Внешкольные каникулы - Страница 6

– Допишите слова, – сказала англичанка, закрывая книгу, – и можете быть свободны. В домашнем задании нужно будет повторить правило, которое мы сегодня изучали.

После она попрощалась с нами, как настоящая королева, по-английски.

– Гудбай, – нестройными голосами ответили мы ей, тоже подражая чопорным иностранцам.

Большинство учеников засобирались домой. Благо они жили совсем рядом со школой, в соседних домах. Многих встречали из школы мамы и бабушки. Некоторые добирались домой сами, как, например, Мишка. Мне всегда было немного грустно, когда он уходил. А мы с Данилкой оставались на продлённую группу. С одной стороны, это было здорово, потому что с ним вместе делали домашнее задание. Но бывало, что мы начинали разговаривать и совсем забывали про уроки. И приходилось доделывать домашнее задание дома. Кроме нас на продлёнку оставались Айрат, Дилька, Яна и ещё семь-восемь ребят. В классе мы сразу разделялись на несколько групп. И каждый садился уже с тем, кто ему интересен. Я оставлял Дильку одну, к которой сразу присаживалась Яна, а сам в свою очередь плюхался на скамейку к Данилке. Он сидел на удобном месте, где можно было от души поболтать и вспомнить события, прошедшие за длинный день. Именно сейчас я, подцепив ранец за лямку, подошёл к парте Данилки, возле которого стоял и Мишка.

– Пока, Салават. До завтра.

– Пока, – я протянул ладонь для прощания.

– Пока, отличник, – подколол Данилка, шутливо хлопнув Мишку по плечу, – мы с Салаватом будем уроки делать. Не мешай нам. А ты разминай мозг. Может, завтра опять получишь «пятёрку».

– Завтра нет математики, – заметил я, – только в понедельник будет.

– Ага, – мечтательно проговорил Мишка, – завтра суббота. И всего один урок! А что нам задали по окружающему миру?

– Что-то про горы, пустыни и ветры, кажется? – Данилка вопросительно посмотрел на меня: – Там две странички надо прочитать, я точно помню. Я листал учебник.

– Чёрт его знает, – я поправил очки, – не помню.

В класс вошла Альбина Николаевна. Мишка ещё раз поднял руку в знак прощания, как президент по телевизору, и, поспешно взяв портфель, вышел из класса.

– Через пять минут выходим на улицу, – сказала учительница, – возьмите вещи и одевайтесь.

– Хорошо, что сегодня пятница, – сказал Данилка, надевая пуховик, – уроков много делать не надо. Можно отдохнуть.

– Ага, – согласно кивнул головой я, – на завтра всего один урок надо сделать.

– Ты взял учебник по окружающему миру?

– Ты что? Нет, конечно. Зачем я буду лишние книжки таскать? Мне делать, что ли, нечего? А ты принёс?

– Как будто мне охота таскать лишние учебники, – возмущённо ответил Данил, – я тоже дома оставил. Как уроки будем делать?

– Никак, – беззаботно сказал я, – дома сделаем. Там надо только прочитать текст и запомнить. Ничего сложного нет. Писать не надо.

– Кто оделся, выходим из класса, – зычным голосом скомандовала Альбина Николаевна.

Мы все переодевались в нашем классе, где в углу, за партами, был установлен огромный шкаф, в котором мы вешали одежду и кидали на пол пакеты с обувью. Такая традиция закрепилась с первого класса. Так решили взрослые, наверное, для нашей безопасности, оттого что внизу, на вешалке, всегда образовывались огромные очереди. И, видимо, в этих очередях нас, хилых четырёхклассников, могли затоптать могучие десятиклассники.

Я вышел на улицу и зажмурился от яркого солнца и блестящего снега.

– Ух ты! – прищурил глаза, следом вышедший за мной Данил. – Как светит! Ослепнуть можно.

Я слепил снежок и запустил в Данилку. Данил попытался увернуться, но не успел. Снежок, попав в плечо, рассыпался.

– Ах так, – он, лихорадочно надев перчатки, начал катать в ладонях снег, пытаясь сделать крепкий комок, – сдавайся!

– Шиш тебе, – смеясь, выкрикнул я, занимая оборонительную позицию и делая новый «боеприпас».

К нашей дружеской перестрелке начали присоединяться одноклассники. Сначала в помощь за меня подключился Айрат. Мы поделились на две враждующие группировки. Девчонки тоже втянулись в игру. Диля встала на сторону Данила. Я не ожидал от неё такого предательства, поэтому следующий комок снега был предназначен ей. Но, к сожалению, я промахнулся. Зато более удачливым оказался Айрат. Снежок попал прямиком Диле в лоб, оставив красный жгучий след и напоминая красивую звезду на новогодней ёлке. Диля закрыла лицо ладонями. Сразу наступило перемирие. Мы подбежали к ней.

– Больно? – с жалостью в голосе спросил Айрат, видимо, ожидая, что Диля раскроет ладони, скажет «нет» и с красным лбом вприпрыжку побежит от радости.

– Конечно, больно, – ответила за подругу Яна, испепеляя взглядом Айрата, который от страха стал ещё меньше, будто его вогнали молотком в землю как гвоздь.

– Он же нечаянно, – я попытался заступиться за Айрата.

– Давай я тоже ему в лоб снежком залеплю. Как он завоет тогда? – у «кровожадной» Яны заблестели глаза.

– Может, у неё ничего нет? – высказал предположение Данил. – Диля, покажи лоб.

Яна гладила по голове Дилю. Диля опустила руки. Глаза у неё были заплаканные. Мы уставились на Дилькин лоб, как на магазинную полку, где в ряд стоят пакеты с чипсами. На лбу красовалась небольшая царапина.

– Надо помазать зелёнкой, – посоветовал я, – тогда быстро пройдёт. Или водой промыть ранку, чтобы не было заражения.

– Правильно, Салават, – поддержал Данил, – я тоже вспомнил, что нужно промыть водой.

– Откуда ты знаешь? – спросил Данил, когда Яна утащила Дилю в туалет, чтобы обработать царапинку водой.

– Надо читать побольше, – нравоучительно я обратился к Данилу, – тогда всё знать будешь.

– Всё знать невозможно, – логично подметил мой друг, – только комп на любой вопрос может ответить.

– Если вирус не поймает, то ответит. А если поймает, тогда компу каюк придёт.

– Я тоже, когда вирусом заражаюсь, не могу ответить ни на один вопрос, – перешёл на шутливый тон Данил.

– Ага, и витамины лопаешь, будь здоров, – засмеялся я.

Он нагнулся, чтобы взять снега. Я разгадал его дальнейшее действие и, не дожидаясь, когда он слепит комок, побежал. Он, хохоча и выкрикивая шутливые прозвища, побежал за мной.

– Мазила! – передразнил я Данила, когда снежок пролетел мимо.

Мы остановились, переводя дух. Данил поправил шапочку на голове. Возвратились Яна с Дилей. Диля уже не выглядела заплаканной. Было видно, что она успокоилась. Только маленькое красное пятнышко на лбу напоминало о точном броске Айрата.

– Теперь Диля не будет больше играть с нами в снежки, – как мне показалось, с сожалением заметил Данил.

– Нет, будет, – сказал я уверенно и шутя добавил, – только она будет выбирать команду, в которой находится Айрат.

– Почему?

– Ну подумай сам? Она теперь знает, что Айрат стреляет метко. Вряд ли Дилька захочет, чтобы ей опять запустили снежком промеж глаз. Именно по этой причине она будет с Айратом.

– Да! – захохотал Данил, – ты прав на двести процентов. Со снайпером Айратом она не рискнёт соревноваться в точности бросков.

– Скорее всего, это Айрат не дерзнёт больше играть в снежки. Диля будет бояться Айрата, а Айрат будет бояться Яны. Я думал, что Яна прибьёт Айрата, – добавил я, – ты видел, какими глазами она смотрела на снайпера?

– Да, мне самому страшно стало, – он выкатил глаза, изображая Яну в кульминационный момент.

Я прыснул от смеха, потому что Данил очень смешно скорчил рожу. Он, глядя на меня, тоже засмеялся. Мы как по команде посмотрели на Яну, и вновь нас настиг приступ смеха. Мы бы смеялись и дальше, но появилась Альбина Николаевна и приказала всем возвращаться в класс, переодеваться.

– Вешаем верхнюю одежду в шкаф, – напомнила Альбина Николаевна, – я ненадолго отлучусь в столовую. Узнаю, готов полдник или нет?

– Я весь вспотел, – сказал Данил, переодевая вторую обувь, – набесились.

– Ага, классно погуляли, – согласился я с другом, – в следующий раз продолжим войнушку.

Вернулась Альбина Николаевна, и мы с продлённой группой, усталые и довольные, поплелись на полдник.