В поиске равновесия - Страница 4

Даже при самых эффективных прогнозируемых технологиях возможности Земли поддерживать рост численности населения и капитала исчерпаны. Это, прежде всего, определяется ограниченностью земельных ресурсов, в особенности пахотных земель, уже явно ощущаемым недостатком запасов пресной воды, сведением лесов и опустыниванием, падением биоразнообразия, накоплением отходов. С логической непротиворечивостью определенный естественный ряд физических пределов задает граничные условия существования, выход за которые чреват неконтролируемым сокращением численности населения Земли и разрушением мирового хозяйства.

Глобальное потепление – это медленное и постепенное увеличение средней температуры на нашей планете, которое как раз наблюдается в настоящее время. Глобально потепление – это факт, спорить с которым бессмысленно, и именно поэтому необходимо трезво и объективно подойти к его осмыслению.

По научным данным, глобальное потепление может быть вызвано множеством факторов:

– извержения вулканов;

– поведение Мирового океана (тайфуны, ураганы и т.д.);

– солнечная активность;

– магнитное поле Земли;

– деятельность человека. Так называемый антропогенный фактор. Идея поддерживается большинством ученых, общественных организаций и СМИ, что вовсе не означает ее непоколебимую истинность.

Скорее всего, окажется, что каждая из этих составляющих вносит свой вклад в глобальное потепление.

За температурой документально наблюдают около 150 лет. Принято считать, что она поднялась где-то на 0,6°С за прошедшее столетие.

С начала 1970-х годов температура многолетнемёрзлых грунтов в Западной Сибири повысилась на 1,0° C, в центральной Якутии – на 1—1,5° C. На севере Аляски с середины 1980-х годов температура верхнего слоя мёрзлых пород увеличилась на 3° C.

В докладе рабочей группы межправительственной комиссии по изменению климата (Шанхай, 2001 год) приведено семь моделей изменения климата в XXI веке. Основные выводы, сделанные в докладе, – продолжение глобального потепления, сопровождающегося увеличением эмиссии парниковых газов (хотя согласно некоторым сценариям к концу века в результате действия запретов на индустриальные выбросы возможен спад эмиссии парниковых газов); ростом поверхностной температуры воздуха (к концу XXI века возможно увеличение поверхностной температуры на 6° C); повышением уровня океана (в среднем – на 0,5 м за столетие!).

К наиболее вероятным изменениям погодных факторов относятся более интенсивное выпадение осадков; более высокие максимальные температуры, увеличение числа жарких дней и уменьшение числа морозных дней почти во всех регионах Земли; при этом в большинстве континентальных районов волны тепла станут более частыми; уменьшение разброса температур.

Как следствие перечисленных изменений можно ожидать усиление ветров и увеличение интенсивности тропических циклонов (общая тенденция к усилению которых отмечена ещё в XX веке), увеличение частоты сильных осадков, заметное расширение районов засух.

На территории России потепление за последние 35 лет оказалось более резким по сравнению с глобальным (1971—2005 гг.): с 1951—1970 гг. температура выросла на 1,52°С. Потепление маскируется большой естественной изменчивостью температуры: в отдельные годы в некоторых регионах возможны и похолодания. Однако при осреднении за большие интервалы времени (20 лет и более) потепление проявляется особенно отчетливо.

XXI веке на территории России, прежде всего в арктических и субарктических регионах, потепление будет заметно больше по сравнению с глобальным. Среднее за год потепление в середине века может составить 2,6 ± 0,7° C по сравнению с концом XX века (1980—1999 гг.).

Проблемы планетарного климата затрагивают граждан России и население Евразии в целом. В Форталезской декларации п.22 Плана действий (по итогам шестого саммита БРИКС) в г. Форталеза (Бразилия) 15 июля 2014 года специально отмечено о проведении консультативных совещаний старших должностных лиц стран БРИКС «на полях» соответствующих международных форумов по вопросам устойчивого развития, окружающей среды и изменений климата; и в п.61 декларации: «…ослабление негативных последствий изменения климата для продовольственной безопасности и адаптации сельского хозяйства к изменению климата»;

Деятельные шаги при решении поставленных природой целей и задач предпринимаются во всем мире, и разработка конкретных решений оказывает огромное влияние на успехи отечественной науки, в том числе политический и экономический престиж страны. Июльский саммит БРИКС в городе Уфе (Россия) ставит новые вехи дальнейшего более тесного сотрудничества стран в этом направлении.

Исторические прогрессии, их инерция отдаются отзвуками событий в Украине.

Панславизм и русское славянофильство – возможны ли мезальянсы?

СССР, Югославия, Украина… Какова степень дробления того мира, который, в основном, представлен носителями славянской культуры и языков, на этносы и субэтнические группы? Веление ли это времени или глубоко заложенная «историческая мина» замедленного действия? Или это встречные явления процессу глобализации экономики? Можно ли отыскать ответ в историческом прошлом европейской части Евразийского континента?

Всегда ли дробление территорий было спасательным кругом для местных элит или оно вело в пропасть социально-экономических кризисов? Кому необходим и выгоден упадок экономики у наших соседей по Европе? Какие силы управляют этим процессом и извлекают прибыль? Или это естественный процесс, с определенной долей неумолимости в своей цикличности, как и многие другие глобальные процессы в ноосфере и социально-экономических отношениях как внутри государственных образований, так и во внешних политических и исторических отношениях между ними? Каков уровень гражданственности противоборствующих групп? Проведем экскурс в историю общественной мысли и внутренних и внешних отношений в славянизированной среде на «театре политических и боевых действий» Восточной Европы. Вот что говорят Интернет-энциклопедии:

Славянофильство – направление русской общественной мысли, противостоявшее западничеству. Его приверженцы делали упор на самобытном развитии России, ее религиозно-историческом и культурно-национальном своеобразии и стремились доказать, что славянский мир призван обновить Европу своими экономическими, бытовыми, нравственными и религиозными началами. Западники же стояли на точке зрения единства человечества и закономерностей его исторического развития и полагали неизбежным для России пройти теми же историческими путями, что и ушедшие вперед западноевропейские народы. В основе социально-политических расхождений этих двух интеллектуальных направлений лежали глубокие философские разногласия. Флоровский писал, что «славянофильство» и «западничество» – имена очень неточные, только подающие повод к недоразумениям и ложным толкованиям. Во всяком случае, это не только и даже не столько две историко-политические идеологии, сколько два целостных и несводимых мировоззрения» (Флоровский Г. Пути русского богословия. Париж, 1937. С. 249).

Справедливо подчеркивая необходимость совестливого начала, славянофилы вместе с тем недооценивали необходимость правового регулирования поведения людей. В слабости внешних правовых форм и даже в полном отсутствии внешнего правопорядка в русской общественной жизни они усматривали положительную, а не отрицательную сторону. В то же время порочность западноевропейских порядков они видели в том, что западное общество пошло путем «внешней правды, путем государства». Третьей характерной чертой славянофильского миропонимания была его религиозность. Славянофилы полагали, что, в конечном счете вера определяет и движение истории, и быт, и мораль, и мышление. Поэтому идея истинной веры и истинной церкви лежала в основе всех их философских построений. Герцен, очень высоко ценивший ум и философскую эрудицию Киреевского, с горечью отмечал, что «между ним (т. е. Киреевским) и нами была церковная стена» (Герцен А. И. Собр. соч.: В 30 т. М., 1956. Т. 9. С. 159).