Войны некромантов - Страница 43

огда слишком коротка и страшна, но по счастливой случайности это не становится причиной непрерывного самопожирания... Многие из тевтонских рыцарей предпочитали оставаться четвероногими подавляющую часть времени – даже несмотря на чудовищную боль, которой сопровождались превращения. Райнер хорошо понимал их. Но, кроме всего прочего, существовали долг и необходимость. Двуногому убедить себя в этом было гораздо легче...

Райнер осознавал, что в животной «нирване» таится искушение. Ты открыт для всего и растворен во всем. Твои глаза – окна во Вселенную. Твоя кожа прозрачна для мистических сил. Сквозь тебя мчится попеременно солнечный и звездный свет. Эфирные существа приходят и играют с тобой, минуя мысли и не застывая в безнадежно несовершенных формах придуманных символов... Тогда приоткрывается магическая сторона мира, волшебство становится естественным продолжением природы, изнанка бытия оборачивается сутью, и тебе остается только плыть в потоке жизни – иногда бурном, иногда расслабленно-ленивом, но всегда прекрасном, как неотъемлемый дар, с которым можно расстаться лишь добровольно... Сейчас Рильке собирался сделать именно это.
* * *

Он оторвал живот от пола, и Нена тотчас же проснулась. Кончики ее ушей трепетали. Райнер не видел этого, но ощущал легчайшие дуновения воздуха. Он лизнул самку, успокаивая ее, а та принялась покусывать его шею – ласка, к которой он остался равнодушен.

Рильке потянулся, ощутив силу звериных мышц. Щелкнул зубами, раздавив найденного в шерсти паразита. Самка вылизывала свой пах... Возможно, произойдет чудо: она забеременеет от Райнера и родит ликантропа. Именно – чудо. Он знал, что в эту ночь ничто не предвещало такой удачи.

Рождение оборотня – событие чрезвычайно редкое. Тевтонских рыцарей мало, а их услуги стоят дорого. Даже несмотря на то, что они были отлучены от церкви предшественником нынешнего Папы. Монархи ценят ликантропов, как непревзойденных охотников, в том числе за людьми и святыми дарами. Надо сказать, правильно ценят... Но гроссмейстер ордена Райнер Рильке был к тому же безраздельно предан тысячелетнему рейху. При этом он помнил, что лучшая и непревзойденная ищейка избрала местом своего обитания его дворец.

Ищейку звали Гоцит...

...Рильке переступил через протянутые лапы Нены и направился к выходу из пещеры. Он не издавал ни звука; только когти еле слышно скребли по каменному полу. В глубине ниш вспыхивали тусклые искры – зрачки ликантропов, провожавших его взглядами...

Райнер уходил, удовлетворенный этой мрачноватой иллюминацией. Его рыцари были прирожденными воинами и останутся такими до гроба или сырой земляной могилы под открытым небом. Несмотря на то, что в окрестностях Менгена уже долгое время было спокойно, никто из них не утрачивал настороженности. Наступил момент, когда Гоцит позвал гроссмейстера, и Рильке принял это без малейшего протеста.

Он оставил ярус ликантропов, взобрался на другой уровень дворца и направился в свой кабинет. Поклацал зубами у двери, разрывая запирающиеОригинальный текст книги читать онлайн бесплатно в онлайн-библиотеке Knigger.com