замку. Отмычек простота

Предполагает их набор.

Одни - замок и ключ к нему.

Бородка - иероглиф, он

Для знающих. Они поймут,

Откроют, цокнув языком.

2.

Граница губ, на ней замок.

Ключа к замку не жаждет люд.

Не проскочить. Не жжёт глагол

Умы палат. Потерян ключ.

Уже насильственна и речь,

Свободны только речки. Но!

Раз трудно что-нибудь извлечь,

Их повернуть немудрено.

3.

Ключом любому слову бить

И срубы наполнять, звенеть,

Украсив нотный стан судьбы

И кличем колокольным - медь.

Ключу людей соединять

Началом строчек телеграмм

О встречах, их часах и днях,

О счастье с горем пополам.

4.

Открыть кому-нибудь в ночи,

Постлать, не ожидать потерь.

Как много деревень Ключи,

Где редкость - запертая дверь.

Покажется, что - речи клок,

Но только ключевым словам

Не отпирать подвалы склок,

А то, что выше, открывать.

Рвалось

Рвалось и в глотке не держалось...

Удержишь - к ветру в паруса

Добавишь собственную малость

И то, что в общих словесах.

Не направляет парусина

Меня, кто с детства на пару,

А вырос в дизель керосинный

И, видно, атомным умру.

Свободен и не правлен ветром,

Плюю на галсовый зигзаг,

И в море слов за то в ответе,

Что, не сдержал, а рассказал.

Не парусиновою псиной

Вилять, ловить, вертеть кормой

За мненьем Украин, Россий ли,

Да где бы ни был корпус мой.

И парус, и весло галеры

По капле выдавил давно.

Прощайте, рабские манеры

И ветер, веющий говном!

Рождество и т. д.

Рождаемся с грибницей бога,

Когда мы покидаем мать

И запеленаны в дорогу.

А научившись понимать,

Что там - в вагонах и в кабинах

Машин на тверди и над ней,

Быть может, суждено погибнуть

В секунду одного из дней,

И ничего не переменишь,

И не предвидишь ничего,

На нас прозрениe-мгновенье

Наступит, богово, ногой

Как страх, беспомощность, надежда

Печаль недетского лица

В одеждах спутанных невежды

И мудреца, и храбреца.

Сердца-колокола тугие

Забьются изнутри, во тьме,

О том пустом гнезде-могиле,

Где жизнь откладывала смерть.

Роняние младенцев

Как только воды отошли

Предутренним дождём заветным,

День появился для земли

Страницей, отведённой свету.

И был улыбчив, розов весь,

У тельца - аромат ванили.

Сцепились аисты небес -

Кому нести, и... уронили.

Увы, не нужно экспертиз,

Воочью можно убедиться:

Опять земле - идиотизм.

А виноваты в этом птицы!

Так длится долгие года,

Нельзя сказать - отдельный случай.

И всё выходит - как всегда,

Но хочет Бог всегда - как лучше.

И он не виноват. У тьмы

Потуги искренни и святы.

Дерутся аисты, а мы...

Претерпеваем результаты.

Но верю, верю до сих пор

В тот день рожденья дня, у Трона

Все аисты закончат спор

И свет доставят без урона.

Роса-любовь

Травинкой малой в мураве -

Тогда любим.

Там, в большинстве, на всё ответ

На всех один.

Деревьям одиноким - тем

Топор, пила

Из красных рук, из красных стен.

Потом - до тла.

Одна на всех роса вины,

Копыт волна

Монгольских, княжеских, иных,

Коса одна.

Травись, уверовав, спасись

В росе-любви.

Люби желающих пастись.

Клонись, травись!

Русской деревне

В окружении деревьев

В серых срубах простоты -

Деревянная деревня,

Позадревние кресты.

Деревенская исконность

Богом смотрит из угла -

Как икона на икону

Деревянного стола.

Нежелезная полезность

В том, что просто обновить,

Нежелательная трезвость

В песне, в празднике, в любви.

Далека до ада раем -

Как начало бытия.

Что ж ты, матерь, умираешь,

Деревянная моя?

Русскому народу

Завсегдатай пивных и всенощных,

И "Бродячей собаки" столов,

Почитавший и Фета, и мощи,

И площадную рубку голов,

Со смекалкой Левши и Ивана

Дурака, кто отнюдь не дурак,

И со слогом певучих Боянов,

И с похмельем безудержных драк,

Разноликий, но с цельностью сплава,

Где земля, и железо, и стих.

Это вздор, что величием славен -

Он не выше, не ниже других.