Все началось в парке (СИ) - Страница 30

– Пора вставать, – прошептала Грейнджер.

– Давай ещё часок поспим, – сонным тоном произнёс Драко, и протянул к себе невесту.

– А я думала, ты хочешь, как можно скорее перевести мои вещи в этот дом, – сказала Гермиона.

***

Эти слова разбудили Малфоя, он действительно этого хотел. Невеста поцеловала жениха и ушла к сыну. За завтраком у всех было хорошее настроение. Драко ощущал себя самым счастливым мужчиной на свете, теперь он хотел, как можно скорее жениться на матери своего сына, чтобы у них была нормальная семья. Гермиона улыбалась и кормила Эдварда.

– Драко, принесли газеты, – сказала Тереза.

По одному виду и тону старой служанки, Малфой понял, что ничего хорошего ждать не стоит. Он взял газету и увидел заголовок. У одного из самых завидных женихов Британии Драко Малфоя есть внебрачный сын! Подробности читайте на второй странице.

– Что случилось? – Спросила Гермиона, увидев, как изменилось лицо её жениха.

– Вот, – ответил Драко и протянул газету.

***

Грейнджер взяла её в руки, прочитав заголовок, недоумевающим тоном посмотрела на Малфоя, он только пожал плечами. Гермиона перевернула страницу газеты и стала читать статью, в ней подробно сообщалось, как Грейнджер и Малфоя познакомились в баре, напились, переспали, а потом девушка оказалась беременной, так и не узнав, имени отца своего ребёнка. Вторая встреча произошла у Гермионы и Драко только летом в парке, после этого, они и начали общаться, и теперь собираются пожениться. В статье журналистка сделала акцент, что мисс Грейнджер обычная медсестра в городской больнице, а даже не частной клинике, поэтому ей несказанно повезло, что она родила сына от такого известного и состоятельного мужчины, как мистер Малфой. А в самом конце журналистка сравнивала фотографии мисс Грейнджер и мисс Гринграсс, показывая, что Астория красивее Гермионы, она бросила мистеру Малфоя, и он нашёл утешение в объятиях первой встречной.

Дочитав статью, Грейнджер посмотрела на своего жениха, а потом отдала ему газету. Всё хорошее настроение улетучилось, будто его и не было. Гермиона разозлилась и расстроилась одновременно, она сама не могла понять, какое чувство сейчас перевешивает. Малфой не стал подробно читать статью, он просто пробежал её глазами.

– Как они узнали все подробности? – Не могла понять Грейнджер.

– Видимо, им кто-то рассказал, – догадался Малфой. – Из моих друзей об Эдварде знал только Забини, а поскольку Блейз мой единственный друг, я ему доверяю, значит, проболтался кто-то из твоих друзей.

– Гарри, Джинни и Полумна точно не могли, – уверено сказала Гермиона. – Я им доверяю, как себе, Рон не стал бы этого делать, Невилл и Парвати, я думаю тоже.

– Тогда, остаётся только подружка твоего бывшего парня, Лаванда Браун, – произнёс Драко таким тоном, будто точно знал, что это она. – Я не хотел тебе говорить, но на рождество, я вышел из зала и пошёл в комнату, где был Эдвард, хотел посидеть с ним и тобой. А вместо этого случайно услышал, как Лаванда говорила, что ты специально от меня забеременела, чтобы получить мои деньги, – виноватым тоном произнёс он.

– Это точно Лаванда, – громко сказала Грейнджер. – Как я сразу не поняла, эта фотография, – она указала на фото в газете, – видишь я здесь в своём халате медсестры, она была сделана два с половиной года назад в моей больнице, когда я уговорила друзей сделать прививки от гриппа. Рядом со мной тогда ещё стояли Джинни и Полумна. Такое фото точно было у Рона в альбоме.

– В редакции все умеют пользоваться фотошопом, они просто убрали твоих подруг, и оставили тебя одну, – констатировал Драко. – А фотографию специально взяли такую, чтобы показать – ты обычная медсестра. Знаешь, я не удивлён, что Браун так поступила, я слишком хорошо знаю такой тип женщин, им всегда нужна только выгода, а ещё они очень завистливые.

– Я помню, как Лаванда не раз говорила, что сочувствует мне, – стала вспомнить Гермиона. – Она считала, что мне в жизни очень не повезло, я одна буду растить сына, и не известно, от какого мужчины, сразу после того, как родился Эдвард, Браун не раз это повторяла, Джинни с Полумной даже разозлились на неё, и велели так не говорить.

– Тогда Лаванда думала, что отец Эдварда какой-нибудь бедняк, а может даже и алкоголик, – сказал Малфой. – А когда она узнала, что это я позавидовала тебя. Я больше чем уверен, что за информацию о тебе и даже фотографию Браун получила приличную сумму.

– Почему она так поступила со мной? – Не могла понять Гермиона.

– Я же уже сказал, из зависти, – повторил свою мысль Драко.

– Я ведь никогда ей и слова грубого не сказала, – разочарованным тоном произнесла Грейнджер.

– Думаю, тут ещё была ревность к Рональду, – поделился своими мыслями Малфой. – Вы долго встречались с Уизли, ты сама рассказывала, вот Лаванда и боялась, что твой бывший испытывает к тебе какие-то чувства.

– Рон поддержал меня, когда я решила оставить ребёнка, – подтвердила Гермиона. – А когда Эдвард родился, долго думала, кого сделать крёстным, его или Гарри, потом всё-таки решила, что будет странно, если мой бывший парень, будет крёстным отцом моего сына, тогда я выбрала Гарри, мне даже показалось, что Рон немного обиделся.

– Вот тебе ещё один повод для антипатии к тебе, – спокойно сказал Драко.

– Это ужасно, – разозлилась Грейнджер. – Если Лаванда так терпеть меня не может, могла сказать мне это всё в лицо, а не доставать меня через прессу. Честное слово, я не ожидала от неё такого. Что же теперь будет?

– Ничего не будет, – ответил Малфой. – После того как мы поженимся, все бы и так узнали, что у нас уже есть сын. Я надеялся, что мы сможем немного оттянуть этот момент, после свадьбы, всё было бы проще преподнести, да и журналисты к нам бы меньше лезли, если бы считали, что мы просто жених и невеста. Да они могли бы говорить, что ты может быть беременна, но не более того. Гермиона, успокойся, я всё улажу, если надо дам интервью, где коротко и ясно отвечу на вопросы. Мы не обязаны ни перед кем отчитываться, но я не хочу, чтобы все считали тебя охотницей за состоянием.

– Скорее меня будут считать потаскушкой, которая спит со всеми подряд, а потом ещё и детей рожает, – недовольным тоном сказала Грейнджер. – Никогда в жизни меня так не унижали.

У Драко зазвонил телефон – это был Люциус.

– Это отец, видимо он уже прочитал статью, – сказал Драко и ответил на звонок. – Алло.

– Это правда, что у тебя и твоей невесты уже есть сын? – Строго спросил Люциус.

– Да, у меня есть сын, его зовут Эдвард, через два месяца ему исполниться год, – ответил Драко.

– Такие вещи, мы с матерью должны узнавать от тебя, а не из газет, – недовольным тоном сказал мистер Малфой. – Ладно, когда прилетим в Лондон, поговорим, мы будем дома сегодня вечером.

– Мы будем вас ждать, – ответила Драко и отключился. – Вечером родители будут дома.

– Понятно, – медленно произнесла Гермиона. – Представляю, что они сейчас обо мне думают.

– Тут ты не права, мои родители не склоны верить тому, что пишут в газетах, – заявил Малфой. – Так что не переживай, всё пройдёт хорошо, а мы сейчас, как и планировали, отправимся к тебе на квартиру, за твоими вещами.

– А, ну да, я уже и забыла, – призналась Грейнджер.

– Только давай оставим Эдварда с Терезой, – предложил Драко. – Я боюсь, что рядом с твоим домом, могут быть журналисты, думаю ты не хочешь, чтобы они увидели с нами Эдварда.

– Может, тогда останемся дома? – Спросила Гермиона. – Переждём немного?

– Нет, мы покажем им, что никого не боимся, – возразил Малфой. – Иди, одевайся.

Гермиона не стала спорить, ей было страшно, но от того, что рядом будет Драко, стало легче. В комнате Грейнджер позвонила родителям, она уже до этого сообщила им, что собралась замуж за отца Эдварда, сейчас просто хотела предупредить отца и мать, что к ним могут обращаться журналисты, чтобы взять интервью. Миссис Грейнджер была рада, что дочь её предупредила, они с отцом решили, что никому ничего говорить не будут, какие бы деньги им не предлагали за интервью. После этого разговора Гермиона успокоилась, теперь она была готова ехать домой.