Во власти Скорпиона. Вернуть свое (СИ) - Страница 10

— Умничка моя. Без тебя я бы там, наверное, ещё долго блуждал.

Смотрю на солнце. Оно клонится к закату, но до вечера ещё далеко. Значит, в этом мире прошло всего несколько часов. На Изнанке, по ощущениям, я провёл больше суток. А здесь ещё полно времени на дела. Хорошо.

— Ладно, — хлопаю в ладоши, привлекая внимание к себе. — Спасибо! Все молодцы. А теперь у всех дела, кроме Ирины. Её — накормить, напоить, спать уложить. Только сначала макр из сейфа притащите, чтобы портал не закрылся. А я сейчас приму душ, переоденусь — и поедем кое-куда.

Из дома выскакивает Оля, услышав шум. Увидев меня, целого, хоть и грязного, в рваной одежде, она всплёскивает руками.

— Ваше сиятельство! Слава Скорпиону, наконец-то! Идите же, я вам ванну приготовлю, надо поесть, отдохнуть…

— Не-не, Оленька, спасибо, — улыбаюсь я. — Ванну не надо. Еда — позже. Хотя сделай пару бутеров, с собой возьму. А отдыхать некогда. Я обещал кое-что. А граф Скорпионов держит свои обещания.

— Куда же вы? — беспокоится Оленька.

Я смотрю на заходящее солнце.

— Надо навестить одного знакомого. А то получится невежливо…

В особняке Свиридова

Фёдор Свиридов врывается в свой дом, хлопнув дверью так, что стены трясутся.

Он выжил. Его выпустили. Но придётся вернуть артефакт… Унизительно. Обидно. Но необходимо, иначе этот псих Скорпионов наверняка выполнит своё обещание и засунет Жало…

Нет, лучше не думать. Ведь Фёдор не сомневается, что Всеволод на это способен.

«Хорошо, хорошо, — думает он, срывая пиджак и бросая его в руки служанке Гале, которая выскочила в коридор. — Отдам я его этому выскочке. Пусть думает, что выиграл. Но я заберу его обратно, рано или поздно. Потому что оно моё по праву!»

— Галя! — рявкает он, не глядя на служанку. — Не мешайся под ногами!

Он шагает в свой кабинет. Спешит к дальнему углу, к низкой табуретке, на которой оставил ящик с артефактом.

Табуретка пуста.

Свиридов замирает. Мозг отказывается воспринимать картинку. Он моргает, смотрит по сторонам. Может, переставил? В последние дни нервы были ни к чёрту, мог убрать в сейф для надёжности.

Он бросается к сейфу, встроенному в стену за картиной. Дрожащими руками вводит код, рывком открывает тяжёлую дверцу. Внутри — пачки денег, несколько мелких артефактов в футлярах, документы. Коробки нет.

Паника сдавливает Фёдору горло.

— ГАЛЯ! — его рёв эхом разносится по дому.

Через несколько секунд в дверь кабинета робко заглядывает испуганное лицо служанки.

— Ф-фёдор Матвеевич?

— Где коробка⁈ — шипит он, подходя к ней вплотную. — Маленькая, деревянная, с медными уголками! Стояла там, на табуретке! Куда ты её дела, дура⁈

Глаза Гали расширяются от страха. Она мотает головой.

— Я… я не знаю, господин! Клянусь, не трогала! Может, вы сами куда убрали…

— Не ври мне! — Свиридов замахивается, и женщина съёживается, закрываясь руками. — Только ты могла её тронуть! Ты что, продала её⁈ Украла⁈

— Нет! Никогда! Я даже не знаю, что в ней было! — слёзы брызгают из её глаз. — Я честно, Фёдор Матвеевич, я только пыль вытирала вчера… Может, она упала за диван?..

Свиридов отталкивает её и начинает безумный обыск, что длится всю ночь и день почти без перерывов. Он опрокидывает кресла, сбрасывает книги с полок, заглядывает под каждый стол, в каждый угол.

Пот льётся с него градом, рубашка прилипает к спине. Он роется в шкафах, в ящиках, даже в камине, хотя тот не топился с весны.

Ничего. Коробки нет.

«Не может быть… не может быть…» — стучит в висках.

Он потратил годы. Держал вожделенный артефакт в руках, изучал, пытался понять его секрет. И вот теперь… его нет.

Фёдор останавливается посреди комнаты, пытаясь перевести дух. В голове всплывают обрывки старых легенд, семейных преданий, которые он всегда считал сказками для глупцов.

«Паяльное Жало не принадлежит никому, кроме избранных Скорпионом. Оно всегда возвращается к своему роду. Его можно украсть, продать, потерять… но оно найдёт дорогу домой».

Бред. Фёдор Свиридов не верит в сказки. Он верит в силу, в деньги, в расчёт. Хотя и на этот случай он подстраховался, коборка блокировала возможность внезапного перемещения предметов внутри.

Но тогда где коробка? Не могло же Жало переместить и коробку тоже?

Он вспоминает слухи, которые слышал в узких кругах коллекционеров. О том, как Скорпионовы в прошлом теряли Жало — то проигрывали в карты, то теряли при ограблении, то просто по небрежности. И как оно странным, необъяснимым образом всегда оказывалось у них снова.

Что, если это правда? Вдруг пока он сидел в подвале у графа, артефакт сам решил вернуться?

Абсурд!

Но где тогда грёбаная коробка⁈

Фёдор в ужасе смотрит на пустую табуретку. Значит, он уже проиграл. Он не может отдать Скорпионову то, чего у него нет. А это значит, граф сдержит слово.

Или не сдержит. В любом случае, тот взгляд, что Скорпионов бросил на него в подвале, не сулил ничего хорошего.

Паника перерастает в отчаяние. Нужно бежать. Сейчас же. Собрать деньги, документы и исчезнуть. Пока он не…

Тяжёлый, настойчивый стук в парадную дверь раздаётся по всему дому, заставляя Фёдора вздрогнуть.

Свиридов замирает, не в силах даже вдохнуть. Он слышит, как Галя, всхлипывая, идёт открывать. Слышит приглушённые голоса.

Быстрые шаги по коридору. Галя появляется в дверях кабинета, её лицо белее извёстки.

— Фёдор Матвеевич… Вас спрашивает граф Скорпионов. Он говорит, что пришёл за обещанным.

Свиридов чувствует, как пол уходит из-под ног. В глазах темнеет. Он хватается за спинку кресла, чтобы не рухнуть.

Скорпионов здесь. И у Фёдора нет того, что ему нужно.

Это конец.

Стою в дверях кабинета Свиридова и наблюдаю, как он чуть ли не падает в обморок при моём появлении. Вид у него, конечно, потрёпанный: рубашка помята, волосы всклокочены, глаза бегают, как у загнанного зверя. Страх от него так и прёт. Он что, не спал всю ночь?

Хорошо.

Не торопясь, захожу внутрь, оглядываюсь. Лаборатория, коллекция… симпатичненько. Только погром здесь такой, будто Мамай пробежал.

Олег остаётся в прихожей, блокируя выход. Ещё пара гвардейцев на всякий случай за окном. Свиридов как раз бросает взгляд на него, видит бойцов и бледнеет ещё сильнее, если такое вообще возможно.

— Ну что, коллекционер, — начинаю я спокойно, подходя к его столу и смахивая на пол какую-то безделушку. Она со звоном разбивается. Фёдор вздрагивает. — Я за обещанным. Ты сам не пришёл, поэтому решил навестить. Где Возвращалка?

Он громко сглатывает, его кадык прыгает вверх-вниз.

— Граф… я… возникли небольшие сложности…

— Сложности? — переспрашиваю я, садясь на край стола. — Интересно. Какие? Может, она потерялась? Или её украли?

Он пытается собрать остатки достоинства, выпрямляется.

— Артефакта нет. Я не знаю, куда он делся, клянусь! Может, служанка…

Смотрю ему прямо в глаза. Лжёт. Или говорит правду. Сейчас не поймёшь. Но паника в его глазах — настоящая.

— Фёдор, Фёдор, — качаю головой. — Мы же джентльмены. Договорились. Ты мне артефакт — я тебе жизнь и свободу. А теперь ты говоришь «нет»? Как-то это невежливо. Помнишь, что я обещал?

— Помню, — отступая, мямлит Свиридов.

— С одной стороны, тебе повезло. Возвращалки нет, поэтому я не смогу никуда её тебе засунуть. С другой стороны, здесь полно других интересных предметов, — я оглядываюсь по сторонам. — Какой предпочитаешь?

— Граф, клянусь, Паяльное Жало было здесь! Я не знаю, куда оно делось!

— А мне кажется, знаешь. Или тебе твои хозяева дороже, чем собственные внутренности?

— Какие ещё хозяева⁈ — вырывается у Фёдора. — Я работаю только на себя! Но артефакта правда нет! Проверьте весь дом, если хотите!

Встаю, подхожу к нему вплотную. Он отступает, упираясь спиной в книжный шкаф.