Восстание меньшинств - Страница 20

С другой стороны, если же целью грузинского руководства было получение экспертной оценки процессов в Джавахке со стороны ассамблеи, то в этом вопросе оно вдвойне ошибалось и, естественно, вдвойне неверно прореагировало на процессы в этой части страны. Ассамблея занимается определенным консалтингом и реализацией политики администрации США в нашем регионе, имеет контакты с экспертными кругами, однако уже не в полной мере справляется со своими задачами. Недавно в приватной беседе один из представителей американского посольства в Ереване даже заявил, что в нынешних условиях ассамблея уже не соответствует задачам, которые перед ней ставит администрация США, видимо, необходимо искать новых партнеров на местах с большим привлечением местных ресурсов и методов.

Кроме этого, Тбилиси должен быть готов к тому, что его контакты с Армянской ассамблеей по нивелированию политической составляющей проблемы и попытки проигнорировать (или противодействовать административно-силовыми методами) становление гражданского общества, появление влиятельных политических организаций и дискриминация национального меньшинства в Джавахке рано или поздно приведут к неодобрению высоких патронов ассамблеи в самом Вашингтоне.

Динамика ситуации показывает, что грузинские власти больше всего опасаются усиления реально влиятельных общественно-политических сил в Джавахке, с которыми уже нельзя будет говорить языком «кнута и пряника» или же «кланового разделения», как это привыкли делать в Тбилиси. И президент Михаил Саакашвили, и губернатор Георгий Хачидзе, и другие грузинские должностные лица с завидным постоянством не перестают повторять, что общественно-политические организации Джавахка не являются серьезной силой, пользующейся поддержкой населения. Правда, вместе с тем забывают, например, что именно с этими «несерьезными силами» губернатор Самцхе-Джавахети был вынужден после инцидента 5 октября вести переговоры, и именно эти силы взяли на себя ответственность за стабилизацию обстановки и успокоение общественности региона. Еще большей и очень опасной ошибкой является иллюзия того, что эти организации не пользуются поддержкой населения и их «нейтрализация» со стороны грузинских властей приведет к «умиротворению» ситуации в регионе. Поэтому приходится констатировать, что скорее несерьезно и упрощенно воспринимается проблема самой грузинской властью, когда вполне законным и естественным инициативам Совета общественно-политических организаций Джавахка противопоставляются демагогические высказывания такого ископаемого реликта советского политического ландшафта «позднешеварнадзевского периода», как Ван Байбурт, или же выводится вооруженная автоматами жандармерия.

Вместе с тем можно надеяться, что определенные силы в грузинском руководстве довольно трезво и реально оценивают ситуацию, складывающуюся в регионе Самцхе-Джавахети. Недавно министр внутренних дел и безопасности Грузии Вано Мерабишвили заявил газете «Айкакан жаманак»: «Что касается автономии, если они под этим словом понимают самоуправление, то мы это только приветствуем». Вано Мерабишвили, который вместе с некоторыми своими ближайшими соратниками сам является выходцем из Самцхе-Джавахети, намного лучше, чем очень многие в Тбилиси, представляет реальную ситуацию в этом регионе. Поэтому если под его словами подразумевается возможность реального углубления децентрализации власти и развитие местного самоуправления в Самцхе-Джавахети, то это уже можно рассматривать как готовность властей Грузии серьезно и более предметно рассмотреть возможность решения проблем региона именно в политической плоскости, что является основной причиной эскалации конфликта. В принципе неважно, как будет называться автономия для Самцхе-Джавахети, важно реальное содержание этого статуса. В конце концов, сами грузинские эксперты в своих работах неоднократно использовали термин «асимметричный регионализм» в местном самоуправлении, в том числе применительно к армянонаселенным районам. Грузия – горная страна, и многие грузинские эксперты (например, Комиссия по местному самоуправлению при президенте Грузии) неоднократно предлагали избирательный подход к различным районам страны в формировании структур местного самоуправления.

Однако в том же интервью грузинский министр также заявил: «Если дело в политических амбициях отдельных лиц, то мы это всерьез не воспринимаем... Я не знаю и не интересуюсь группами, которые всем этим занимаются. Мы готовы выслушать людей, которые избраны народом, депутатов, избранных по мажоритарным спискам». Если под этими словами грузинского министра скрывается желание властей к возврату к методам и политике «разделяй и властвуй» времен Эдуарда Шеварднадзе, когда путем манипулирования противоречиями между различными политическими группировками Тбилиси пытался сдерживать ситуацию в регионе, то это приведет лишь к противоположным результатам, так как общественно-политическая ситуация в Джавахке коренным образом изменилась. Властные структуры Грузии могут поддаться искушению отреагировать на процессы в Джавахке самым легким, но одновременно самым опасным способом – так, как пытались делать до сих пор. И в этом им могут помочь те силы или организации, которые ошибочно предполагают, что «умиротворение» или игнорирование существующих политических проблем в Джавахке и есть выход из ситуации. Однако единственно правильным, хотя и трудным решением для грузинских властей будет готовность пойти на либерализацию своего отношения к армянскому населению региона, что будет рассматриваться как попытка пойти навстречу процессам строительства гражданского общества, децентрализации самоуправления и защите прав человека и национальных меньшинств в Грузии.

Октябрь 2005 года

СИТУАЦИЮ, в которой оказались оккупационные силы США в Ираке, можно обрисовать известной армянской пословицей: «одна задача – сесть на осла, вторая – с него же слезть». Прошедшие в Ираке парламентские выборы рассматривались международным сообществом в первую очередь как прелюдия к выводу сил коалиции из этой страны, а во вторую – как мина замедленного действия для американо-турецко-израильского союза. Причем итоги выборов свидетельствуют о том, что если решение США покинуть Ирак непосредственно до выборов могло бы спасти отношения с Турцией, то сегодня такой шаг может стать детонатором.

Возглавляемый нынешним премьером Ирака Ийядом Аллауи блок «Иракский список», с которым администрация Джорджа Буша связывала основные надежды, по итогам выборов оказался лишь на четвертой позиции, уступив религиозному блоку «Объединенный иракский альянс» во главе с духовным лидером шиитов аятоллой Али Систани, получившим 132 из 275 мест в Национальной ассамблее, и коалиции курдских партий, в который вошли Патриотический союз Курдистана во главе с Джалялом Талабани и Демократическая партия Курдистана во главе с Масудом Барзани. Курдский альянс таким образом получил 25,4%, или 69 мест, в иракском парламенте.

«Светский» блок «Иракский список» набрал в общей сложности 13,6% голосов избирателей, и в новом парламенте у него будет 37 мест. В очевидном проигрыше оказался суннитский блок во главе с президентом Ирака Гази аль-Яваром. Таким образом, большинство мест в учредительном собрании Ирака достанется шиитам и курдам. Новому иракскому парламенту предстоит избрать президента и двух его заместителей, которые затем утвердят кандидатуру премьер-министра и сформируют правительство. Новый кабинет министров Ирака обещает стать шиитско-курдским. Аналитики склоняются к мнению, что шииты и курды инициируют коалицию, которая и займется фактическим переделом Ирака. Курды получат шанс воплотить свою заветную мечту – обособиться на севере Ирака и сконцентрировать здесь ресурсы 30-миллионного курдского народа, в том числе диаспор Турции, Ирана, Сирии и стран Южного Кавказа, а шииты, взявшие долгожданный реванш, – установить исламское государство, проповедующее законы шариата, на юге и в центральных районах страны.