Война с саламандрами - Страница 149

ли эту возможность упустит образованное человечество, сделайте это вы, саламандры gens maritima [морское племя], изберите своим родным языком eiiditam linguam latinam [утонченный латинский язык], единственный язык, достойный того, чтобы на нем говорил orbis terraruni [Beсь мир]. Бессмертной будет ваша заслуга саламандры если вы воскресите к новой жизни вечный язык богов и героев, ибо вместе с этим языком к вам, gens tritonum [племя тритонов], перейдет наследство, завещанное властелином мира — древним Римом".

Напротив, один латвийский телеграфный чиновник, по фамилии Вольтерас, вместе с пастором Менделиусом, придумал и разработал специальный язык для саламандр под названием «понтийский язык» (pontic lang), он воспользовался для этого элементами языков всего мира, особенно африканских. Этот саламандровый язык (как его тоже называли) получил известное распространение главным образом в северных странах, но, к сожалению, только среди людей, в Упсале была даже учреждена кафедра саламандрового языка, но что касается саламандр, то, насколько известно, ни одна из них не говорила на этом языке. По правде сказать, среди саламандр больше всего был в ходу «basic-English» который впоследствии и сделался официальным языком саламандр.

«Народна листы» — чешская реакционная буржуазная газета; с 1934 года выходила как орган фашистской партии «Народни съедноцени»

«…не надо верить никому на свете, нет у нас там друга — нет ни одного». — Чапек цитирует строки из стихотворения выдающегося чешского поэта Сватоплука Чеха (1846 — 1908) «Не верим никому…».

Приведем в связи с этим сохранившийся в коллекции пана Повондры очерк, принадлежащий перу Яромира Зейдела-Новоместского.

НАШ ДРУГ НА ГАЛАПАГОССКИХ ОСТРОВАХ
Совершая кругосветное путешествие, предпринятое мною вместе с моей супругой, поэтессой — Генриэттой Зейдловой-Хрудимской, в надежде, что под наплывом многочисленных новых и глубоких впечатлений хоть несколько изгладится боль горестной утраты, понесенной нами в лице нашей дорогой тетушки, писательницы Богумилы Яндовой-Стршешовицкой [Яромир Зейдв-Новоместский, Генриэтта Зейдлова-Хрудимская, Богумила Яндова-Стршешовицкая, — Чапек иронизирует над чешскими писателями конца XIX — начала XX веков, добавлявшими к своей фамилии псевдоним; как правило, это были авторы псевдопатриотических и псевдонародных произведений], мы посетили далекие, овеянные столь многими легендами Галапагосские острова. У нас было всего два часа времени, и мы воспользовались ими для прогулки по берегам этих пустынных островов.

— Взгляни, какой прекрасный закат солнца, — обратился я к своей супруге. — Разве не кажется, будто весь небесный свод тонет в золоте и крови вечерней зари?

— Пан изволит быть чехом? — раздалось за нами на чистом и правильном чешском языке.

Мы удивленно обернулись на голос. Там не было никого, только большая черная саламандра сидела на камне, держа в руке какой-то предмет, похожий на книжку. Во время нашего путешествия мы встретили уже несколько саламандр,Оригинальный текст книги читать онлайн бесплатно в онлайн-библиотеке Knigger.com