Войны некромантов - Страница 52

ивотному, а человеку... Рильке оглянулся на рыцарей генерального капитула, кутавшихся в отороченные мехом мантии, словно хотел утвердиться в том, что и они видели нечто необычное. Однако их глаза были пусты и отражали только слепящее пламя...

Тогда вдруг заговорил доминиканец. Его Ка ненадолго вернулась в тело, порабощенная вибрациями Рильке. Речь монаха напоминала ржавое воронье карканье. Гниющие голосовые связки рвались, издавая хриплые звуки. Из-за этого, да еще из-за волчьего воя и треска горящей древесины Райнер разобрал только несколько слов: «...брат Эрвин... инквизитор Его Святейшества... полномочия... искоренять ересь... князь тьмы... четвероногие слуги...» Проклятия... Анафема... Проклятия... Гроссмейстер жестом приказал рыцарям пошевеливаться.

Доминиканца тоже подняли на копья и водрузили на пылающий пьедестал. Дым, валивший от почерневшей лошадиной туши, окутал его липким облаком. Вскоре занялась и его ряса. У Рильке уже не осталось сил продолжать мессу. Он молча смотрел, как от ладоней монаха отваливаются скрюченные пальцы, как оплывает восковое лицо, как, искрясь, сгорают волосы. На жуткой, бесформенной голове еще шевелились губы, а из розового колодца рта исторгались потоки слов, похожие на задушенное рычание.

Райнер знал некоторые из них. Давным-давно церковники заставили его выучить их наизусть. Доминиканец, сжигаемый на костре, с необъяснимым усердием читал «Divini redemptoris»{[7]} – читал монотонно, без всякого выражения, словно испорченная кукла...

Костер вдруг изверг из себя вулкан багровых искр. Воющие волки в ужасе шарахнулись в стороны. Рильке и другие тевтонцы невольно закрыли руками лица. Когда Райнер убрал руки, собственный стон показался ему оглушительным.

Огромная ослиная голова свесилась в ущелье из темноты – вынырнула из опрокинутого болота неба, затянутого пеленой дыма. Голова была зловонной, и держалась на длинной драконьей шее; изо рта капала кипящая слюна, шерсть топорщилась иглами дикобраза, в глазном яблоке, достигавшем в диаметре размера винной бочки, неподвижно застыла маленькая пронзительная точка зрачка...

Доминиканец пронзительно закричал, словно боль только что добралась до его мозга: «Освободи меня, Господи, от вечной погибели!..»

Зубы, похожие на могильные плиты, сомкнулись на шее монаха, перекусив ее легко, будто травинку. Голова брата Эрвина исчезла в бездонной ослиной пасти, и после этого Рильке впервые увидел, как сущность Ка, связывающая душу и тело человека, покидает его...

Тень постепенно принимала очертания человеческой фигуры, мало похожей на тощего доминиканца. Она была почти квадратной, с приплюснутой головой и короткими пухлыми ручками. Темный сгусток некоторое время был виден удивительно отчетливо, почти так же отчетливо, как само охваченное пламенем тело...

Ослиная голова снова появилась из-за пелены, и на сей раз зубы схватили труп кобылы, превратившийся в кусок обгоревшего мяса. Костер запылал с предсмертной силой. В ярком свете Райнер увидел, что четвероногиеОригинальный текст книги читать онлайн бесплатно в онлайн-библиотеке Knigger.com