Водопад - Страница 37

– Извини, никогда.

– А о Россхол-парке?

– Тоже в первый раз слышу.

– Может, у тебя остались в Глазго какие-то знакомые?

– Есть пара ребят, которым я могу позвонить.

– Будь другом, позвони им и спроси о том же, о чем я спрашивал тебя. – Ребус повторил названия реки и парка и дал отбой, но в библиотеку возвращаться не спешил. Закурив сигарету, он задумчиво посмотрел на новый паб, недавно открывшийся на углу. Ребус знал, что порция виски не в силах ему повредить, скорее наоборот… Потом он вспомнил, что на одиннадцать назначен к врачу. Это было очень некстати, и Ребус решил отложить посещение врача до следующего раза.

Хоган так и не перезвонил, и Ребус, бросив окурок, вернулся в библиотеку и стал просматривать выпуски «Геральда» за май восемьдесят второго. Когда его мобильник внезапно разразился громкой трелью, посетители и библиотекари воззрились на Ребуса полными ужаса глазами.

Вполголоса выругавшись, Ребус прижал телефон к уху и вскочил, чтобы снова выйти на улицу.

– Это я, Джон, – сказал Хоган.

– Ну, что там? – шепотом спросил Ребус, пробираясь к двери.

– Россхол-парк находится в районе Поллок, к юго-востоку от центра города. Река Уайткарт-Уотер протекает вдоль южной границы парка.

Ребус остановился как вкопанный, так и не дойдя до двери.

– Ты уверен? – переспросил он, от волнения совершенно позабыв, что в библиотеке полагается разговаривать только шепотом.

– Так мне сказали.

Развернувшись на каблуках, Ребус вернулся к своему столу. Вырезка из «Геральда» лежала под статьей из «Курьера»; он вытащил ее и впился в нее глазами, чтобы убедиться – память его не подвела.

– Спасибо, Бобби, – сказал он в телефон и дал отбой. Посетители в зале недовольно задвигали стульями и зашаркали ногами, но Ребус не обратил на них внимания. «Странная находка: глупая шутка или святотатство?» – гробик с куклой внутри был найден на кладбище при церкви. А сама церковь стояла на Поттерхилл-роуд. В Поллоке.

– Как я понимаю, объясниться ты не хочешь, – сказала Джилл Темплер.

– Напротив, я только этого и хочу, – сказал Ребус, прижимая ладонь к пылающему лбу. Он специально приехал в Гэйфилдский участок, чтобы попросить Джилл уделить ему несколько минут, и она пригласила его в уже знакомую, пропахшую потом комнатенку.

– Насколько я помню, как раз сейчас ты должен быть в кабинете врача…

– Я собирался пойти, но тут кое-что подвернулось. Ты не поверишь, Джилл, это что-то… потрясающее, иначе не скажешь!

Джилл покачала головой и ткнула кончиком карандаша в лежащую на столе бульварную газетенку.

– Ты, случайно, не знаешь, откуда у Стива Холли такие сведения?

Ребус развернул газету к себе и быстро пробежал глазами статью. У Стива Холли было мало времени, но он сумел состряпать материал, в котором упоминались и куклы с Трона Артура, и «местный эксперт из Музея истории Шотландии», и гробик из Фоллза, и «слухи о существовании других игрушечных гробов», и даже древние кельты.

– Что он имеет в виду под «другими» гробами? – спросила Джилл.

– Об этом-то я и собирался рассказать…

И Ребус выложил все. В пыльных, переплетенных в пересохший коленкор номерах «Данфермлин пресс» и «Инвернесс курьер» он обнаружил то, что ожидал и боялся найти. В июле 1977 года, всего за неделю до того, как на пляже в Нэрне объявился игрушечный гробик, в четырех милях дальше по побережью волны выбросили на песчаную отмель тело некоей Полы Джиринг. Гибель Джиринг полиция классифицировала как «несчастный случай». В октябре 1972 года, – за три недели до того, как в Данфермлине нашли игрушечный гроб, – пропала без вести Кэролайн Фармер, учащаяся четвертого класса местной классической гимназии. Незадолго до этого ее бросил приятель, с которым она долго встречалась, поэтому полиция сразу решила, что этот разрыв и побудил малолетку сбежать из дома. В интервью журналистам родные девочки говорили, что не успокоятся, пока не получат каких-либо известий о дочери. Ребус, однако, очень сомневался, что им удалось узнать что-либо о судьбе Кэролайн.

Джилл Темплер выслушала его рассказ молча. Когда он закончил, она ознакомилась с газетными вырезками и записями, которые Ребус сделал в библиотеке. Наконец Джилл посмотрела на него.

– Мне кажется, Джон, твоя версия… притянута за уши.

Ребус вскочил. Ему хотелось двигаться, но кабинет был слишком мал.

– Но, Джилл, согласись, что… В этом что-то есть!

– Убийца, который делает игрушечные гробы и оставляет неподалеку от места преступления? – Джилл с сомнением покачала головой. – Маловероятно. Я, во всяком случае, не могу себе этого представить. Сам посуди: у тебя есть два трупа, причем без каких-либо намеков на насильственную смерть – и два исчезновения. Что-то здесь не складывается.

– Три исчезновения, если считать Филиппу Бальфур.

– Гроб появился в Фоллзе меньше чем через неделю после того, как она пропала. Не вижу сходства, Джон.

– Ты считаешь, что я… фантазирую? Вижу то, чего нет?

– Не исключено.

– Но можно мне хотя бы поработать в этом на правлении?

– Джон, я…

– Мне нужно два человека, хватит даже одного. Дай нам несколько дней… Быть может, в конце концов нам удастся тебя убедить.

– Ты отлично знаешь, что людей не хватает.

– Не хватает для чего? Для проведения никому не нужных следственных экспериментов? Ты прекрасно знаешь, что мы просто тянем время в надежде, что Филиппа Бальфур найдется… Или найдется ее труп. Дай мне двух помощников, Джилл!

– Даю тебе одного человека и три дня. Потом… Если не будет результатов, уж не взыщи.

– Ясно. Кого ты мне дашь?

Джилл задумалась.

– А кого бы ты хотел?

– Дай мне Эллен Уайли.

Джилл удивленно посмотрела на него.

– Почему именно ее?

Ребус пожал плечами.

– Стать звездой экрана она теперь вряд ли сможет, но она хороший сыщик.

Джилл еще некоторое время разглядывала его в упор, потом кивнула.

– О'кей, – сказала она. – Действуй.

– Одна просьба: не могла бы ты сделать так, чтобы Стив Холли не висел у нас на плечах?

– Я постараюсь. – Джилл постучала ногтем по газете. – «Местный эксперт» – это, вероятно, Джин?

Ребус кивнул, и она вздохнула.

– Мне следовало сто раз подумать, прежде чем вас свести. – Джилл с силой потерла лоб, неосознанно копируя Фермера Уотсона. Он делал то же самое каждый раз, когда у него начинались, по его собственному выражению, «ребусные головные боли».

– Что именно мы ищем? – спросила Эллен Уайли. Она только что приехала в Сент-Леонард, куда ее вызвали из Торфихена телефонным звонком. Судя по выражению ее лица, она была не в восторге от перспективы работать в паре с Ребусом.

– Первое, что нам надлежит сделать, – объяснил Ребус, – это подстраховаться. То есть нужно проверить, не нашлись ли пропавшие.

– Поговорить с родными? – предложила Эллен, делая пометку в блокноте.

– Верно. Поговорить с родными. Что касается трупов, то тут, я полагаю, нам придется ознакомиться с результатами посмертного вскрытия и убедиться, что эксперты ничего не пропустили.

– Акты вскрытия за семьдесят седьмой и восемьдесят второй годы? Да их давным-давно списали в архив!

– Надеюсь, что нет. В любом случае патологоанатомы отличаются хорошей памятью – возможно, они что-то и вспомнят.

Эллен сделала еще одну пометку.

– И все-таки, что такое мы ищем? – снова спросила она. – Ты намерен доказать, что между этими женщинами и игрушечными гробами есть какая-то связь?

– Даже не знаю… – Но Ребус понимал, что она имеет в виду. Одно дело быть уверенным в чем-то, и совсем другое – доказать это. Особенно в суде.

– Мне нужно прояснить это для себя, иначе я не успокоюсь, – проговорил он после долгого молчания.

– И вся кутерьма началась с гробов, которые мальчишки нашли на Троне Артура больше ста пятидесяти лет назад?

Ребус кивнул, но его неподдельный энтузиазм не оказал никакого воздействия на критический настрой ума Эллен.