Внуки лейтенанта Шмидта - Страница 18

Володя отшутился: – Капустные отходы не меняй! Я и сам сталкивался с похожей проблемой: у нашего бармена крысы погрызли купюры в подвале.

Потом он обменял огрызки, на которых сохранились номера. У этого чухонского Плюшкина и в гараже стоят бочки железных рублей. Ходовой товар для финнов.

Киевский гость подытожил:

– Совдензнаки надо закатывать в литровые банки, пересыпая солью от влаги. Главное – не пересолить!

Романов тоже наблюдал за следопытами, на лицах которых читалось редкое служебное рвение. Но клиент всегда прав – так утверждают буржуи, и жокей отрабатывал свой тяжёлый хлеб: – Квасить капусту в бочках опасно. А претензии по Маккартни принимаются взаимозачётом в следующем заказе. Я эти «Интервью» реализовал через моих подставных на толкучке. Теперь о ментуре…

Купец перебил жокея:

– Хвост притащился по мою душу – это ясно! И электрики заявились на квартиру, как по заказу. В нашем университете взяли группу валютчиков, у которых при обыске нашли пластинки и порно. А мой партнёр дал им пару «Интервью» на продажу и те, не глядя, толкнули пласты. Покупатель вернулся с претензией, но его грубо послали. Вот он и нажаловался папаше полковнику. Короче, дали интервью! И во всём виноват этот Маккартни! Как будем выкручиваться?

Романов нашёлся: – На допросе вали всё на Пола – он и «Битлз» развалил! Но сегодня, и ты дашь интервью. Для широких масс в моей передаче на Эстонском Радио, где расскажешь о работе киевского творческого центра. Чистосердечно: приехал в Таллин по обмену опытом и всего делов-то! Отметим твою командировку в бухгалтерии, а для достоверности выпишем на складе пластинки с интервью Леонида Ильича. Так что, если сгоришь, то на Лубянке, хоть послушают Лёлика. Больше за товаром не приезжай!

Киевлянин вдохновился перспективой:

– Точно! Едем на «Культорг». У меня с собой доверенность и пачка авизо. Я обещал нашим по десять кило Малера и Стравинского.

Операция прикрытия проходила на складе, в студии радио дома и поздно вечером в дискотеке. Погони иномарок в «Мёртвом сезоне» давно стёрлись из памяти горожан, но броуновское движение в старом городе опять вызвало «эффект Баниониса». И в шесть утра в дверь жокейской квартиры позвонили.

Взглянув в окно, Володя заметил у подъезда знакомый «Москвич».

В дверях стояли двое, и прозвучал классический монолог:

– Гражданин Романов? Мы из милиции, хотим вас обрадовать! Вот ордер на обыск.

Боб даже не изменился в лице, ведь первый раз его допрашивали еще в седьмом классе, за спекуляцию джинсами:

– Во-первых, я пока ещё товарищ Романов! И стою перед вами. Хотелось бы увидеть и документы.

Вернув корочки, после изучения Боб повеселел:

– Интересно, что здесь делают киевские милиционеры? Продолжают традиции великого комбинатора? И ордер ваш недействителен без санкции прокурора. Впрочем, и я не Корейко, а скромный советский диск-жокей. Вот посмотрите!

И он пригласил блюстителей войти:

– Вот холодильник, телевизор и кровать, а в ней комсомолка по заданию партии. Как тебя зовут, красавица? – Боб закончил экскурсию.

Сотрудник в милицейских ботинках остолбенел от содержимого финского холодильника: килограммовые банки зернистой икры стояли плотными рядами. Последний раз он видел такое в запрещённой книге о вкусной и здоровой пище.

Романов и в этот раз нашёлся:

– Мне доктор прописал икру и физнагрузки. После углублённого изучения «Малой земли» и «Возрождения», я заработал молодёжный склероз. Икру вы заметили, а физнагрузка в койке.

Оробевшие киевляне топтались в пустой квартире, с интересом разглядывая прелести пышной блондинки.

А в довершение, Боб подтвердил сам факт обмена опытом с подследственным из Киева, и обыск закончился дегустацией «зернистой малосольной». Это, разумеется, был далеко не первый контакт жокея с органами, с которыми у него сложились определённые отношения. Уже вечером герой встретился с офицером службы ОБХСС, который раньше работал под началом его деда, полковника в отставке. Обмен мнениями проходил на служебной квартире ОВД Ленинского района в старом городе, где оперативники встречались с агентурой.

Майор, не моргнув глазом, принял упитанный конверт червонцев и дежурный коньяк. Открыв бутылку одним движением, он перешёл к отчёту:

– У нас работает следственная бригада из Киева. Выявляют каналы нелегальной поставки дисков и аппаратуры на Украину. И как ты понимаешь, их интересуют не пластинки Джозефа Кобзона. Задержанные в Киеве фарцовщики дали признательные показания, которые и привели следаков к нам. Так что замри, пока они работают, и остерегайся наружки. Она ведёт твоего приятеля хохла. И будь поаккуратнее и с торговым флотом: там наши смежники ведут известного тебе капитана сухогруза. Вся команда контрабасит по-крупному и уверенно движется к стенке, но совсем не причальной. Джинсы, часы и зонтики идут товарными партиями. Оно тебе надо?

Романов даже не изменил выражения лица:

– Капитана я давно предостерегал от самодеятельности, он и на дисках имел неплохо. На сегодня работа с ним закончена, и болтать лишнее ему крайне невыгодно. Я лично с ним даже не встречался: все контакты проходили через посредника. Недавно образовалась новая тема по добыче свежей музыки. Наши девчонки обслуживают финских строителей, которые спьяну созидают новый аэропорт. По этому каналу начинаем крупные поставки дисков, и объемы будут только расти. Ты уж, пожалуйста, проследи, чтобы ваши там особенно не активничали. Договорились?

Майор рассеянно кивнул: – Хорошо, мы будем стремиться. Образовалась ещё одна серьёзная проблема. В городе объявилась подпольная организация «Белая гвардия». Распространяют запрещённую литературу, листовки и антисоветские брошюры. Всё это дерьмо печатается в эмигрантском центре Лондона, а курируют процесс штатники. Повнимательнее там с британскими музыкальными журналами и смотри, чтобы твои не вляпались. Я уже ничего не смогу сделать: там работают комитетские, а у них с юмором туго.

Офицер, тяжело вздохнув, долил коньяк: – Операция идёт полным ходом и пару клоунов уже закрыли. Если что-то услышишь, сразу докладывай. Мне тоже надо очки зарабатывать!

Он вздохнул ещё глубже и достал из морозильника мороженое:

– Трясу II холодильник на Ленинградском, воруют сволочи! А теперь на десерт самое главное. Поступил сигнал на твоих конкурентов… Готовится сокрушительный удар по вашей фирме, хотя ты предпочитаешь термин «творческий центр». Залётные боевики спровоцируют в дискотеке массовую драку, погром и я не исключаю перестрелку. Задумка: побить аппаратуру и диск-жокеев, поджечь ваши тачки. Заказчик некто Морозов, бывший моряк, на данный момент списан на берег по подозрению в контрабанде. Мы готовы взять его в работу. Думай!

Офицер закончил и выжидательно посмотрел на диск-жокея.

Романов не задумывался: – Можешь смело начинать. А ещё лучше сразу его принять и в пресс-хату! По этому господину не стесняйся в расходах.

Боб положил перед майором толстый конверт:

– Это на административные расходы, а трудодни и пайковые будут оплачены отдельно. Да и мы поработаем над объектом. Боксёры давно рвутся в бой, так пусть проявят себя в полях. А то стучат только по грушам и тушам.

Он попрощался и, обдумывая услышанное, вышел через чёрный ход.

В штате дискотеки не предусматривалась служба безопасности, а охранники официально числились в заведении вахтёрами, гардеробщиками и контролёрами. В двухэтажном клубе трудились даже два сменных лифтёра, а сантехники круглосуточно дежурили у каждого из 12-ти унитазов. В директорском сейфе навытяжку стояли все трудовые книжки стахановцев, которые появлялись в центре только в день заплаты.

На родине героев «Мёртвых душ» и Паши Эмильевича с его сверхъестественным чутьём, трудовая книжка считалась основным средством производства. Охранники дискоклуба, помимо вахты у лифтов, ходили в народных дружинниках и внештатных сотрудниках, нападение на которых сурово каралось. Невозможно обойти вниманием и легендарную личность – вратаря дискотеки, а для непосвящённых её швейцара.