Воровство не грех, а способ выживания - Страница 12

– Зи, потом мы все посмотрим, обещаю. Сейчас время поджимает, да и интерес зашкаливает, – засмеялся парень, ничего толком не объяснив. Только я собралась засыпать его новой порцией вопросов, как он открыл передо мной дверь, втолкнул внутрь. Я обомлела. Полумрак большого зала создавали множество свечей, расставленных вокруг овала, нарисованного прямо на полу. Именно к нему и подтолкнул меня Крэд. Я машинально ступила внутрь, обеспокоенно оглянулась и собралась поинтересоваться, что дальше, как юноша прижал палец к губам. Я так и осталась стоять с открытым ртом.

По телу пробежал ветерок. Хотя откуда ему здесь взяться: ни окон, ни люков в потолке, да и дверь плотно закрыта, но тем не менее, я хорошо ощущала, как вокруг меня гуляет ветер, треплет мои волосы, забирается под куртку. Сначала было холодно, потом холод сменился обжигающим жаром. Теперь мне показалось, что меня засунули в пылающий костер. Я едва не закричала, но все быстро закончилось. Рядом со мной появилось облачко, такое густое и белое, что ничего нельзя было разглядеть. А внутри него явно что-то было, нечто темное и пушистое.

Облако зависло напротив моего лица и… будто створки метро распахнулись, а оттуда вывалился темный пушистый комочек, я едва успела руки подставить. Существо тут же подняло голову, и… я обомлела и влюбилась. На меня смотрел колобок с маленькими ручками, небольшими ножками, на голове рожки, синие глаза пристально вглядывались в меня. Вдруг на спине колобка появились крылья, и он взлетев, завис в воздухе, продолжая меня разглядывать. Наши гляделки длились минуты три. И тут…

– И долго ты намерена молчать? Кто мне имя давать будет? Или ты решила оставить меня безымянным?

Интересно, я совсем рехнулась, или у меня всего лишь глюки начались? Я беспомощно глянул на Крэда, который едва сдерживал улыбку.

– Только не вздумай меня глюком назвать, я тебе этого не прощу. Мне не нравится это имя, – возмутился колобок.

– Крэд, эт-т-то кто? – скосив взгляд в сторону все еще висевшего в воздухе существа, шепотом поинтересовалась я. – И почему он требует у меня имя?

– Потому что это твой фамильяр, – ответил юноша. – И тебе лучше побыстрее его придумать, так как существо тебе попалось под стать тебе самой. Вредное и нетерпящее промедления.

– Федот, – нисколько не раздумывая, вырвалось у меня. Колобок задумался, несколько раз повторил имя, будто перекатывая его на языке. Наконец, расплывшись в очаровательной улыбке, сел ко мне на плечо и довольно произнес, прижимаясь к моей шее и обнимая ее:

– Мне нравится имя. Теперь ты моя хозяйка. Я буду любить и помогать тебе, а ты взамен будешь меня вкусно кормить и жалеть. Федот любит ласку, обожает, когда его гладят и превозносят его красоту, а еще…

– Стоп! – нахмурилась я. – Не гони коней, в процессе мы с тобой познакомимся со вкусами друг друга, – осадила его я. – Я тоже много чего люблю и не люблю. Обещаю, ты узнаешь об этом первым. Главное, чтобы не на своей шикарной шкурке.

Колобок нахмурился, к чему-то прислушался, а потом кивнул. А я в тот момент поняла, что мысли он хорошо читает, так как думала я в этот момент о том, что если он начнет задираться, я им буду посуду мыть. Хорошая губка получится.

– Я смотрю, вы нашли общий язык, – хохотнул Крэд, распахивая дверь. – А сейчас идем, познакомишь народ со своим фамильяром. Он станет тебе незаменимым помощником в будущем.

– Угу, – буркнула я. – И почему я сомневаюсь в этом? Пакостником и задирой – в это я быстрее поверю.

Юноша больше не стал сдерживаться и расхохотался, глядя на нас. Представляю, какую картину он увидел: надутая я и пыхтящий от натуги колобок, который явно пытался сострить, но быть губкой для мытья посуды никак не хотел.

Когда мы вышли к остальным, я познакомила всех с Федотом. Вот где мой пушистый колобок не только успокоился, но и сделался важным донельзя, когда его все восхищенно рассматривали, хвалили, гладили, тискали и едва ли не целовали. Я только рассматривала такое бурное проявление восторга и думала о том, что теперь точно возгордится мой фамильяр.

Наигравшись с пушистиком, нас, наконец, пригласили в столовую. За столами мне многие сделали предложение о сотрудничестве, но я мягко их все отклонила, мотивировав свой отказ тем, что я не могу идти на дело с незнакомым мне существом. Я не знаю привычек, повадок, действий, а такие бухты-барахты, как правило, еще ничем хорошим не заканчивались. Многие со мной согласились, но нашлись и недовольные отказом. Ну, это их проблемы. Мне пока вообще не нужен был напарник. Хотя бы самой остаться живой и относительно здоровой после задания, порученного мне змеем и бледнолицым. Как позже объяснил Зэйден, Хэрм был вампиром. Меня передернуло. Я представила, как он присасывается к моей шее и… ой, что-то моя фантазия разыгралась, да еще и Федот как-то странно на меня посмотрел: обвиняюще и с долей скептицизма.

Я постаралась выбросить из головы свои бурные фантазии. А то неизвестно, к чему они меня приведут, явно ни к чему хорошему. А мне сейчас о задании думать надо. Вот, кстати, о нем. Интересно, мне брать с собой это крылатое создание или… додумать не успела, Федот подлетел ко мне и в самое ухо завопил:

– Конечно же брать, еще чего удумала, без меня слинять. А кто тебя спасать будет, дурья башка!

– Еще одно нецензурное слово… – недовольно зашипела я, но тот меня ни грамма не испугался. Эта пушистая зараза только улыбнулся так, что я растаяла. Вот как можно злиться на это чудо? Ох, чувствую, что этот ехидный комок станет скоро из меня веревки вить.

– Он прав, ты просто обязана взять его с собой, он почувствует опасность, поможет преодолеть ловушки, а может быть даже спасет от смерти, – произнес Зэйден. Но в его взгляде было что-то такое, что заставило меня насторожиться. Прежде, чем я подумала, у меня вырвалось:

– Надеюсь, не ценой собственной жизни? – хриплый ничего не ответил, только отвернулся от меня и заговорил с одним из парней, который так вовремя подвернулся под руку. Я закусила губу. Значит, я права, и фамильяр, спасая меня, может пострадать сам. Не хочу! Но что же придумать?

– Даже ничего не думай, я все равно отправлюсь с тобой, – повиснув на моей шее, прошептал Федот. – И сбежать от меня нельзя, мы связаны, где ты, там и я. Поэтому, ничего у тебя не выйдет.

Я вздохнула. Пришлось смириться с данным фактом. В этот момент ко мне подошла одна из малочисленных девушек. Протянула робко руку к колобку, глазами попросив разрешения погладить. И снова ехидна не дал мне и слова сказать, тут же подставляя бочину под руку девушки, произнес:

– Можешь погладить, потрогать, пощупать, потискать. Я люблю ласку, – и расплылся в своей фирменной улыбке. Девушка в ответ тоже улыбнулась, впрочем, так же, как и я. Смотря на нее, у меня возникло ощущение, что она явно желает о чем-то спросить. Потому я ждала, когда она начнет разговор. Но девушка не торопилась. Только потискав Федота, она обратила свой взгляд на меня. Я дернулась. На миг в нем скользнула такая ненависть, что у меня волосы дыбом встали. Вот те раз. И когда это я успела ей дорогу перейти? Но тут же она улыбнулась. Я грешным делом подумала, что мое воображение сыграло со мной злую шутку. Но сомнения были рассеяны пушистиком. Он едва заметно мотнул головой, показывая, что увиденное не было глюком.