Врачи двора Его Императорского Величества, или Как лечили царскую семью. Повседневная жизнь Российск - Страница 45

Судя по приведенной в начале главы таблице, в период Московского царства, когда роды цариц проходили чуть ли не ежегодно, – предохраняться не было принято. Высокая детская смертность, с одной стороны, и необходимость рождения как можно большего числа мальчиков – с другой, вынуждали цариц (императриц) рожать столько, сколько Бог давал. Вместе с тем, и тогда существовали различные контрацептивы. Во-первых, механические. Еще Овидий и Лукреций упоминали о неких чехлах-презервативах. Материал, из которого они изготавливались, был самым разным. Когда в конце XIV в. на Европу обрушилась эпидемия сифилиса, широкое распространение получили тканевые мешочки с завязками, получившие название «итальянских наконечников». Эти мешочки изготавливали из льняной ткани со специальной пропиткой.[536] Самые лучшие и самые дорогие презервативы изготавливались из слепых кишок животных.[537] Во-вторых, существовали различные методики предохранения от нежелательной беременности, основанные на эмпирическом опыте народной медицины, безусловно, известные травникам Аптекарского приказа.[538]

Мешочек из льняной ткани с завязками

Презервативы из бараньих кишок

Реклама презервативов. Конец XIX в.

В XVIII–XIX вв. бывало по-разному. При этом женское окружение императриц, их лечащие врачи, в том числе и лейб-акушеры, давали супругам первых лиц исчерпывающие консультации по этому вопросу.[539] Следует иметь в виду, что очень часто на высочайшем уровне соединялись девственники, которые если что и знали, то только теоретически. Впрочем, рожали «сколько Бог давал» и в XIX в. Так было с супругами Павла I, Николая I и Александра II.

Супруга Николая I, которая подчас бывала беременна по два раза в год, с 1820-х гг. ожидала каждую новую беременность с ужасом. 11 июня 1825 г. у супругов была интимная близость («f.l.t.d»), на следующий день, 12 июня 1825 г., великая княгиня родила третью дочку, а уже 9 июля интимные отношения возобновились. 22 октября 1825 г. Николай Павлович записал, что он был «разбужен женой, боится новой беременности». В следующие дни «жене дурно», но 25 октября «жена объявляет мне, что у нее возобновились регулы, слезы, радость, уходит».

Поэтому со второй половины 1830-х гг. постоянно недомогавшая императрица Александра Федоровна так спокойно относилась к «васильковым дурачествам» своего брутального супруга. Она же фактически санкционировала появление в Зимнем дворце в качестве своей фрейлины Варвары Аркадьевны Нелидовой, которая, заняв должность, почти 17 лет не только оказывала императору «особые услуги», но и рожала ему детей.[540] Отмечу, что это была искренняя взаимная привязанность, без особой материальной подоплеки со стороны В. А. Нелидовой.[541]

У супруги Николая II ситуация была несколько иной. То, что императрица Александра Федоровна аккуратно рожала раз в два года (1895 г. – Ольга, 1897 г. – Татьяна, 1899 г. – Мария, 1901 г. – Анастасия), давая возможность восстановиться организму, наводит на некие размышления. Такая аккуратность связана с тем, что императорская чета пользовалась презервативами[542] (в бухгалтерских книгах императрицы имеются соответствующие счета).[543] Кроме этого, императрица аккуратно вела календарь своих циклов. В письмах к супругу она регулярно упоминала о приходе «критических дней», которые в переписке именовались либо «инженером-механиком», либо «мадам Беккер». Так, в начале января 1916 г. она пишет: «Инженер-механик явился неожиданно и лишил меня возможности принимать лекарства, это очень неприятно». Свои визиты в Ставку к супругу во время Первой мировой войны императрица старалась подгадывать сразу же после визитов «мадам Беккер».

Документальных материалов по этому вопросу практически не отложилось. В мемуарной литературе глухо упоминается, что в конце 1770-х гг. Екатерина II перенесла некую гинекологическую операцию. Это подтверждается счетами по «комнатной сумме» императрицы. В декабре 1778 г. группе медиков, среди которых был ведущий гинеколог России Н. М. Амбодик-Максимович, выплатили внушительные гонорары после посещения Зимнего дворца: «Морского госпиталя доктору Максимовичу 200 червонных на 520 р.» (10 декабря 1778 г.).[544] По мнению исследователей, «есть основания считать, что одно из вмешательств, сделанное лейб-медиком Д. Роджерсоном, было выполнено на половой сфере императрицы».[545]

Камер-медик Екатерины II А. М. Вейкарт упоминает, что тогда в Европе ходили слухи о том, что «Государыня страдает раком матки. Многие врачи сделали из этого спекуляцию и присылали брошюры о раке. Я сам читал в одной Французской газете, что знаменитый Луи (Louis) присоветовал Императрице Bäder von Basreges.[546] В 1789 г. эта история получила продолжение после того, как «Одна знатная Русская дама была больна раком, велела составить описание своей болезни и послать с приложением пятидесяти луидоров к оператору Луи. Французы нашли в слоге письма нечто англо-французское, следовательно, англичанина лейб-медика. В письме было написано: elle est veuve, elle a été galante. Да еще пятьдесят луидоров! По мнению французов, это не мог быть никто иной, кроме Русской императрицы».[547]

Значительно больше материалов по этому вопросу отложилось в архивах за период царствования Николая II, из которых следует, что с 1905 г. императрица Александра Федоровна стала регулярно прибегать к услугам специалистов-гинекологов. С весны 1905 г. женщина-врач Докушевская[548] «пользовала Ее Величество» с 10 мая по 4 сентября 1905 г. Она приезжала в Царское Село и Петергоф по рекомендации доктора Д. О. Отта более 90 раз. Одновременно с ней консультировал императрицу и Д. О. Отт. Он бывал «для пользования» императрицы в Петергофе 3–4 раза в неделю в течение двух месяцев. Осенью 1905 г. основным консультантом царицы становится доктор А. А. Драницын.[549] Он с первых чисел октября 1905 г. по 8 января 1906 г. бывал у императрицы почти ежедневно, нанеся ей за три месяца 50 визитов. Таким образом, акушерская помощь императрице за 1905 г. была связана со 185 визитами специалистов по женским болезням.

Что касается степени осведомленности российских императриц в акушерско-гинекологических вопросах, то они, видимо, базировались на бытовых знаниях и личном опыте. Впрочем, один из мемуаристов приписывает Екатерине II некий личный опыт по приему родов: «Узнав, что г-жа Р…с мучилась в родах, поскакала к ней в чужой карете, надела там на себя передник и сказав акушеру: „Примемся за работу; мы здесь ни что иное, как люди, обязанные помощию ближним“, способствовала родильнице, прислуживала и, забыв Императорское звание, отправляла должность повивальной бабки».[550] Характер императрицы был, конечно, импульсивный, она присутствовала при всех родах невестки – цесаревны Марии Федоровны, но ее непосредственное вмешательство в процесс родов маловероятно.