Все правители Москвы. 1917–2017 - Страница 18

Большевики в это же время призывали к немедленной конфискации в пользу города всех церковных, монастырских и дворцового ведомства земель. Жилищный вопрос предлагалось решать так, как писалось в одной из листовок: «В вопросе жилищном – вместо объявлений в газетах с вымаливанием и выпрашиваем каких-либо помещений у богатых классов Москвы для нужд городского управления социал-демократы интернационалисты предложили думе приступить к распределению комнат в богатых квартирах, в барских особняках по карточной системе. Как хлеб, потому что его мало, ограничен в пользовании и распределяется по карточкам, так и жилые помещения, потому что их мало, потому что в них нужда безмерно велика, должны быть распределены по карточкам».

В.В. Руднев пытался сдерживать страсти в думе и в городе, призывал сограждан соблюдать порядок, защищал позиции Временного правительства. Он очень много работал: участвовал в совещаниях по поводу создания однородного демократического правительства; 6-8 августа представлял Московский комитет партии эсеров в президиуме VII расширенного совета ПСР, рассматривавшего финансово-экономические вопросы внутренней политики и проблемы предоставления независимости Финляндии и Украине. 12 августа 1917 года он, как московский голова, приветствовал Государственное совещание, которое должно было выработать меры по стабилизации положения в стране и на фронте: «Я присоединяюсь к призыву Временного правительства о преодолении во имя спасения Родины и революции всех противоречий, раздирающих страну, к призыву и сплочению всех живых сил». 13 августа Руднев был в группе встречавших приехавшего в Москву верховного главнокомандующего генерала Л.Г. Корнилова, о чем ему позже не раз напоминали политические противники. 29 августа Вадим Викторович был избран председателем Временного комитета, созданного для борьбы с контрреволюцией, олицетворением которой виделся тогда генерал Корнилов. Этот комитет был детищем московских Советов рабочих и солдатских депутатов и губернского Совета крестьянских депутатов.

В период корниловщины, который вызвал растерянность в интеллигентской среде, посеял рознь даже среди недавних единомышленников, московские эсеры заняли крайне правые позиции, что окончательно разочаровало их сторонников. Руднев и его команда, сосредоточившись на политической борьбе для удержания власти, все дальше уходили от насущных проблем голодающего населения. Сентябрь и октябрь 1917 года прошли для городского головы в напряженнейшем ритме переговоров, заседаний. Московские газеты полны кратких сообщений об этом. 14 сентября Руднев заседал в президиуме совещания представителей земств и городов, которое должно было выработать программу общественного самоуправления. 16 сентября он участвовал в думском совещании, на котором большевики предложили в повестку дня вопрос об образовании нового правительства. Представители большевистской фракции требовали «создания власти рабочих и крестьян, энергичной борьбы за мир, передачи земель в распоряжение крестьянских комитетов, беспощадного обложения имущих классов. Эсер Руднев и кадет Астров старались реабилитировать партию кадетов, запятнавшую себя активным участием в корниловском мятеже. Эсеры-интернационалисты отказались поддержать эсеровскую резолюцию», – сообщалось в московской газете «Социал-демократ». Руднев неоднократно разъяснял москвичам свой курс и обращался к ним за поддержкой.

А в это время большевики планомерно, грамотно и упорно проводили кампанию по выборам в районные думы. Их лозунги были близки и понятны народу, эсеровская дума дискредитировала себя нерешительностью, нерасторопностью, приверженностью к несостоятельному Временному правительству. Результаты не замедлили сказаться: 24 сентября москвичи избрали в районные думы более 50 % гласных из большевиков, меньшевики «растаяли» до 4 %, немного «выросли» кадеты – более 26 %, эсеры получили всего 14 % голосов. Тогда в стране не без основания обвиняли Временное правительство и его сторонников в том, что они «проговорили Россию».

В.В. Руднев продолжал работу по объединению антибольшевистских сил. Большим авторитетом пользовался он во Всероссийском Союзе городов, на съезде которого 15 октября Руднев был избран во Временный совет Российской республики (Предпарламент). Стремясь поддержать в очередной раз Временное правительство, Руднев пытался организовать в Москве «Дни Займа свободы». Облигации правительство выпустило еще в марте в целях финансирования воюющей армии, но, как и всюду в России, это мероприятие в городе провалилось.

Последнюю ставку правые эсеры сделали на Учредительное собрание, ожидая от него решения неотложных политических, экономических и социальных вопросов. Поэтому в октябре 1917 года они все силы сосредоточили на подготовке выборов в собрание. Руководил этой работой В.В. Руднев.

Революционные события в Петрограде, известие о II съезде Советов, его исторических декретах об учреждении новой власти, земле и мире застали правых эсеров врасплох. Теперь свою задачу они видели в сохранении Москвы в качестве оплота антисоветских сил. Руднев созвал экстренное заседание Городской думы, где заявил, что единственную власть в Москве представляет дума, которая не станет подчиняться Советам. Для поддержки Временного правительства и борьбы с Советской властью при думе был создан Комитет общественной безопасности (КОБ) во главе с Рудневым. В комитет вошли исполком Совета солдатских депутатов, Московский совет Всероссийского почтово-телеграфного союза, Московская уездная земская управа, исполком Совета крестьянских депутатов, штаб Московского военного округа под командованием полковника К.И. Рябцева.

В это же время объединенное заседание Советов рабочих и солдатских депутатов избрало Военно-революционный комитет (ВРК) «Для организации поддержки Петрограда». Эсеры, естественно, участвовать в нем отказались. Меньшевики в комитет вошли «не для того, чтобы содействовать захвату власти Советами», а чтобы «возможно безболезненно изжить все последствия этой попытки захвата и авантюризма большевистских вождей». Так в Москве появились две военно-политические противоборствующие организации, которые серьезно повлияли на дальнейшие события.

25 октября Комитет общественной безопасности обратился по телеграфу ко всем городским и земским органам самоуправления с предложением «немедленно избрать делегатов, которые по первому призыву съедутся для организации поддержки Учредительного собрания». В.В. Руднев от лица городской думы требовал ареста членов Военно-революционного комитета. Представитель московских большевиков на последнем официальном заседании Гордумы заявил голове: «Вы и ваша партия не имеете права говорить от имени московского населения. Большинство высказалось против вас, не за вами, а за нами стоит оно».

В распоряжении В.В. Руднева и К.И. Рябцева к началу октябрьского вооруженного восстания в Москве было около 6 тысяч хорошо обученных бойцов, среди которых – офицеры и солдаты гарнизона, казаки, фронтовики, юнкера Александровского и Алексеевского военных училищ. Полковник Рябцев ожидал подкрепления с Западного и Юго-Западного фронтов и из Ставки. Главные опорные пункты «рудневцев» находились в центральной части Москвы: в зданиях Городской думы на Воскресенской площади, гостиницы «Метрополь», Манежа на Моховой, в Провиантских складах и военных училищах, на Пречистенке и др. Юнкера обосновались вокруг Кремля, где было несколько рот Московского военно-революционного комитета. Сторонники большевиков расположились также на окраинах города и заняли московские вокзалы.

Днем 26 октября Комитет общественной безопасности и Военно-революционный комитет начали переговоры о мирном решении ситуации в Москве, преследуя каждый свои цели. КОБу нужно было время для подхода подкрепления, а также для формирования в Москве нового Временного правительства и превращения ее в центр антибольшевистской власти. ВРК стремился к консолидации своих сил, захвату стратегически важных позиций, для чего ему также необходимо было время. В конце концов, мирный путь не получился, военные действия продолжились. Инициатива была в руках КОБа, в их руках оказались Садовое кольцо, мосты, Кремль.