Внуки лейтенанта Шмидта - Страница 4

Щупальца спецслужбы окончательно опутали свежего дипломанта университета в полицейском участке Манхэттена, куда Майкла доставили за торговлю пластинками запрещённого ансамбля «Самоцветы». Их песни, как оказалось, содержали «клеветнические измышления, порочащие американский образ жизни», а строчки: «мои номера телефонные разбросаны по городам» предположительно активировали сеть зомбированных агентов-смертников, описанную в фильме «Телефон» с участием Чарльза Бронсона.

После традиционных показательных выступлений по теме «плохой – хороший» полицейский, ему сделали заманчивое предложение: продолжить подрывную деятельность в спецшколе ЦРУ. Под вечер в глубоком раздумье он заехал в семейный магазин и в дверях нос к носу столкнулся с советской хоккейной «звездой», накануне накидавшей «кленовым» полную авоську.

– Камрад, а что сейчас у вас поп? – Вопрошала мировая знаменитость на английском с мордовским акцентом.

Майкл радушно ответил ему по-русски:

– Хорошо идёт последний «Pink Floyd», неплохо берут свежий «Led Zeppelin» и просто улетает новый «Santana».

– Ты что наш, из Союза? – Испуганно спросил русский форвард.

– Нет я не советский, а американский, но изучаю русский язык, – ответил смущённый Шерман.

– Ты чисто говоришь, но нам запрещают общаться с эмигрантами. За это выгоняют из сборной, – почти шёпотом бормотала «звезда».

– Я здесь родился и никогда не бывал в России, просто знаю язык Пушкина. А приходите завтра всей командой за пластинками. За фотографию с автографом каждому подарим по новому диску «Slade», – предложил начинающий агент.

– Идёт, будем завтра после тренировки, – пообещал хоккеист, – вообще-то, я терпеть ненавижу Нодди Холдера и «Slade».

Майкл всем телом ощутил опасное погружение в трясину идеологических диверсий. В этот момент прозвучал телефонный звонок и его попросили зайти в кафе Рабиновича, что в здании напротив.

– Вчера мы с вами уже встречались, дружище! – Напомнил знакомый по полицейскому участку голос вербовщика. Беседа проходила на втором этаже, где в это время не было клиентов, а на дверях висела такая русская табличка «спецобслуживание».

– Майкл мы хотим слегка проучить ваших красных, если ты не против. Может потребоваться экстренная помощь в магазине. – Без церемоний приступил к делу высокий седой агент.

Шерман ответил неожиданно резко:

– Если вас, господа интересует моё мнение, то я против! Это «звёзды» мирового уровня, отделавшие наглых канадцев. Ребята приедут по приглашению и своей провокацией вы подставите наш семейный бизнес. Распугаете шумихой постоянных клиентов, и мы потеряем потенциальные контакты.

Потом второй агент долго и нудно расписывал, как охамевшие русские на днях или раньше закидают штаты баллистическими ракетами «Сатана». А бородатые казаки в противогазах пройдут лавой и изрубят шашками оставшихся в живых.

Майкл напомнил азы международного права:

– Но сейчас русские приехали с клюшками, а за окончательным ответом идите к полковнику Шерману. – Он встал, давая понять, что разговор закончен.

– А ты молодец, ковбой! Правильно излагаешь. Извини, работа у нас такая, – отметил седой, и они вышли, не прощаясь.

Русские приехали в полдень, по привычке решив, что магазин закроют на перерыв или санитарный час.

Их было человек 20, в компании трёх офицеров КГБ, которые разительно отличались от золотозубых монстров, орудующих в бондиане.

Комитетские прилично владели языком и поддержали беседу о новинках «hard and heavy», хотя давно разменяли третий десяток. Русские хоккеисты привычно изображали «звёзд», раздавая автографы покупателям магазина. Знаменитости дарили открытки с портретами и даже снимались с поклонницами, которые нашлись в Бруклине.

От подарков они гордо отказались, закупив подборки дисков классического хард-рока и «Pink Floyd». Нападающие отдавали предпочтение покойному Марку Болану и хулиганам «Slade». Заскочили за автографами, и вчерашние вербовщики Шермана, которые обменялись с советскими коллегами многозначительными взглядами.

Чем и ограничились. Настоящие профи, пометив территорию, чувствуют друг друга на расстоянии, как хищники в джунглях.

«Встреча прошла в тёплой дружественной обстановке, стороны обменялись памятными подарками и сувенирам. Высоко неся знамя советского спорта, чемпионы мира и Европы продолжили культурную программу за океаном». – Примерно так мог выглядеть официальный рапорт кураторов хоккея из комитета.

Правда, потом в отеле могли проверить пластинки на предмет враждебной пропаганды, но это уже без протокола. С содержанием данного отчёта Шерман вскоре ознакомится при самых неожиданных обстоятельствах.

Такие минуты в романах принято посвящать внутренним переживаниям героя и, как правило, на фоне природных катаклизмов.

Потрясённый агент просто обязан выйти на берег Гудзона или Клязьмы и, вглядываясь в густые тучи над Манхэттеном или Гавриловкой, закурить «Кэмел» или «Приму».

При этом желательно сжимать в руке «Вальтер ППК» или «ПСМ». Грозовые облака неминуемо накроют верхушки небоскрёбов или крыши полупустых коровников, а разведчик или шпион жадно прикуривает одну сигарету за другой. Он переживает за индекс Доу-Джонса или за среднемесячный удой.

Но с Шерманом ничего подобного не происходило, наоборот – на улице светило солнце, а начинающий Джеймс Бонд, к огорчению рекламодателей, был некурящим.

Мимо проскочили довольные агенты. Садясь в машину, седой пропел басом: – Smoke on the water, fire in the sky! Припев одноимённой песни «Deep Purple» – «Дым над водой, горело небо» прозвучал к месту и в нужной тональности.

Эта историческая фраза пришла в голову соавтору песни Роджеру Гловеру на утро после пожара в казино, где планировалась запись культового альбома «Machine Head». Как известно, диск дописывали в коридорах отеля швейцарского города Монтрё на мобильной студии группы «Rolling Stones».

Смущённый Майкл молча кивнул, окончательно увязая в трясине диверсий. Предстоял серьёзный разговор с Шерманом-старшим.

Выслушав сбивчивый рассказ сына, асс разведки ударился в патетику:

– Наш семейный бизнес может перенять и старший брат, но выбор остаётся за тобой. Запомни: в разведке ставки, как правило, выше жизни агента. Вокруг ни друзей, ни союзников, и ты всегда один. Ждёшь удара. Но Россия нам не чужая, там могилы наших предков. Ты будешь удивлён, но в Петербурге, то есть Ленинграде, проживают наши родственники. А точнее: мой племянник с семьёй. По данным конторы – он наш коллега, служит в русской контрразведке. Что бы не случилось не вздумай их искать!

Отец сделал паузу и достал калькулятор:

– Но с другой стороны, советский режим угрожает нашей новой родине и тебе надо сделать свой выбор. Люди этой профессии творят историю, оставаясь в тени. Ты увидишь сегодняшнюю Россию, где мы никогда не бывали. Примешь их предложение – семья будет тобою гордиться! Но в этом бизнесе нет обратной дороги!

Шерман-младший только усмехнулся:

– Тебе, конечно, виднее. Двадцать лет жизни среди рыцарей плаща и кинжала. Но история повторяется на следующем витке спирали и мир, как и сорок лет назад, снова на пороге мировой войны. Вопрос: кто начнёт первым? Сталинские маршалы или наши нефтяные генералы? В этой войне нам уже не отсидеться за океаном. Русские «Мурены» с крылатыми подарками лежат на грунте в сорока милях отсюда. Мы даже не докурим последнюю сигарету – время подлёта две минуты! Я займу твоё место в строю, папа. Так и передай генералу!